Skjebnens ironi

— Да будь ты проклят, чёртов Райнер! — кричал Порко, захлёбываясь собственными эмоциями. Гнев душил его, стягивая горло толстой верёвкой. Внутри всё полыхало, сжигая всё на своём пути. — Прости, мне жаль… -​ тихо пробубнил Райнер, обходя разозлённого парня стороной, лишь бы не устроил драку. Ему и правда было жаль, что всё так вышло. Он не хотел смерти Марселя, он не хотел бросать там Энни и Бертольда, он не хотел подводить Марлию. — Засунь свои извинения куда подальше! От них всё равно нет толку, ими ты не вернёшь мне брата! Ты — ничтожество, мусор! Вот кто ты, Браун! Не попадайся мне на глаза, сам знаешь, что будет! — восклицал парень не своим голосом, всеми силами пытаясь не накинуться на бронированного и не убить его. В голове Порко была каша из гнева, ненависти и дикого желания убить Брауна, тихо уползающего от него. Светлые янтарные глаза в последний раз бросили злобный, гневный взгляд на виновника его злости и закрылись. Порко тщетно пытался сдержать печальные эмоции, но не смог. Глаза противно защипало и из них градом полились слезы; парень пытался утереть их, чтобы никто не увидел и ничего не понял, но не смог. Пик, медленно подошедшая к парню, положила ему руку на плечо и попыталась успокоить. Ей это удалось. — Не расстраивайся. Сила титана-челюсти твоя. — уверяла его Пик. Вокруг неё витала атмосфера спокойствия. — Как? Она у островных демонов. — возразил Галлиард, опуская взгляд на улыбающуюся Пик. — Порко, ошибаешься. Она у нас. — продолжала Пик. Она тихо вздохнула и отвернулась к Зику, возле которого стояла темноволосая девушка. Она уставилась на Порко пронзительным взглядом, словно ждала его действий. Пик подхватила девушку и подошла с ней к недоумевающему парню. — Не стой столбом, дурень. Если я сказала, что титан у нас, значит он у нас. Я оглядел девушку с ног до головы. Она ничем не отличалась от элдийцев из Гетто Ребелио. Я хмыкнул и отвернулся, стараясь не смотреть на незнакомку. Она же продолжала прожигать меня взглядом. — Вот как. Это ты? — спросил Порко, указывая на девушку. Та лишь кивнула, не отрывая от парня взгляда. — Имя? — Имир. — выплюнула девушка, вздыхая и готовясь к злобе «марлийца». Сам же Галлиард лишь хмыкнул и ушёл, покидая недоумённо стоящих Пик и Имир.

