Моя душа требует свободы

***

*POV Россия*

Лучи солнца беспощадно светили мне в глаза. Я недовольно потёр их и приоткрыл. Я чувствовал себя ужасно, голова была готова взорваться, но пересилив себя, я сел на кровать и положил руку на лоб. Черт, почему же она так болит… Я огляделся: я по прежнему был у себя в комнате, хотя что я ещё ожидал увидеть? Черт, сегодня же собрание, я что, снова проспал?! Эта мысль заставила меня пробудиться ото сна и вскочить с кровати, начав судорожно застилать её и собираться. Я выбежал из комнаты и через секунду был в ванной. Я старался как можно быстрее закончить с водными процедурами и отправиться на собрание, похоже, до его начала минут десять, а может и то меньше. Почему ЕР меня не пробудил?! Вдруг дверь ванной открывается и в комнату заглядывает Единая Россия, который недоуменно смотрел на меня. — Доброе утро Росс, ты чего так вскочил? — взволнованно спросил партия, — Сейчас же только девять утра. Девять?! Я закончил чистить зубы и побежал в свою комнату одеваться. Партия последовал за мной, наблюдая, как я судорожно ищу нужную одежду. — Что я скажу Великобритании?! — воскликнул я, надевая футболку. Когда я уже оделся, то собирался быстро спуститься вниз на первый этаж, но меня задержал Единый, призывая остаться на месте и выслушать его. Я повернулся к нему, готовясь в любой момент побежать на собрание. — Успокойся, Россия. Ты ходил на конференцию вчера, — пытался успокоить меня он, держа за плечи и смотря в глаза. Я встал в ступор. Как вчера? Почему же я тогда ничегошеньки не помню с того дня? Я недоуменно посмотрел на партию. Тот вздохнул и начал мне всё объяснять: — Вчера ты пришел с собрания очень уставшим и тут же лёг спать. Похоже оно ничем не отличалось от остальных и ты его не особо запомнил. Так что успокойся, всё у тебя нормально и ты никуда не опаздываешь. Иди лучше завтракай. Я вздохнул и никак не мог переварить полученную информацию. Я же должен был запомнить хотя бы что-то со вчерашнего дня? Хотя может быть я тогда как обычно спал и ничего не слушал. Возможно пиндос как обычно санкциями закидал, но я не помню… Ладно, не важно. В любом случае следующее собрание будет нескоро и я сомневаюсь, что на этой конференции было что-то настолько важное, из-за чего все должны были обязательно внимательно слушать речь Великобритании. Я спустился вниз и сел за стол, передо мной стояла тарелка с кашей. Почему именно каша?! Я ненавижу её, есть что-нибудь повкусней? — Почему именно каша? — спросил я, когда ЕР тоже сел завтракать. — Нужно хоть раз в месяц нормально питаться и теперь ты будешь делать это чаще, а то я совсем перестал следить, что ты там ешь, — невозмутимо сказал партия, приступая к трапезе. Какое нормальное питание?! Единый что, совсем с катушек съехал? Я не пятилетнее дитя, чтобы следить за тем, чем я питаюсь. Единую Россию похоже забавляло то, как я злюсь. А мне что-то совсем не смешно. После завтрака мы разошлись по комнатам. ЕР ушел в свой кабинет, а я решил немного прогуляться на улице. Погода была действительно прекрасной для того, чтобы насладиться солнечным деньком. Такая погода бывает здесь не часто, но я привык и мне даже нравится серые тучи, дождь и слякоть. Нравится, пока не приходится идти по такой погоде на собрание. Я зашёл в свой сад, который был весь в снегу, и подошёл к небольшим качелькам, с которых открывался вид на дом и растущие рядом деревья. Я частенько бываю здесь, ведь именно находясь в этом месте я могу расслабиться и не думать о проблемах, которые мне ещё предстоит решить. Я размышлял о разных вещах, в особенности о том, какую политику ведёт ЕР. Он давно управляет всей внутренней политикой вместо меня, может это не такое уж хорошее решение, как мне казалось раньше? Хотя он довольно хороший помощник, если бы я занимался всем этим в одиночку, то давно бы уже загнулся. Надо будет ещё навестить остальные города, возможно, я это сделаю завтра. Я