Дневники Харуки и Мичиру

Музыка для настройки: Yiruma. Childhood

      … Когда она наряжает дом, я стараюсь не мешаться. Для неё любое творчество — это священнодейство: ей надо настроиться, войти в какое-то иное состояние души и ума, в её любимое состояние, в которое она вечно уходит от меня. Даже ветру не ворваться в её священный полет воображения. А если посмею, то ууууу… как она будет недовольна. Я прекрасно понимаю — для неё это то же самое, что для меня бег — момент полёта, забвения, свободы духа от всего мирского, даже от тела…       Поэтому я спокойно удаляюсь готовить что-нибудь вкусное, пока она несколько часов посвящает тому, чтобы создать идеал — пусть даже это просто украшение елки. Моему милому перфекционисту важно, почти жизненно необходимо, чтобы все шарики висели на определенном уровне относительно друг друга, подходили к соседнему по цвету и размеру, при всём при этом соблюдался бы внутренний четкий ритм, словно это музыкальное произведение или картина.       В поисках идеального баланса и гармонии света и цвета, она способна по несколько раз переправлять и переплетать между собой гирлянды, перевешивать один и тот же шарик с одной ветки на другую, выравнивая длину веревочки до нескольких миллиметров, поправлять потоки укорочённого дождика, который развешан отдельными «прядями», и, словно блики на ее картинах, «придаёт общей композиции живости без мещанской пошлости»… Улыбаюсь про себя, нарезая оливье: каким только фразочкам из мира искусства я не научилась от неё! Меня уже давно на выставках искусствоведы принимают за своего.       И вот, когда внутреннее чутьё подсказывает ей, что работа окончена, она отходит в сторону, (совсем так же, как от мольберта) критически оценивает своё творение, и поворачивается ко мне, каким-то чудом ежегодно оказывающуюся в дверях в нужный момент (Ну конечно я подслушиваю — подсматривать она мне категорически запрещает). Смотрит на меня своими неземными глазами, ещё сохраняющими свет иного мира, и ждёт, что я скажу. А что я могу сказать, кроме правды: — Какая красота! Её глаза блестят, довольная улыбка озаряет лицо и, конечно же: — Значит я заслужила награду! Я голодная — идёт на кухню походкой королевы, прекрасно зная, что сегодня я буду её баловать.       Милая… Никто не знает, каким очаровательным ребёнком ты можешь быть, когда раскрываешься и не чувствуешь сомнений. Пойду… может быть мне даже удастся сегодня покормить ее «с ложечки» десертом.