Where is my mind?

      То, что это был сон, Андрей понял не сразу. Небо вокруг него пестрело яркими красками заходящего солнца, оттенками, переливающимися от нежно-розового до багряного, редкими облачками, окрашенными в золотистый цвет благодаря последним лучам небесного светила. Вокруг росли чудесные деревья разных видов, которые на первый взгляд было невозможно определить, а сам же он стоял на чем-то вроде веранды, держа в руках бокал с бордовой жидкостью, вином, разумеется, и периодически отпивал немного напитка. Осознание происходящего пришло также не сразу, постепенно, но как только он наконец начал соображать более-менее четко, то приметил тот факт, что тело, почему-то одетое в белую рубашку с классическими черными брюками, совсем не подчинялось прихотям сознания, действовало как-бы на автомате. Тогда-то и болезненное сознание прояснила мысль о том, что все это лишь сновидение.       Пугаться было нечего, это ведь сон, так ведь? Абсолютно безобидный, ничего не значащий, чем-то напоминающий кино, но будто внутри одного из актеров. Отчасти этим даже можно было наслаждаться, хотя некое чувство в груди сродне с паникой все еще преследовало. Очень хотелось осмотреться, но тело не давало этого делать, упорно смотря вперед, на пусть и красивый, но уже наскучивший пейзаж.       Вдруг сзади кто-то прокашлялся, и голова сама повернулась в сторону. Около него стоял не особо высокий мужчина лет сорока-сорока пяти, с лысиной на голове и пышными, ухоженными усами, которые почему-то вызывали приступы смешков. Человек был одет в некий черный фрак, имел худощавую, костлявую фигуру и всем своим видом походил на кого-то из другого времени, может, из века восемнадцатого-девятнадцатого... Окружение, кстати, тоже подтверждало данную точку зрения, представляя из себя нечто вроде имений богатых дворян, какие обычно изображались в учебниках литературы и истории: прекрасные лазурные стены, резные окна, старательно выкрашенные в белый, прямо эстетический рай для глаз, иначе и не скажешь. - Господин, ваша спальная комната готова. Приношу извинения за доставление неудобства, в особняке вашего отца вас должны были принять иначе. - В моем особняке. Уже в моем, - слова произнеслись сами по себе, однако Андрей готов был поклясться, что слышал собственный голос. Нет, в этом сне действия определенно происходили в какой-то чертовой альтернативной вселенной, а он был в сознании на уровне тайного гостя-шпиона. Хотя, мысли его копии он слышать не мог, но вот интересно, а он их слышит...?       Мужчина во фраке виновато потупил взгляд, поправил потрепанные очки, сидящие на носу. - Да, простите, немного оговорился, - вид лакея(?) вызывал жалость, он казался сильно подавленным, огромные мешки пролегли под глазами вместе с маленькими, почти незаметными морщинками. Но почему-то Андрею казалось, что копия его явно не испытывает тех же чувств. - Передайте остальным слугам, чтоб после моего сна все собрались в Туманной гостиной, я должен ознакомиться с ними. Надеюсь, мы сработаемся, - на последней фразе губы копии ощутимо растянулись в не совсем дрброй усмешке, а Новостняков подумал, что явно предпочел бы, чтоб сон закончился. - Хорошо, господин, позвольте я провожу вас в вашу спальную комнату, - смиренно и тихо сказал слуга, развернувшись и удаляясь внутрь самого имения. Копия сделала еще один глоток вина, поставила бокал на кофейный столик, стоявший рядом, и неспешно последовала за дворецким.       Внутри дома было так красиво, что глаза разбегались, пытаясь ухватить каждый кусочек интерьера: резные столы и стулья из красного дерева, картины в невероятнейших рамках, развешенные на каждой из стен в безмерном количестве, виртуозно сделанная люстра с сотнями свеч, свешивающаяся с потолка, озаряя комнату приятным свечением огня, даря свет, который за окном уже начинал затухать, ведь солнце неминуемо клонилось к горизонту... Все казалось таким нереальным, таким особенным, но почему-то слегка знакомым, совсем чуть-чуть, и Андрей не понимал, где же он мог это видеть. Разве что в музеях, конечно, ну или на фотографиях.       Лакей провел его через пару подобных комнат, а после указал на лихо завинченную лестницу, ведущую на второй этаж. - Господин, пройдите по ней вверх, там находится ваша комната, дверь в нее открыта, вы ее узнаете. - Это комната отца? - вопрос копии прозвучал спокойно, но Андрею показалось, что в нем были не сильно заметные, но отчетливые нотки агрессии - Да. - Тогда я могу занять другую спальню? К примеру, гостевую..       