Падение чёрной королевы

      До полуночи они шатались по Каону.       Если бы Мегатрон не вырос в этом насквозь пропитанном химикатами городе, то мог бы поклясться, что они ходят кругами битый час. Что поделать - некоторые районы Каона по сути представляли из себя катакомбы с типовой застройкой. В таких лабиринтах приезжему было бы проще простого заблудиться без карты или проводника из числа местного населения.       Внутренний навигатор подсказывал, что они прошли почти полгорода и скоро должны вынырнуть через ворота Девятого Южного. Хотя Мегатрону и карта не нужна была, чтобы понять: сам он сейчас ещё ни разу не в Девятом - хоть дома и типовые, но типы разные. Здесь, в Восьмом, здания пониже и подлиннее - типа многоэтажных бараков. Зато воздух хоть немного чище - в Девятом без респиратора желательно вообще не находиться - столько токсичных испарений, пыли и прочего химического мусора в воздухе ни одни лёгкие не выдержат слишком долго. И как там люди живут?       Вообще, в Каоне было от силы два-три по-настоящему чистых района - центр плюс богатый "город в городе" на холме. Остальное в принципе пропитано ядами и химикатами, просто где-то больше, где-то меньше. Просто Мегатрону давно не доводилось дышать родным воздухом, наполненным десятками промышленных запахов. Те же, кто живут здесь на протяжении долгих лет, даже не замечают происходящего. Ну взять хоть жёнушку его заместителя... Лин по-прежнему с недоверием косится на белый снег и натуральные продукты.       Мегатрон тряхнул головой, стараясь остановить поток ненужных воспоминаний. Но на задворках сознания вспыхивали образы, которые революционер даже не видел собственными глазами, но легко мог додумать. - Милорд, нам сюда,- мешанина из разных мыслей распалась, и Мегатрон увидел перед собой сначала Дредвинга, у которого будто лицевой нерв защемило, а после и тёмный проход между двумя покосившимися друг к другу домами.       За "тоннелем" их ожидал дворик, который нельзя было назвать иначе чем "обыденный". Детская песочница, скрипучие качели, две с половиной лавки. Разве что половина двора завешана сетью бельевых верёвок, которые в районе крыш сменялись проводами. Ну а почему бы нет: комнатки тут маленькие, а во дворе ни единой машины - чего бы и не посушить бельё на улице.       Правда сейчас ни единой тряпки на верёвках не болталось - местные всё же не дураки, чтобы в мороз вывешивать вещи на просушку. Снег пойдёт - стирай заново, и то вряд ли копоть ототрёшь.       Пока они шли, огибая дворик по тротуару, в подъезде на другой стороне открылась дверь, и на улицу, шатаясь, вышел полуголый коренастый парень в рваной рубашке и с какими-то странными пятнами на лице. Следом за ним выскочил другой почти такой же парень в едва накинутой куртке, повалил шатающегося бедолагу на асфальт. Тот, что сверху, бил соперника куда придётся; другой, не оставаясь в долгу, ухватился за длинные космы нападавшего, попутно стараясь боднуть того в нос или в челюсть.       Грандиозная сцена на этом не окончилась. Из подъезда сочились зеваки: мужички в заплатанных штанах и потёртых телогрейках, бабы в кофтах и облезших полушубках. То тут, то там между взрослыми выглядывали чумазые лохматые детишки, на которых не обращали никакого внимания - все были слишком поглощены происходящим. Толпа гудела, ревела, хохотала, визжала десятками голосов. - Дикари...- мрачно произнёс Дредвинг. Мегатрон понимал чувства соратника, но, даже в таком случае, если подрывник решит вмешаться в драку, лидер его остановит. Это не их дело, они не знают, что случилось. Ещё бы пьяные драки они разбирали.       Разминувшись в дверях с объёмной тёткой в мохнатой шапке, революционеры зашли в тёмный подъезд. Впереди пошёл Дредвинг, который знал, куда идти, и вёл товарищей по грязной лестнице, стараясь не опираться на стены - ни одной лампочки не было и не было никакой гарантии, что стены не измазаны чем-нибудь.       Наконец, мужчины остановились у единственной приличной двери. Не смотря на наличие звонка, Дредвинг лишь слегка постучался и замер.       Сначала ничего не происходило, но, не успел Мегатрон и рта открыть, как в коридоре по ту сторону двери раздались лёгкие шаги. А вскоре дверь, без особых промедлений, отворилась.       На пороге стояла женщина в чёрно-лиловых одеяниях. Её тёмные, будто нефть, волосы были собраны в шишку на затылке, лицо едва ли не сияло неестественной, будто мёртвой белизной, которую оттеняли обсидианового цвета глаза. Неестественно-фиолетовые губы надломились в улыбке, когда красавица разглядела гостей. Девушка отошла от порога и поклонилась, приветствуя их.