потерял счёт времени, сколько я сидел на этих качелях, я заставил себя пойти домой только тогда, когда уже не чувствовал пальцев. На улице стал подниматься ветер, да такой, что чуть ушанку не сдуло. У меня не было желания сидеть всю неделю дома на таблетках, поэтому пришлось зайти обратно в дом, пока Единая Россия сам не пришел ко мне и не повёл в теплое помещение самостоятельно. Дома было гораздо лучше, чем на улице, там начиналась настоящая метель, поэтому я зашёл как раз во время. Сняв с себя куртку и ботинки я направился к себе в комнату. Проходя мимо кабинета партии я услышал, как он с кем-то разговаривал по телефону. Я не люблю подслушивать, но одну фразу ЕР я услышал чисто случайно: — Вы как малые дети ей-богу! И что с того, что какие-то подростки вышли митинговать! Вы как будто их разогнать не можете! Почему вы ничего сами сделать не в состоянии и я вечно должен вам подсказывать, что делать?! — кричал на кого-то ЕР. Меня это очень сильно напрягло. Начались протесты? Из-за чего? Партия мне снова что-то недоговаривает? Нужно будет поговорить с ним на эту тему, а пока я решил пойти к себе. Закрыв за собой дверь я подошёл к письменному столу и сел на стул. Я взял папку бумаг, которые лежали на краю, и начал их перебирать и подписывать те, которые ещё не подписал. Наконец я закончил горбиться над документами и отставил их куда подальше. На улице уже начало темнеть, я взглянул на часы, которые весели над столом и удивился, сейчас шесть вечера! Я встал со стула, выключил лампу и пошел вниз, в зале сидел ЕР и листал каналы по телевизору в поисках чего-нибудь интересного. — Привет Росс, целый день сегодня тебя не видел, то ты на улице, то в своей комнате. — сказал партия, заметив меня. Я устало сел с ним рядом и сложил руки за головой. — Слушай ЕР, мне нужно поговорить с тобой кое о чем. — начал я, наблюдая за партией. — О чем же? — спросил он, отложив пульт. Он включил канал, по которому шел фантастический фильм. Я вздохнул и продолжил: — Прости, я случайно подслушал твой разговор по телефону… Из-за чего люди вышли на митинг? Единый переменился в лице. Я не мог разобрать, как он отреагировал на данный вопрос, ведь его челка закрывала тому глаза. Он сложил пальцы в замок и немного поддался вперёд, смотря куда-то в пол. — Подслушивать действительно нехорошо, Российская Федерация, — холодно ответил ЕР. Я вздрогнул, он никогда не обращался ко мне именно так и для меня это было очень непривычно. Между нами стояло напряжение. Я знал, что партию можно легко разозлить, он никогда не срывался на мне. Но этот спокойный холодный голос заставлял меня сожалеть о сказанном. — Понимаешь ли, в любой стране могут быть протесты и различные недовольства. Даже если всё делаешь для народа, он всё равно будет чем-то недоволен, этого не изменить. Причина недовольств здесь мне неизвестна, но я сделаю всё возможное, чтобы всё уладить. Нет причин для беспокойства. «Нет причин для беспокойства». Похоже, это самая любимая фраза партии, так как я слишком часто слышу её от него. Больше мы ни о чем не разговаривали, только молча досматривали включенный Единым фильм.

*End POV Россия*

POV Автор

Россия незаметил, как уснул, подперев кулаком щёку. Фильм закончился только через полчаса, было около девяти вечера. Единая Россия выключил телевизор и устремил свою взор на Федерацию, который мило посапывал, чуть ли не падая на подлокотник. Единый вздохнул и поднялся в комнату России, откуда притащил подушку и одеяло. Аккуратно приподнял голову державы партия подложил по неё подушку и укрыл Росса одеялом. Тот довольно что-то пробубнил и перевернулся на другой бок, почти с головой укутываясь в теплое одеяло. Единая Россия аккуратно дотронулся кончиками пальцев до волос державы, отметив, что те очень мягкие из-за чего хотелось дотрагиваться до них снова и снова, но единорос убрал руку и вышел из зала, на последок шепотом пожелав стране спокойных снов.