***

Порко, только проснувшийся, пошёл в кабинет Зика. Пик шла поодаль от него, стараясь не шуметь. Постучав в дверь кулаком, Порко заметил Пик и дождался её, а потом они уже вместе вошли в комнату. Зик стоял около окна, а за одним из стульев у прямоугольного деревянного стола сидел Райнер. Парень, увидев Галлиарда, слегка поперхнулся и отвернулся, поднимаясь со стула и собираясь покинуть кабинет. — Стой, сядь. Мне ещё нужно обсудить с тобой некоторые детали проваленной миссии. — строго отчеканил Зик, особенно выделяя провал. — Почти проваленной миссии. — Тс. Скорее, проваленной. Это ничтожество не смогло забрать координату! — недоумёно воскликнул Порко. Пик вздохнула, бросая короткий взгляд на напрягшегося Брауна. Йегер хмыкнул и сел в кресло, прикрывая глаза от усталости. — Ошибаешься. Райнер добыл много информации об островитянах Парадиза, о самом острове. И, конечно же, мы хотя бы узнали, в ком сейчас координата и кого нам нужно поймать. — отрезал Зик, хмурясь. Галлиард закатил глаза, якобы признавая «заслуги» бронированного. Сам же Райнер опустил голову и вздохнул, сжимая руки в кулаки. — Чем обязан? — спросил Порко, переминаясь с ноги на ногу и беспокоясь, как бы его не отчитали за вчерашнее. — Тебе не нужен титан-челюсти? Раз так, то свободен. — издевательски прошипел Зик, напоминая о старой ране. — С чего бы? Нужен. — выпалил Порко, подлетая на всей скорости к командиру. — Только скажите, когда, и всё будет. — Так лучше. Не боишься? — ухмыляясь спросил Зик, откидываясь в кресле и прикидывая что-то в уме. — Чего бояться-то? — Разве ты забыл? 13 лет, Порко. Всего 13. Тебе себя не жаль? — Вы думаете, что укороченная жизнь меня остановит? Ошибаетесь. — Порко медленно закипал, его костяшки пальцев побелели от напряжения, а глаза стали красными. — Хороший настрой, воин. Кем была та девушка, Райнер? — парень, некогда о чём-то задумавшийся, поперхнулся и посмотрел на командира печальным взглядом — Она… -​Райнер​ минуту помолчал, обдумывая будущий коротенький рассказ. Его глаза уцепились за правый край стола, он судорожно переминал пальцы, часто моргая и также часто вдыхая кислород. — Она была смелой, гордой, сильной. Когда я был на Парадизе, мы с ней были в одном кадетском корпусе, в 104. Как и с многими другими молодыми солдатами из разведкорпуса, конечно же. В кадетском корпусе выделили десятку лучших кадетов, Имир спокойно могла попасть в неё, но отдала это место Кристе Ленц, с которой у неё были очень тесные взаимоотношения. Райнер замолк, Пик нахмурилась, а Галлиард был, мягко говоря, шокирован. Его глаза расширились, он часто дышал, а руки предательски тряслись. Зик обратил взгляд на Порко, хмыкая. — Галлиард, успокойся! Что такого ты у услышал? — Ты хорошо знаешь её, Райнер. Не жаль ли тебе это отродье? А, Браун? — Порко ухмыльнулся, убрал руки в карманы штанов и оглядел бронированного сверху вниз. — Чего молчишь, сказать нечего? — Нет. Мне не жаль её. — прошипел Райнер, сжимая руки в кулаки и стараясь держать себя в руках, чтобы уже самому не начать драку с Галлиардом. — Порко, замолчи. Есть что-нибудь ещё о ней? — раздражённо выплюнул Зик, поднимаясь с кресла и отходя к окну, вновь туда же. — Почему вы не спросите у неё самой? Она в силах рассказать свою историю. — буркнул Райнер, жмуря глаза и вздыхая. Его руки расслабленно опустились со стола и повисли в воздухе. — Разве ты больше ничего не знаешь о ней? — удивился Зик, оборачиваясь и осматривая Брауна. — Нет, она была скрытной, о ней никто практически ничего не знает. — его голос был спокойным, умиротворенным, размеренным. Он прищурился и накрыл лицо руками. — Разве что, Криста знает больше. — Хм. Ясно. — кратко ответил Зик, кидая взгляд на Порко. — Послезавтра. — Понял. — и Галлиард вылетел из кабинета, как ошпаренный. Он несся по коридорам, практически сбивая других людей. Его глаза горели злостью, снова. В кабинете Зика все голоса стихли, нежась в тумане тишины и спокойствия. Райнер уныло опустил голову, пытаясь скрыть эмоции; Пик удивлённо смотрела на командира, облокотившегося о стекло оконной рамы. — Ты что-то недоговариваешь, Райнер. — хитро пропел Зик, подходя к парню и кладя руки ему на плечи. — Тебе нечего скрывать, в этой информации нет ничего тайного и ужасного. — Разве вы не поняли? — Браун покосился на командира, оценивая его и прикидывая что-то у себя в голове. — Я думал, вы намного проницательнее. Йегер хмыкнул, схватил стопку с отчётами и направился к главному командованию. Напоследок он остановился, посмотрел на воина и сказал: — Не хочешь говорить — не говори. Только вот главные быстро из тебя вытянут эту информацию. Причём, используя не самые культурные методы. — Она родилась в одном из Гетто. В Марлии. — сконфужено выпалил человек-титан, хмурясь, потирая лицо влажными от пота руками. — Она попала на Парадиз, как пленная, предатель. При помощи спинно-мозговой жидкости из неё сделали титана, спустя больше полвека она съела Марселя Галлиарда, который в свою очередь спасал мою жизнь. — Так и надо. Молодец. — Йегер улыбнулся и, проходя мимо Райнера, похлопал его по плечу, успокаивая. Информация, конечно же, дошла до верховного командования, чему был не особо рад сам Браун. В последний раз он видел Имир, когда они возвращались из Марлии, точнее, уже были в ней. В дороге они практически не говорили, лишь перекидывались парочкой фраз и всё.

