Рождество

            Хифуми была бы не Хифуми если бы не сделала этот день невероятно особенным. Пока Доппо пролеживала свой бочок в кровати, досыпая желанные пару часов, эта светловолосая бестия резвилась по всей квартире, наряжая все подряд и подготавливая дом к празднеству. Ни у одной из них не было времени чтобы украсить все раньше, ни одна из них и не думала о том чтобы сделать это пока взгляд не упал на календарь. Каннонзака почувствовала тяжесть и недовольно что-то проворчала, пытаясь спихнуть надоедливую соседку с себя.       — Просыпайся, Доппо-чин, ну-у, неужели ты будешь валяться в кровати до самого вечера? — хостес явно была настроена на то, чтобы вытащить подругу из теплого кокона одеяла в не менее теплые объятия, но та сопротивлялась и пыталась отпихнуть ее.       — Ну и ладно, ну и лежи, — сделала вид что сдалась Изанами, — сама все съем раз ты не хочешь просыпаться. Блондинка заползла под одеяло и ущипнула подругу за бок и скрылась за дверью под раздраженное: «Ты совсем?»       Доппо еще некоторое время из принципа полежала с закрытыми глазами, но с чем Хифуми умело справлялась, так это с тем чтобы прогнать сон. Она выглянула из-под одеяла чтобы проверить закрыта ли дверь и села в постели когда убедилась в этом. Со своим визитом Изанами принесла с собой запах еды. Противиться такому было тяжело: желудок капризно заурчал, требуя чего-то из источников этого манящего аромата. В комнате было прохладно. Доппо зябко поежилась и натянула одеяло на плечи, кутаясь. Видимо, окно с прошлого вечера закрывала тоже Хифуми сегодня утром. Ну. как утром, на часах было скорее ближе к вечеру. В остальной квартире тепло и Каннонзака собирала силы на рывок за дверь.       За дверью послышался шум будто что-то упало и веселое «ой». Хифуми всегда так реагировала вне зависимости от того что упало. Ей, видимо, невдомек, что это портит вещи. Доппо поднялась, перемялась с ноги на ногу, зябко поджимая пальцы, а затем скользнула за дверь, стараясь издавать поменьше шума чтобы понаблюдать за подругой в ее естественной среде обитания. Всегда было интересно как быстро она заметит и улыбнется. Иногда клерк наблюдала за Хифуми очень долго, иногда ее сразу замечали, а иногда, как сейчас, ее буквально ловили в объятия. Ну кто бы мог подумать что эта несносная ее ждала после всех этих выходок?       — Доброе утро, — нежно промурлыкала блондинка в плечо подруге, сжимая ее в руках.       — Доброе… — неуверенно ответила Доппо и мягко похлопала по спине Хифуми ладошкой перед тем как наконец осмелиться и обвить руками эту дурочку. Встречает ее как верный песик хозяина каждый раз. Не хватает только пушистого хвоста, виляющего быстро-быстро. Главное вслух эту мысль не озвучивать: наденет ведь.       — Я такой тортик приготовила, а ты все спишь и спишь, — недовольно проворчала хостес, легонько тыкая Доппо под ребра, отчего вся нежность, собравшаяся в комок и готовившаяся было выплеснуться наружу вновь расползлась по своим делам. — Пойдем! — блондинка перехватила ее за запястье и потянула к дивану.       Каннонзака всегда любила эту уютную атмосферу их квартиры когда Хифуми была дома: запах еды, задорное щебетание где-то на фоне и… эти нежные руки, что делали для ее существования буквально все необходимое: от готовки и уборки до нежных поглаживаний по щекам. На этот раз они предоставили ей шоколадный торт, точнее его кусочек: мягкий, свежий, с насыщенным вкусом. Доппо, наверное, ни в одной кондитерской такого не пробовала. Впрочем, в кондитерских тебя никто не завернет в теплый плед и не станет кормить с вилочки чтобы ни в коем случае не накрошить куда-нибудь.       — Вкусно? — она еще спрашивает! Доппо активно кивает и открывает рот чтобы получить пока что последний кусочек этого абсолютно волшебного лакомства, а следом за ним совершенно внезапный поцелуй. Хифуми редко переходила на серьезный лад, а потому быстрое касание губами было еще более смущающим. Так обыденно она перешла на эти интимные доверительные вещи, что иногда у Доппо кружилась голова. Кажется, она никогда не привыкнет к обилию этих невинных касаний в их отношениях.       — Хифуми… — почти обиженно пробурчала Каннонзака. Почему-то ей легче было когда между ними происходило что-то более страстное, а эти бытовые нежности… слишком… слишком смущает. Смущает до горящих щек и желания спрятаться под теплой тканью чтобы не было видно каким красным становится ее лицо. Тем не менее, предлагаемая сладость соблазняла куда больше чем желание укрыться от более чем приятных, пусть и заставляющих чувствовать себя неловко действий.       Выбираться из очередного теплого кокона чтобы хотя бы умыться было еще сложнее, особенно учитывая мягкие поглаживания по спине. Хотелось не вставать, а... Доппо посмотрела на чужие заманчиво мягкие колени. Выглядят крайне комфортно. Клерк наконец позволила себе маленькую слабость и упала лицом в бедро Хифуми.       Удовлетворенный вздох. Конечно же Изанами засмеялась и зарылась пальцами в волосы, легонько сжала их в ладони и, отставив пустую тарелку, принялась нежно распутывать красные прядки. Доппо хотелось мурлыкать и тереться о чужие ноги, но она лишь довольно вздохнула, устраиваясь удобнее. Так недолго и уснуть, под веселое щебетание возлюбленной и то как длинноватые ноготки нежно проходятся по скальпу, а подушечки пальцев массируют ее голову. Стоило бы поторопиться и освободить Хифуми, но та, кажется, была только рада задержаться так чуть дольше, отдать больше ласки. В очередной раз показать как много нежности она испытывает к Доппо. И убедиться просто по тому как она в блаженстве зажмурилась, что это взаимно.       Выражать чувства всегда сложно. Слова любви у Доппо не выходили так легко, как извинения. Парадоксально то, как Изанами так просто читала по взгляду, по выражению лица, по позе все желания, что опутывали Каннонзаку пока они проводили время вместе. Всегда коснется если это нужно, скажет абсолютно абсурдную в своем естестве вещь, чтобы Доппо перестала думать о своих «глупостях», подложит добавки без лишних слов или заберет тарелку, если вдруг она не может осилить порцию до конца. Хотя казалось бы, она совершенно не думает о других, но Доппо будто бы всегда была в центре ее внимания, и эта невесомая и заметна лишь взгляду со стороны забота иногда заставляла сердце Каннонзаки трепетать.       С другой стороны говори она что-то дельное почаще — глядишь и не было бы Доппо иногда так страшно за жизни их обеих в некоторых ситуациях.       — Доппо-чин, — ласково позвала блондинка, накручивая бирюзовую прядку на палец.       — М-м-м? — отозвалась Каннонзака, готовая провалиться в сон буквально в любую минуту.       — Ты бы сходила хоть в душ перед свиданием, — от укоризненного тона Хифуми у Доппо загорелись щеки. — Мы, конечно, едим из одной тарелки, но я хочу встречать рождество не с сонным котенком, а с моей Доппочин, понимаешь?       А она понимает. Каннонзака прекрасно понимает что эта дурочка правда хочет чтобы этот вечер, до которого осталось не так уж и много, был по-настоящему особенным, сказочным, как из детских книжек. Правда, в этих книжках офисные работницы не были теми, кто встречаются с самыми прекрасными женщинами в городе. Доппо хотела бы сказать этот комплимент вслух и увидеть как загораются словно звездочки в небесах ее глаза, но духу хватит только на то, чтобы влюбленно уставиться на чужое такое привычное, но в то же время слишком красивое чтобы до конца привыкнуть лицо. Как глупо…       Каннонзака почувствовала щелчок по лбу.       — А ну в ванную, — настойчиво повторила Изанами, ласково ущипнув Каннонзаку за быстро покрасневший от этого нос.       — Да, да, — клерк вздохнула и с видом великомученицы, а еще пледом побрела до ванной комнаты. Вслед раздалось такое очаровательное, но такое раздражающее хихиканье.

