Dear Dream

Джордж впервые встречает Дрима холодным зимним днём в самый разгар Второй мировой войны.

Джордж прошёл мимо высоких книжных шкафов, доверху заполненных книгами, оглядывая высокое, гладкое красное дерево, содержавшее в себе сотни запечатлённых на бумаге историй. Его шаги отражались эхом от практически голых стен, отдаваясь звуком щелчка от каблуков в ушах. Никто уже не посещает библиотеку так часто. Не с тех пор, как началась война. Он подходит к секции с книгами для детей, что находится в самой дальней части. Джордж делает глубокий вдох. Успокаивающий запах потёртой бумаги и чего-то похожего на траву заполняет его нос, заставляя ломоту в костях уйти на второй план, а напряжение покинуть тело. Он не понимает, почему люди больше сюда не приходят. Конечно, каждый находит свой способ справиться с этими ужасными временами. Джордж не раз видел, как мужчины опустошают бутылки виски на углах улиц, стараясь заглушить мысли о том, как их сыновей бомбардируют, убивая за пределами родной страны. Он притворяется, что не замечает женщин, напивающихся и горюющих в своих домах, ища друг у друга поддержки, пока их мужья запивают своё горе. Он смотрит на детей, бегающих по центральным улицам в блаженном неведении. Народ справляется с войной, как может. Джордж в начале не справлялся совсем. Последние полтора года с того, как всё началось, он просто запирался у себя дома, читая одни и те же потрёпанные книги, пока не запоминал слов наизусть. Так было до тех пор, пока он не решил, что читать «Прощай, оружие» Эрнеста Хемингуэя в сотый раз уже невозможно. Скорее всего это и сподвигло его накинуть пальто, подготавливая себя к холодным осенним ветрам, и отправиться навстречу гниющему миру. Библиотека была уютным, домашним местом. Несмотря на все мерзости, происходившие близ города, где жил Джордж, она всегда стояла твёрдо и гостеприимно для всех, нуждающихся в утешении. Наконец он проделал путь до секции со стихами и остальной разнообразной поэзией. Стоящий особняком и спрятанный от остальных, этот книжный шкаф пускай и был высоким, хранил в себе только жалких десять, возможно двенадцать книг. Джордж внимательно смотрел на верхнюю полку. Та была на голову выше, чем бы он теоретически смог дотянуться. Джордж сдержал порыв усмехнуться. Практически иронично, как разворачивается сцена. Вот эта книга - нежно-розового цвета, с небольшими золотыми украшениями, сияющими на переплёте. С названием на каком-то иностранном языке, который он не в силах понять. Пока что эта книга единственная, что смогла привлечь его внимание. Джордж стоит, слегка раздражённый, но по большей части разочарованный. Стоит, пронзая взглядом ту самую верхнюю полку, будто по бы проклиная за всё, прежде чем шаркает ногами и начинает волочиться в сторону выхода. - Тебе нужно что-нибудь оттуда? Джордж поворачивает голову настолько быстро, что чувствует, как потянул мышцу. Внезапно раздавшегося голоса в пустой библиотеке хватает для его потрёпанных нервов, чтобы по спине пробежались мурашки, а глаза нервно начали вращаться в поисках источника звука. - Ооу, - произносит парень, он подмечает, парень со светлыми волосами, одетый в толстое шерстяное пальто. Тот в шутку поднимает руки вверх, сдаваясь, с удивлённым взглядом на лице, - сильно дёрганый? В этот раз он лишь закатывает глаза, но и не упускает возможности приглядеться к незнакомцу, замечая, что тот держит в руке какую-то книгу. Игнорируя, Джордж поворачивает голову обратно и продолжает двигаться в сторону выхода. - Ты выглядел так, будто эта полка затеяла против тебя личную вендетту. – вновь произносит парень. Он незамедлительно решает, что прямо здесь и сейчас, начиная с этого момента, он официально его ненавидит. Во первых за уничтожение тихой, спокойной атмосферы библиотеки, а во вторых за упоминание его роста. - Я могу помочь достать книгу, которая тебе понравилась. Если хочешь. Джордж останавливается, кидая на парня позади себя взгляд из-под приподнятой брови. Блондин тут же пожимает плечами: „Я видел, как ты смотрел на одну из них. Всё равно никто больше не посещает библиотеки". Теперь же он оборачивается к нему полностью, неожиданно заинтригованный. Джордж чувствует себя так, будто уже где-то видел этого человека. Словно он какое-то далёкое воспоминание, что находится у тебя на краю сознания, но ты отчаянно не можешь вспомнить. Он нерешительно отвечает: „В правом верхнем углу". Джордж указывает рукой на светло розовую книгу. Парень улыбается, тоже довольно неуверенно, что не остаётся незамеченным. Он подходит к полке, слегка приподнимаясь на ногах и достаёт книгу