***

Райнер Браун плакал. Его плечи нещадно тряслись от усталости и печали. Он сидел на стуле, в своей комнате и рыдал, словно пятилетнее дитя, которому не купили сладость. Райнеру Брауну было жаль. В свое время он жил на два лагеря, корил себя за быстро растущую привязанность к жителям острова, но ничего не мог с собой поделать. Солдаты Парадиза искренне доверяли ему, но он лгал. Долго и хитро. Он лгал даже самому себе. Личность Райнера Брауна разделилась на две части. Одна кричала о долге перед Марлией, другая вопила о его неутешительном предательстве. Он предал их. Предал островитян. Господи, кто же мог подумать, что он с такой лёгкостью привяжется к демонам острова. Да это же смешно! Нет, даже глупо! Он тихо подошёл к своей кровати и сел. Бесшумно и адски медленно. Он устал, и морально, и физически. Ему было больно. За Имир. А если он когда-нибудь встретит Кристу, что он ей скажет? «Прости, Криста, но любовь всей твоей жизни сожрал некий Порко Галлиард»? О да, Райнер, именно это ты и скажешь, потому что другого сказать-то и не сможешь. Жалкий. Нервный. Слабый. «Ты — ничтожество, мусор! Вот кто ты, Браун!» В голове набатом прозвенели слова Порко, Райнер нахмурился. Он понял, что Галлиард прав. Мысли пришли в порядок, парень успокоился. Вновь переосмыслил смерть Имир и уснул, предаваясь плену очередных кошмаров, мучающих его с самой смерти Бертольда.

***

Порко. Несчастный и разбитый. Его лишили единственного, что у него было. Его дорогого брата Марселя Галлиарда. Его глаза противно защипало, он упал на кровать, предаваясь мучительным терзаниям боли и ненависти. Смертельный коктейль. Опьяняющий, дурманящий, заставляющий сердце быстрее гнать кровь по венам и артериям, учащённо биться. Противные слезы покатились из его янтарного цвета глаз, оставляя после себя влажные и солёные дорожки. Он устало прикрыл глаза, предаваясь воспоминаниям о брате, ещё больше давящим на душевную рану от потери. Райнер Браун. Что он из себя представлял? — ничего. Слабый, плаксивый, ничтожный. Не сумел спасти никого, кроме собственной шкуры, которая в конец потеряла ценность для Галлиарда, с которым у него изначально были натянутые отношения, если вообще были. Да, ограниченные оскорблениями, насмешками и презрением со стороны Порко. — Будь ты неладен, Браун… Ненавижу тебя, гребаный мусор! — выплюнул в пустоту, срывая голос в хриплом крике. На лице заиграли желваки, а улыбка скривилась в болезненной ухмылке. — Я всё равно всегда буду лучше тебя. Порко Галлиард до сих пор плакал. Его глаза покраснели от слёз, голова противно гудела. Он пытался успокоиться, ворочаясь в холодной постели.