***

…       Доппо ощущала себя одновременно очень хорошо и очень странно. С одной стороны накрытый стол с кучей невероятно вкусных вещей, любимая женщина рядом. А с другой… Во что она вообще одета? Каннонзака то и дело опускала взгляд на плотно обтянутые красной тканью бедра, на белый мех по краю короткой юбки. Поднимать взгляд выше было немного хуже, потому что там помимо абсолютно радостно улыбающегося лица было еще декольте. В ответ на вполне логичный вопрос:       — Зачем? — последовал не менее логичный, особенно со стороны Изанами ответ:       — Для праздничной атмосферы, конечно, глупышка!       Светить обнаженной кожей для Хифуми всегда было нормально, а учитывая специфику своей работы она стала еще более раскованной в одежде. Доппо нисколько не удивит если окажется, что это наряд из секс-шопа. Нисколько ее не удивит также, если окажется что эта дуреха сшила его сама и просто ждет вопроса чтобы похвастаться своими золотыми ручками. Такой роскоши клерк ей давать совсем не собиралась, пусть даже не пытается смотреть своими гипнотически золотистыми глазами и хлопать длинными ресничками. Доппо таким не проберешь! Наверное…       Тем временем незаметно растаяла половина бутылки шампанского что своим сияющим бочком манила к себе глаза Каннонзаки, где та могла без лишнего смущения все равно рассматривать Хифуми, только в отражении. Так было чуть более стыдно, но зато не так нагло. Впрочем, будто бы хостес была против прикованных к ней и ее телу взглядов.       Скорее она бы удивилась тому что на нее не смотрят.       Изанами совсем расслабилась и успела захмелеть, явно развеселившись от алкоголя и от дерганного поведения Доппо.       — Ну чего ты так смуща-аешься? — блондинка обняла Каннонзаку на руку и притянула к себе поближе. Доппо поморщилась: слишком близко. Ей становилось как-то жарко от выпитого и такая тактильность начинала раздражать. Впрочем, это было очень привычно.       — Отстань от меня, — проворчала женщина и положила руку на чужую ногу чтобы упереться и отсесть, но от неожиданности охнула, чувствуя под ладонью прохладную кожу. Хифуми как-то притихла и Доппо посмотрела вниз, смотря как потная ладошка потихоньку соскальзывает на внутреннюю сторону, сминая мягкую ляжку. — Прости! — вдруг вскрикнула клерк и убрала руку, отскакивая на другую сторону дивана, прижимая к груди виновницу неловкого положения.       И Хифуми рассмеялась. Громко, весело, со всхлипами и попытками рассказать о том, насколько у Доппо смешное лицо.       — Т-ты! — хостес икнула, срываясь на хихиканье. — Ты так глаза вы — ик, — пучила! Нет, ну ты посмотри! — судя по всему она попыталась изобразить испуганный взгляд Доппо, но та не смотрела, раздраженная всей этой ситуацией.       — Знаешь что… — тихонько пробубнила клерк себе под нос, собираясь уже повысить голос и высказать все этой несносной женщине, но Хифуми вдруг придвинулась к ней и попыталась заглянуть в глаза.       — Ты что, обиделась? — пьяная Изанами на удивление становилась совестливой, наверное, заражаясь от Доппо. — Не обижайся, я ведь шучу, ну-у! — женщина мягко обняла подругу и уткнулась ей в волосы носом.       — Я не обижаюсь, — сдалась Каннонзака, ласково похлопав хостес по руке.       — Нет, ты обижаешься, я ведь знаю, — вздохнула хостес. — Ты даже не смотришь на меня весь вечер. Больше не любишь меня да? — в голосе послышались слезы и офисная работница в панике посмотрела в лицо Хифуми, но… Она просто сдерживала смех, ожидая пока Каннонзака все-таки посмотрит ей в лицо.       — Ой да ну тебя! — фыркнула Доппо, отталкивая женщину от себя.       — Ну прости, прости, не зли-ись! — Изанами обхватила чужое лицо руками и притянула Каннонзаку к себе, а затем как-то слишком громко чмокнула прямо в губы, отчего Доппо только больше заупрямилась, пытаясь скрыть смущение.       — Прощаю, пусти уже! — клерк наконец выпуталась из пьяных объятий и опрокинула в себя недопитый кем-то из них бокал шампанского.       — Это был мой, — обиженно сообщила Хифуми, на что в ответ получила только раздраженный взгляд. — Ну и ладно, налью себе другой, притворно надулась блондинка и действительно налила еще шампанского им обеим.       Вечер проходил как обычно, то есть наперекосяк, а значит прекрасно. Что бы там Доппо не говорила, как бы не злилась, но нежные руки, задорный смех и мягкие объятия менять на просто сон было бы глупо. Они и так проводят вместе слишком мало времени. Каннонзака кое-как выкроила выходной на это свидание и точно не хотела бы проводить его без той ради кого все и затевалось.       Чем дальше в лес тем выше елки. Чем больше пьешь тем меньше благоразумия остается в мыслях. Чужая нежная кожа выглядела все более приветливо. Коленки так и манили на них прилечь, а что повыше. Что повыше страдало от бомбардировок разными вещами. То от смеха Изанами прольет шампанское прям в декольте, а потом в панике засовывает между грудей салфетки потому что неприятно и липко потом будет, то роняет что-то обязательно слишком вкусное, что так и хотелось сначала собрать прямо там губами, а потом украсть с изящных пальцев, но остатки разума твердили Доппо о том, что так в приличном обществе не поступают. Почему вдруг Хифуми, шампанское и телевизор — приличное общество? Доппо не могла дать на это ответ. Правда, в приличном обществе откровенно пялиться на чужую грудь тоже неприлично, но разве Каннонзака чем-то хуже клиентов Хифуми? Отнюдь! Более того, они встречаются, а значит на эту самую грудь Доппо имеет абсолютно все права, так ведь?       — Надо принести тортик, — вдруг вспомнила Изанами о вкусности что они дегустировали днем. Она поднялась с места, а Каннонзака до этого прислонившаяся к ее плечу, упала на диван, наблюдая за тем как отдаляются чужие ноги. Если бы Хифуми не успела отойти до того как Доппо потеряла равновесие то с какой вероятностью клерк смогла бы заглянуть под юбку? Наверное, ей бы, как обычно, не повезло: больно уж облегающую вещицу Изанами натянула на себя. Впрочем, попытка не пытка, правда, возможность проверить уже утеряна. С этой мыслью Доппо закрыла глаза.       — Ты чего это, спать собралась? Каннонзака подскочила на месте и снова упустила заманчивую возможность понаблюдать за Изанами с необычного ракурса. А та как раз притащила два кусочка торта. Все еще замечательно выглядящего и мягкого.       — Скажи «а-ам», — ласково протянула хостес, протягивая вилочку Доппо. Та посмотрела на Хифуми как на ненормальную, учитывая что она ничего в руках удержать не может, но все равно открыла рот, чтобы хоть частичку торта словить, пропади невнимательность Хифуми пропадом. Лакомство постепенно пропадало в желудке Доппо без особых усилий с ее стороны, а Хифуми слишком явно наслаждалась процессом и Каннонзака могла просто видеть как женщина подбирает момент чтобы снова ее поцеловать. Доппо ждала пока Изанами его подберет. Она была уже не против получить еще парочку, становясь слишком вялой чтобы даже протестовать против этого.       