***

      Комнату окутывал сизый дым. Окутывал очень мягко и слегка - предметы даже не тонули, не растворялись, а лишь так, немного "плыли", теряя яркость, чёткость контура, будто одни предметы перетекали в другие. И среди всего этого, выбеленное лицо и фарфорово-бледные руки Эйрахнид казались призрачными, даже тускло-светящимися.       Женщина танцевала для дорогих гостей. Её тело изгибалось, извивалось, едва ли не ломалось напополам, хотя, глядя на отдельные её движения, можно было бы подумать, что вместо костей у неё проволока, а вместо мышц и сухожилий - резина, так что сломаться было бы нечему.       Поданное ранее питье одновременно было и приятно-сладковатым, и в то же время непереносимо терпким, обжигающим - таким, что и глотать тяжко, и выплёвывать жалко. В случае Мегатрона, особой дилеммы не было - поднявшись с самых низов, он не отказывался ни от какой выпивки, а эта была далеко не самой ужасной.       Странные звуки, похожие на музыку, мешали сосредоточиться на чём угодно, оставляя сознание плавать в этом туманном хаосе. И рассудок Мегатрона был не против скользнуть туда, в самые тёмные глубины...       И вдруг перед его глазами светлым пятном расплылось изображение крайне знакомого места. Это была его собственная резиденция в Тарне. Если точнее, местный аналог тронного зала. Двери этого самого зала - величественного и аскетичного одновременно - распахнулись, и в зал вошли двое.       Видеть себя со стороны - зрелище очень странное, практически мистическое. По слухам, люди такое видят в реанимации, но чтобы в здравом уме и живьём...       И тем не менее Мегатрон видел себя - в парадном мундире, в тяжёлых ботинках с рифлёной подошвой. А его рука лежала на талии Лин, одетой в лиловый брючный костюм.       Под странную какофонию, выданную за этномузыку, они, будто супружеская пара, обнявшись, стали танцевать. Мегатрон, испытывая что-то между вожделением и шоком, смотрел на то, как он - другой он, но все же - крутит, обнимает, поднимает и сгибает темнокожую великаншу. И не сказать, что последней такое поведение приходилось не по вкусу - вон как она во время очередного резкого разворота забросила мускулистую ножку на талию партнёра, как страстно обхватывала шею повелителя своими крепкими руками. А закончился этот танец тем, что другой Мегатрон поднял Лин, придерживая её за бёдра, и пара слилась в страстном поцелуе, жарко обнимая друг друга.       Мегатрон с трудом верил своим глазам. Должно быть, это просто дурной сон, галлюцинация, бред, последствия некачественной выпивки... Но почему тогда ощущения, будто он и впрямь касался грубоватых, слегка шершавых, натруженных рук, будто его и впрямь коснулись эти мягкие нежные губы, такие тёплые, слегка мокрые... Будто его сокровенная больная фантазия неожиданно воплотилась.       Изображение зала и танцующей пары растаяло столь же внезапно, сколь и появилось, но взамен возникло иное видение. На сей раз это были покои господаря, правда Мегатрон их узнал-то не сразу из-за смены обстановки. В частности, откуда-то в его личной спальне появилась кровать с фиолетовым балдахином. А что на этой кровати творилось...       Да уж, галлюцинации бывают разные. Но ничего такого Мегатрон ранее не видел. Должно быть, Эйрахнид переборщила с составом своего пойла, а если нет и это и впрямь "рецепт десятков поколений", то как же повезло их семейке.       Дело было в том, что Мегатрон вновь видел себя со стороны. На сей раз другой он вальяжно лежал на постели и искоса поглядывал на приближающуюся Лин. А там было на что поглядеть - великанша была одета в крайне вызывающий наряд эротического характера - корсет и кружевные трусики. И, Праймас всемогущий, как же это подчёркивало её фигуру!       