***

спустя четыре года

Как всё изменилось. Райнер стал Вице-командиром, правой рукой Зика. Это дико раздражало Порко, яростно считавшего, что он этого не достоин. Он не достоин быть воином. Он не достоин обладать силой бронированного титана. Он не достоин находиться среди них. Гнев Галлиарда стих, на смену ему пришла смесь из презрения и высокомерия с щепоткой безразличия и чашкой чувства превосходства над Брауном. Райнер, в свою очередь, старался не контактировать с зубастым титаном, что выходило из рук вон плохо. Порко нравилось издеваться над Райнером, подтрунивать его, чувствуя свою победу и медленное закипание нервов бронированного, что вот-вот соскочит либо со стула, либо с кровати, либо со скамьи и устроит драку. Они жили в одной комнате. Браун не обращал внимания на Галлиарда, по крайней мере, старался не обращать. Порко же занимался уже привычным для себя делом — придумывал новые оскорбления и унижал Райнера. Парень терпел, сносил все унижения и лишь вздыхал, прикрывая от гнева глаза. Чувство вины за смерть Марселя до сих пор давило на него, он не мог простить себя за его смерть. Райнер принял ненависть и презрение Порко как нечто должное, нечто само собой разумеющееся. Райнер в очередной раз возвращался в каюту, поздно вечером. Многие солдаты уже давно разбрелись по комнатам, но не он. Он часто засиживался с бумажной волокитой, от того был вечно нервным и уставшим. Жужжание Галлиарда над ухом иногда потихоньку выводило из себя, но парень будто чувствовал, когда надо остановиться и уйти, чтобы не вляпаться в очередную перепалку. — Ну же, Браун, чего встал у двери. Вваливайся или проваливай! — прошипело у него прямо над ухом. Порко Галлиард стоял прямо позади него. Райнер ничего не ответил, лишь наконец вошёл в комнату и лёг на кровать, мечтая хоть об одном спокойном вечере. Нет, ему не привыкать к презрению зубастого, к его оскорблениям, но иногда так сильно хотелось, чтобы он заткнулся, чтобы в комнате наконец было тихо и спокойно. — Мусор, ты чего-то рано сегодня вернулся. Не думаешь? — Галлиард косо смотрел на бронированного, присаживаясь на кровать. Райнер напрягся, готовясь выслушивать очередную порцию унижений, но неожиданно даже для себя ответил: — Тебя это волновать не должно. Что-то ты отупел, новых оскорблений уже давно не было. Скучно даже. — Да как ты. — Порко только начал злиться, только собрался выливать на Брауна гневную тираду, но его нагло и бессовестно перебили. — Да как я что? Тебе самому не надоело? — Райнер пытался сдержать себя, свои эмоции, но не мог. Он буквально кричал на шокированного Галлиарда. Да как же, он впервые ответил на оскорбления! — Я не аттракцион, на котором можно срывать свои эмоции! Порко опешил. В голове не было ничего кроме звенящей пустоты, медленно наполняющейся словами Брауна. Он не знал, что ответить. Он судорожно хрустел пальцами, пытаясь подобрать слова, которые заставят Брауна замолчать и больше никогда не открывать свой рот. — После того, что ты натворил, ты ещё рот открываешь?! Ты виноват в смерти Марселя! Ты не смог вытащить Энни! Ты не смог спасти Бертольда! Ты ничего не смог! Ты виноват в провале этой миссии! — Порко злился, часто дышал. Его глаза покраснели от гнева. — Да я! — Райнер поднялся с кровати и оглядел соседа печальным взглядом. — Но ты думаешь, что мне не жаль?! Что я ничего не чувствую?! Ошибаешься! Я изо дня в день корил себя в провале, в смерти твоего брата, Берта! Я корил себя за то, что оставил там Энни! И ты думаешь, что я — бесчувственный?! — Такое ничтожное отродье, как ты, не может чувствовать вины! — выплюнул Галлиард, поднимаясь с кровати и вставая прямо напротив Брауна, медленно закипающего от злости. — С тобой бесполезно разговаривать! Тебе бесполезно что-то объяснять! Ты никогда никого не слушал! — Райнер чувствовал, что вот-вот окончательно взорвётся, что учинит драку, но ему было плевать. Пусть. — Бесполезно, говоришь?! — Галлиард схватил Брауна за рубашку, потянул его на себя и столкнулся с ним практически нос к носу. — Если бы твои слова были правдой, я бы поверил! Но ты лжёшь! Нагло и бессовестно! А знаешь почему? Потому что такое тупое отродье как ты по-другому не может! Всё. Терпение Райнера окончательно кончилось, и он, в порыве гнева, ударил Галлиарда. Завязалась драка. Парни долго «выясняли отношения на кулаках», пока у самого же Брауна что-то в голове не щёлкнуло, и он не перевернул Галлиарда, крепко сжимая его руки и удерживая собственным телом. — Успокойся! Хватит! — над ухом прозвенел громкий выкрик Брауна. Гнев Порко медленно сходил на нет, от понимания, что могут сбежаться люди и им не поздоровится. Да ещё бы их командование отчитывало! Ага, прямо сейчас! — Слезь с меня, Браун! Ты тяжёлый…​- промычал Галлиард, ​ ​всячески пытаясь скинуть с себя Райнера. Он почувствовал лёгкость, когда с него слезло тело весом под килограмм так восемьдесят-девяносто. Порко поднялся и вылетел из комнаты, пробегая серые коридоры за считанные секунды. — Чёрт…​ Он покинул здание и побежал в город, главное подальше. И найти лавку с алкоголем, для успокоения. Да и напиться вдрызг тоже не помешало бы. Его шаги замедлились и вот он уже размеренно плелся по улицам города. Вечер, около девяти. Он шатается по городу в поисках алкогольной лавки и как-то удачно ему попадается она на глаза. Он пьёт. Много и без остановки, чтобы сильнее ударило в мозг. Он плетётся по улицам города, кивая знакомым. Он обдумывает все слова бронированного, пытаясь их тщетно переварить. Он не согласен, но он сомневается даже в собственных мыслях.