прямо из уголка. Джордж подавляет ухмылку. Незнакомец протягивает ему потёртую книгу, произнося с тихим смешком: „Оскар Уайльд? Хороший выбор". Джордж не улавливает посыла, но тем не менее забирает вещь из его рук. Он лишь слегка кивает, скользя пальцами по золотому узору. Теперь, когда название отчётливо видно, можно приглядевшись понять, что буквы напоминают латынь, но ничего конкретного в голову не приходит. Должно быть он разглядывал слова слишком долго, потому что парень вдруг резко оживился. - De Profundis, что значит сердечный крик горя или печали. Джордж поднимает взгляд, лёгкая улыбка обрамляет его лицо. Довольно приятно найти человека, что так же заинтересован в книгах, как и он сам. Особенно в такие времена. - Оу? О чём же это? – Он спрашивает, заставляя лицо собеседника тут же засветиться интересом. - Это письмо, написанное автором его другу, пока тот отбывал тюремное заключение… Парень начинает очень быстро говорить, перескакивая с одного на другое, выстраивая из предложений целую сказку. Джордж поражен тем, как тот рассказывает. Он делает из, казалось бы, таких обычных и сухих моментов сцены, полные красок и жизни. Он также оживлённо жестикулирует, объясняя, показывая руками пантомимы. Его заинтересованность и одушевлённость заставляют всё казаться более интересным, чем есть на самом деле. Джордж чувствует, как на его лице сама по себе расцветает улыбка. Парень запинается и сбивается, смущённо смотря в ответ. И Джордж не может сдержать маленький смешок, что вылетает изо рта. - Извини… я увлёкся, - выпаливает тот, по его щекам расползается розовое сияние. Джордж усмехается: «Всё в порядке, это было здорово». Вся нервозность тут же испаряется, и парень снова весело улыбается. Его улыбка настолько яркая, что кажется лучиком солнца, от которого светится всё лицо. Она подчёркивает веснушки, разбросанные по его щекам, делая их ещё заметнее. «У него красивая улыбка» - думает Джордж. - Оскар Уайльд мой любимый писатель, особенно учитывая это произведение. Неожиданно поэтично для него, - он отмечает вскользь. - Действительно? Тогда мне стоит ознакомиться с его творчеством, - говорит Джордж, открывая первую страницу. Маленькая бумажка тут же выпадает из книги и медленно приземляется к его ногам. Они оба смотрят на неё, Джордж с интересом, а другой парень подавлено. - Что… Он быстро подрывается к записке, торопливо её поднимая и крепко сжимая в руке. Он смотрит на Джорджа стыдливо, теперь уже с пылающими алым цветом щеками, неловко поднимая руку, чтобы почесать затылок. - Извини! Я… эм, иногда выписываю из книг разное, вроде любимых фраз, - парень теряется, стараясь отвернуться и избежать взгляда, - это глупости, не обращай внимания. Интерес Джорджа, неожиданно, только усиливается. - Можно мне взглянуть? – Он спрашивает с максимальной вежливостью, на которую только способен. По какой-то непонятной ему самому причине, его к ней тянет. Будто бы вдруг раскрытие секретов этого незнакомца стало для него делом первой важности. Будто бы он обязан знать. Тот ужимается, глядя на кусок бумаги, прежде чем умоляюще посмотреть на Джорджа. - Это просто поэзия, которая показалась мне… - Я люблю поэзию. Он не знает, почему это сказал. Не знает, почему его щёки загораются огнём, когда он это произносит. Не знает, почему чувствует себя так, будто внутри всё горит, когда этот парень смотрит на него своими яркими виридиановыми, застенчивыми почти что глазами. Он не знает, почему. Он термин, понятие: «невежество – блаженство», в человеческой форме. Парень осматривается, будто пытаясь проверить, не подслушивает ли их кто. Он поворачивается обратно к Джорджу, протягивая дрожащими руками записку. Джордж бережно вынимает её из чужих рук. Он осторожно разворачивает её, словно она сделана из стекла, такая же хрупкая и нежная, вот-вот готовая разбиться. «Когда ты по-настоящему захочешь любви, она будет ждать тебя» Он произносит вслух, одновременно с читающим про себя Джорджем. Написано чуть ли не куриными каракулями, но он находит это невероятно милым, замечая остальные выписанные цитаты и пометки. Тут даже разбросаны по всему листку нарисованные смайлики. Это всё кажется слишком личным, даже близким. Джордж поднимает взгляд на незнакомца, единственного человека в этой одинокой библиотеке, и скорее всего единственного человека в городе, который проникается книгами так же глубоко, как и он. Расползающуюся по лицу ухмылку не хочется сдерживать. - Я Джордж, - он говорит, протягивая руку с запиской. Блондин с виридиановыми глазами и веснушчатыми щеками улыбается, беря руку и крепко её пожимая. - Дрим.