Женщина взобралась на постель и практически мгновенно оказалась в объятиях своего партнёра. Другой Мегатрон, расслабленно улыбаясь, должно быть наслаждался каждым мгновением с прекрасной женщиной в одной постели - его руки плавно скользили по сочным изгибам мускулистого тела Лин, будто уже не в первый раз, даже не исследуя, а скорее заново подтверждая своё право обладать. Он страстно целовал её в шею, сжимал мощные бёдра, игриво трепал тёмно-синие кудри, ласкал груди и широкие плечи знойной дамы... И Лин отвечала ему взаимностью.       Если просто смотреть на себя со стороны - странно, то уж смотреть, как ты якобы предаёшься сладострастным утехам с понравившейся женщиной - это уже за гранью адекватного. Хотя, стоит признать - зрелище необычайной красоты. Глядя на извивающиеся в такт тела, Мегатрон чувствовал, как его собственная кровь закипает, как глаза застилает пелена.       Едва ли можно испытывать больший экстаз. Если только не...       На плечо Мегатрона опустилась чья-то рука. Даже не оборачиваясь, он догадался, чьи длинные пальцы ласкают его плечи через рубашку. - Красиво, да?- вблизи этот голос казался ещё более чарующим: глубоким, практически аномальным, похожим на шум океана, на струящийся шёлк.       Мегатрон повернул голову и увидел Лин. Она стояла подле кресла и, наклонив очаровательную кудрявую голову набок, смотрела на великого вождя революции. Пожалуй, это был один из тех моментов, когда Мегатрон был не против, чтобы на него глядели сверху вниз.       Он слегка раздвинул ноги и откинулся на кресло, чтобы Лин могла присесть к нему на колени. К удивлению Мегатрона, вроде бы громадное мускулистое тело оказалось неожиданно лёгким. Впрочем, сам грозный лидер не обратил на это обстоятельство никакого внимания - гораздо больше интереса вызывало само тело. Довольно привлекательное тело, надо бы заметить, да к тому же ещё соблазнительно одетое: массивная фигура комендантши прорисовывалась даже под непрозрачным халатиком, полы которого заканчивались выше середины могучих бёдер. - Нравится, вижу,- улыбнулась Лин, разглядывая вождя революции. Правой рукой она слегка огладила грубую челюсть, в то время как левая спокойно проскользнула за шею Мегатрона и легла ему на плечо.       Оллмайти почувствовал, как его губы расползаются в глупой улыбке. Пронзающий взгляд тёмных, похожих на глубины космоса, глаз, убивал в нём рассудок, волю, даже намёки на контроль над ситуацией. Торс и ноги будто налились свинцом, руки обмякли и повисли, и лишь голова ещё пыталась подчиняться командам угасающего разума. - Что случилось?- в глухом, низком голосе Лин послышалась насмешка и какие-то странные, чужие нотки.- Паралич внезапно приключился?       Мегатрон смотрел на смуглое лицо, на котором кривая ухмылка выглядела, словно трещина, и чувствовал, что сердце заколотилось посильнее. Хотелось немедленно резко притянуть эту мерзкую искусительницу к себе и впиться с поцелуем, да так, чтобы пухлые губы кровоточили, прижать, силой удержать рядом, разложить...       Резкую пощёчину по лицу Мегатрон точно не ожидал. Перед глазами всё поплыло. Потемнело. А когда Оллмайти наконец-то пришёл в себя, то, к своему бескрайнему шоку, увидел сидящую у него на коленях гостеприимную хозяйку этой милой обители. Эйрахнид, как ни в чём не бывало, попыхивала сигареткой, держа длинный изящный мундштук между хрупкими пальчиками. - Ну и как давно вам жена коменданта Старскрима нравится?