***

Порко Галлиарда «штормит», пока он идёт по тёмным и тихим коридорам здания, в комнату. Его заносит прямо перед дверью, и он практически падает, успевая ухватиться за дверной косяк. В его левой руке бутылка, третья или даже пятая по счёту. В голове каша, он со всей грёбанной силы распахивает дверь, и она с противным стуком бьётся об стену, скрежеща. Райнер Браун спал. Пока не пришёл пьяный вдрызг зубастый. Он так и остался лежать в постели, когда к нему неожиданно быстро подошло пьяное тело, от которого, скорее всего, за хуев километр таращило алкоголем. Райнер противно насупился, хмурясь и ожидая каких-то слов от Порко, стоящего прямо над ним, ожидая каких-то действий, но точно не того, что произошло. Зубастый бессовестно залез в кровать Брауна, прижимаясь к нему. Райнер охреневает, пытаясь выйти из шокового ступора. Руки Галлиарда уже вовсю оглаживают тело Райнера, который до сих пор не пытается воспротивиться его действиям. — Что ты… -​Браун​ ​тихо шепчет, оборачиваясь к пьяному Порко, царапающему его грудь. К его рту медленно поднесли палец, заставляя замолчать. — Успокойся. — Порко опалил лицо бронированного пьяным дыханием, заставляя того сморщиться и зажмурить глаза. Руки Порко были везде. На груди, на шее, на животе, на бёдрах, в паху. Всюду. Райнер терпел, едва не скуля о том, что почему-то не может скинуть этого наглого засранца. Терпение медленно сходит на нет, заставляя Брауна перевернуть Порко на спину и лечь на него. Галлиард ждёт, прожигая Райнера возбужденным взглядом. Райнер не понимает, почему идёт у него на поводу. Он медленно оглаживает мускулистое тело Порко, поддающегося каждому его касанию. — Ненавижу…​ Тебя. -​сквозь пелену шепчет Порко, прогибаясь от очередных действий Райнера. Браун хмыкает, но продолжает мучить зубастого. Он срывает с Порко верхнюю одежду, его взору открывается превосходное телосложение воина. Бледная кожа Порко еле блестит в свете луны, проникающей сквозь незашторенное окно. Райнер касается сосков Порко, прокручивая сначала один, потом второй. Порко нервно вздыхает, пытаясь не застонать, но как только Браун касается соска губами, медленно посасывая его, из груди Галлиарда предательски вырывается стон. Райнер откровенно не понимает, что делает. Его крепко окутывает волна возбуждения. Он медленно опускается вниз, покрывая грудь и живот Порко поцелуями. Что за нежность? Пальцами Райнер задевает ремень с кромкой брюк, бросая взгляд на бугор в брюках Порко. Он медленно стягивает ремень с брюк и также медленно снимает с Галлиарда их. Порко откидывает голову на мягкую подушку, когда Райнер касается губами сочащейся головки. Его прерывистое дыхание громко бьётся о серые стены и застревает в ушах. Райнер медленно ведёт языком от основания к головке, заставляя Порко застонать от ощущений, но Галлиард останавливает его, приподнимаясь и стягивая с Райнера одежду. Одна за другой вещи летели в дальний угол комнаты, в самый тёмный. Теперь они обнажены, Порко трясёт от возбуждения и желания. Райнер толкает его на кровать и парень послушно падает, снова постанывая от приятных ощущений. Райнер медленно вбирает член в рот посасывая и иногда прикусывая. Он медленно вбирает член полностью, задыхаясь. Спустя некоторое время Порко кончает в рот Брауну, заставляя его проглотить всю сперму. Райнер поднял голову и оглядел Порко с ног до головы. Расслабленный и нервно дышащий, он лежал на кровати с слегка