Тарелка с тихим звяком опустилась на стол и Хифуми подобрала ноги на диван, почему-то не принимаясь за свою порцию. Видимо, даже у кусочка солнечного света может иссякнуть энергия.       — Вот не поймешь тебя, — хихикнула Изанами, вдруг становясь на колени и перекидывая одну ногу через Доппо. — То не смотришь, то кажется что сейчас съешь! — хостес опустилась на чужие коленки и обхватила Доппо за шею. — Все-таки нравится костюмчик, м?       Сложно ответить на вопрос об одежде когда все что видишь — это вздымающаяся и опадающая грудь. Особенно сложно когда непонятно: хочется ли ее укусить из-за сладковатого запаха, исходящего от кожи или уткнуться в нее по памяти о том как же мягко это ощущается.       — Ну и молчи, — Изанами отклонилась назад, чтобы взять что-то со стола, а Доппо вздохнула и обхватила ее за бедра чтобы эта неугомонная нее свалилась. — Оп! — радостно выдала женщина, придвигаясь еще ближе к клерку. Щеки Каннонзаки обдало жаром когда подол прямо под руками пополз вверх из-за неосторожных движений.       — Ты чего творишь? — прошипела Доппо, поднимая голову.       — Корзиночка, — невинно заявила Хифуми, смотря ей прямо в глаза и приподнимая чуть выше лакомство будто бы Доппо оттуда сможет лучше его рассмотреть.       — Я ни черта отсюда не вижу, Хифуми, — честно призналась Каннонзака, но хостес не то чтобы обратила на это внимание, больше занятая тем чтобы придумать с какой стороны откусить.       Снизу вверх смотреть на это было забавно. Наверное, Доппо никогда не признается, но самое интересное что могло происходить в комнате всегда было на лице Хифуми. Будь то улыбка или озадаченное выражение — все было очень динамичным и ярким. Даже спящее лицо Изанами было очень живым, наверное, отображая сны что она видит. Но за ним наблюдать было отчасти страшно. Не так уж много прошло с того времени когда ей перестали сниться кошмары. Но сейчас главной проблемой было откусить от пирожного и не испачкать все лицо. Хотя казалось бы, перед кем аккуратничать? Перед Доппо? Доппо видела даже то что точно не стоило видеть, ее таким не удивишь точно.       Наконец решение было принято и Изанами откусила, однако почему бы клубнике не упасть? Каннонзака проследила за этим падением с нескрываемым любопытством. Как красиво ягода задержалась у клерка прямо перед носом.       — Если хочешь — возьми, — без задней мысли выдала Изанами, решив прикончить сначала все пирожное и только затем вернуться к сбежавшей, но стоило ей сунуть последний кусочек в рот как она почувствовала горячее и влажное прикосновение к своей груди. Женщина вздрогнула, слишком рано проглотила, невольно прогибаясь в спине, и опустила шокированный взгляд на Доппо, что даже не успела спрятать язык обратно в рот.       — Доппочин, — шумно выдохнула Хифуми, поджимая губы, а Каннонзака утянула ягоду в рот. — Вкусно? — Доппо кивнула и снова провела языком по коже, собирая остатки крема. Изанами как-то вокально выдохнула, невольно сжимая колени вокруг чужой талии. Клерк подняла на нее недоумевающий взгляд, но что-то в ее голове щелкнуло и женщина провела ладонями по бедрам и пояснице хостес, прижала к себе за талию.       — А есть еще? — Канннзака провела носом по чужой шее, заставляя Изанами охнуть и опустить голову. Хифуми обхватила ее лицо ладонями и провела языком по губам Доппо, тихонько фыркая.       — Только если ты поделишься.