- хладнокровно спросила Эйрахнид, выпустив очередной клуб дыма.       "Откуда она знает?!"- Мегатрон был настолько шокирован, что даже не успел возмутиться ни тем, что наглая девка расселась у него на коленях, как на лавочке, да ещё и дымит ему почти в лицо. Совсем распустилась без железного контроля сверху. Хотя, что уж там греха таить, Эйрахнид всегда была такой. - Мысли ваши прочла,- хозяйка квартиры криво усмехнулась, наблюдая за тем, как у предводителя революции выпучились глаза. Дым белыми струйками вытек у неё из ноздрей.- Сложно не заметить как вы к ней на приёме присматривались.       Мегатрон всё ещё не мог отойти от услышанного. Праймасе, если она и впрямь читает мысли, а он тут такое видел... - Шучу, не читаю я мыслей,- прошептала Эйрахнид, потянувшись к уху Мегатрона.- Да у вас на лице написано, чего вы тут насмотрелись. У меня в роду историй с этим отваром хватает, знаю, чего ожидать.       Дамочка слезла с колен начальства и, слегка покачивая бёдрами, направилась в сторону кухни. Мегатрон, оставшись без чуткого женского тепла, оглядел зал. Саундвейва нигде не было - видимо, по делам вызвали. А вот Дредвинг был здесь. Он лежал, небрежно развалившись, в кресле и, судя по всему, крепко спал - настолько крепко, что сначала Мегатрон чуть не решил, что преданный сподвижник мёртв.       Эйрахнид вернулась из кухни. С собой она принесла пачку самокруток, вытащила из упаковки одну и протянула Мегатрону. - Это снимет последствия взвара.       Мегатрон взглянул на самокрутку. Он уже пил из рук этой отравительницы нечто "по семейным рецептам", и на тот свет не отправился, но это один раз. Рисковать всё-таки не стоит. Поэтому он вежливым жестом отказался. Эйрахнид пожала плечами и положила сигарету на небольшой чёрный столик. - Ну, значит, моему,- поймав на себе недоумённый взгляд Мегатрона, Эйрахнид кивком указала на Дредвинга.- Мой он, только пока об этом не догадался.       Хозяйка квартиры взобралась на подоконник с ногами. Вновь закурила. Дым заструился из носу. - Вообще, это не худший исход,- философски заметила Эйрахнид, краем глаза косясь в сторону окна во двор.- Бывает и хуже. Бывает, девушка вроде и замужем, а всё равно несчастная - мужу она как рабыня, как игрушка. - Да уж...- Мегатрон неожиданно для себя вспомнил происходившее в особняке. Революционеру показалось, что его собеседница знает об этом, что она не просто так сказала про женщин-игрушек.       Эйрахнид повернулась к окну, попутно продемонстрировав Мегатрону полуобнажённую белую спину. Она прильнула к стеклу и выглянула во двор. - С другой стороны, есть такие, как я. Женщины моего рода не только чай по семейному рецепту заваривать умеют. Я могу посеять любовь, ревность, вражду. Я знаю, что нужно сказать и сделать, чтобы свести с ума, даже заставить мужчин драться за меня...       Её улыбка, отражающаяся в стекле, Мегатрону не понравилась. Во дворе, должно быть, ещё не закончилась потасовка, и вождь революции в свете сказанного, начинал подумывать, что драка эта и впрямь как-то связана с хозяйкой квартиры, её невероятным обаянием и несравненным чаем, под которым можно и тот свет увидеть. Впрочем, её таланты Мегатрон всегда ценил больше, чем её моральный облик. - Правда что ли, любовь посеять можешь? Неужели приворотное зелье варишь? - Настаиваю,- словно не уловив сарказма, отозвалась Эйрахнид. Сигарета истлела, и искусительница, стряхнув пепел, разжала тонкие пальцы. Мундштук упал на подоконник с глухим стуком.- Никто не жаловался. Как я уже говорила, у нас в роду не только чай с галлюциногенами заваривают.