прикрытыми глазами, прекрасно понимая, что будет дальше. Руки Брауна перевернули Порко на живот и заставили парня встать на четвереньки. — Оближи. — голос Райнера раздаётся над самым ухом Порко, заставляя подчиниться приказу и вобрать в рот пальцы вице-командира. Порко медленно посасывает пальцы, лижет, кусает, но слушается. Член Райнера упёрся в бедро Порко, медленно пульсируя и требуя внимания. Райнер вытащил пальцы из рта Порко, приставляя сначала один к сжавшемуся колечку мышц, сфинктеру. Он аккуратно ввёл один палец, медленно двигая им внутри Порко. Он был горячим и таким узким внутри, что Райнер думал, что как только он войдёт в него, он тут же кончит. К пальцу присоединился второй и Порко тихо заскулил, трепетно трясясь от напряжения и дискомфорта. Пальцы Райнера двигались в нем, медленно растягивая, ища что-то. Порко застонал, когда пальцы Брауна коснулись маленького бугорка внутри него и стали двигаться в направлении него. Простата. Райнер ввёл третий палец, окончательно растягивая Порко, который был готов на все, лишь бы он уже был внутри. Райнер ускорял движения, доводя Галлиарда до исступления. Порко понял, что он снова возбуждён. Галлиард хотел возмутиться, когда пальцы Райнера покинули его горячее нутро, прекращая свои действия, но только было он открыл рот, чтобы что-то сказать, как приглушенно закричал от боли. Он вошёл, на всю длину сразу. Райнер тихо выдохнул, ощущая плотно стягивающие его орган стенки. Порко обернулся, его лицо исказилось от неприятных ощущений, но он терпел. — Двигайся уже, чёртов Браун…​- прошипел Порко, крепко сжимая подушку. И Райнер двинулся, медленно выходя на всю длину и снова врываясь в узкое нутро. Порко жмурился, сжимал подушку руками и неловко ёрзал под Брауном, пытаясь принять более удобное положение. Райнер медленно двигался внутри Порко, стараясь не причинить большего дискомфорта. Его терпение также медленно сходило на нет. Порко обернулся, чтобы что-то сказать, но Райнер двинулся внутри него и задел простату, и вместо слов из рта Порко вырвался стон, засевший в голове бронированного ещё на долгое время. Райнер ускорился, заставляя Порко стонать и цепляться за простыню. Райнер наклонился и всем телом прижался к спине парня, целуя плечи и шею. Он укусил Порко, заставляя его закричать от боли. Сам же Порко слегка двинул локтем и попал Брауну прямо по грудной клетке. Райнер схватил Галлиарда за подбородок и заставил его посмотреть ему в глаза. Ему было мало. Райнер вышел и перевернул Порко на спину, снова входя в него на всю длину и также бешено вколачиваясь в тело зубастого. Порко закинул ноги на талию Райнера и ухватился за его шею, нервно вздыхая. — Ра~айнер… А~ах. — стонал Порко прямо в ухо Брауну, ни капли не стесняясь. Райнер чувствовал, что вот-вот кончит и, не выдерживав эмоций и чувств, поцеловал Порко, сминая его губы и обжигая собственным дыханием. Порко вцепился в его шею сильнее, проклиная тот момент, когда залез в кровать к Брауну.

***

Райнер Браун в ступоре смотрел на Фалько, ставшего неразумным титаном. Он не знал, что ему делать, как именно поступить. Порко вновь унизил Райнера, накричав на него, перед тем, как умереть в пасти Фалько. Но только Райнер понял, увидел, как губы Порко в последний раз шевельнулись, застывая в предсмертной улыбке. Райнер Браун заплакал, не сдерживая эмоций и впитывая слова, произнесённые одними лишь губами

«Я люблю тебя, чёртов Браун…"​