Лакей выглялел немного озадаченым, очки слегка съехали с носу, но тот легким движением поправил их. - Но ведь она не такая удобная, как комната хозяина дома, да и мы уже приготовили все для сна... - голос казался слегка дрожащим, как будто слуга побаивался своего господина. - Ничего, это ваши обязанности - угождать тому, кто вам платит. Дело не сложное, горничные не переработают, - в тоне слышалась отчетливая неприязнь вперемешку с отвращением. - Х-хорошо, как скажете, господин. Можете сразу занять ту комнату, которая вам угодна, слуги принесут вам ваши вещи, - сдался наконец бедный лакей, отводя взгляд в сторону.       Внутри у Андрея все сжалось, мысли, одна удивительней другой, замельтешили, завертелись в разуме. Почему его копия так нагло обращается с прислугой? Из-за чего не желает занимать комнату отца? Что вообще, черт возьми, происходит в этом странном и немного пугающем сне?!       Он никогда еще не хотел проснуться настолько сильно. Почему-то паника захватила контроль, дышать в этом теле становилось сложнее, перед глазами все поплыло, попало под действия блюра. Мысли затуманились, текли в сознании очень медленно. Владелец тела, кажется, не испытывал того же, так как спокойно и уверенно стоял на ногах, объясняя что-то дворецкому, что именно, Андрей уже не слушал. Не до этого было.       Темнота заполнила все перед глазами, звуки превратились в далекое эхо, и Новостняков, кажется, наконец понял, что происходит.       Он просыпается.       Понимание происходящего повлекло за собой ощущение теперь уже своего родного тела, плотно закутанного в одеяле. Открыв глаза, сев на кровати и судорожно пригладив волосы, которые, казалось, стояли дыбом, он пытался отойти от сновидения. Ощущения были... теми еще. Настолько четкие сны ему не снились уже давно, если, конечно, не никогда. Он мог сказать каждый диалог, каждую сказанную фразу, детально помнил интерьер помещений, старого слугу... И это немного пугало, хотя с другой стороны и немного радовало, не каждый день снится что-то необычное, особенно когда в последнее время ночью усталый мозг посещают лишь какие-то бредовые фантазии а-ля трехглавый леший с огромными розовыми крыльями. Вот от такого действительно можно инфаркт схватить, а этот сон, по сравнению с другими, выглядел хотя-бы адекватным и осмысленным. Почему-то хотелось посмотреть его продолжение, хотя и тот образ клона слегка пугал и настораживал по необъяснимой причине.       На часах было чуть больше девяти, когда Андрей наконец прошел на кухню, обнаружив там лишь остывающую недоваренную овсяную кашу и неровным почерком накаляканную записку. Исходя из нее, Денису срочно надо было поехать прямиком в свой ресторан из-за какой-то неразберихи с персоналом, которую вот уж точно нельзя решить просто по телефону. Ну и пусть едет, раз ему так надо, думал Новостняков, выбрасывая ко всем чертям это мерзкое подобие завтрака и вытаскивая из морозилки старые добрые пельмени. Гастрит так гастрит!       Возился с едой Андрей не слишком долго, пусть и пришлось звонить Дэну, чтоб тот объяснил некоторые нюансы по поводу включения этой адовой машины, которую хозяин квартиры радушно называл кухонной плитой. Такое большое количество всяких сенсорных кнопочек сначала действительно напугало, но потом уже, свыкнувшись с этим чудом техники, он кое-как поставил несчастную кастрюлю на плиту.       Пожалуй, его мучения были вознаграждены по достоинству, ведь то, что у него получилось, то ли с голодухи, то ли из-за натуральности мяса казалось лучшим блюдом, что Андрей когда-либо пробовал в своей жизни. Из-за чего-то вспомнился вчерашний день, когда они с Максом встретились в кафе, и руки, казалось, сами потянулись за телефоном. Будет ли он сейчас казаться навязчивым, если напишет Максиму что-то? Это ведь не будет чем-то, что выходит за рамки дозволенного, что нельзя делать лишь при одной недолгой встрече? Знать наверняка это нельзя, поэтому остается рискнуть, и он неловко открыл чат с Тарасенко, которого он еще вчера вбил в телефоне, и несколько по-идиотски начал писать: (9:53) Привет, я так понял, сегодня все в силе?       Ответ, как ни странно, приходит незамедлительно, хотя до этого Макс не был в сети. (9:54) Да, конечно, во сколько тебе удобно? Сможешь в час дня?       Какая-то странная улыбка растянулась по лицу, а облегченный вздох вырвался из легких. Он не забыл... (9:54) Ну, это смотря в каком месте встречаемся. С метро я в первый день разобрался, но если на далекое расстояние, то не доеду быстро. (9:55) Ну, можно встретиться сразу у Эрмитажа, мы ведь туда планировали, а лучше на Адмиралтейской станции, это на фиолетовой ветке. Тебе не будет далеко?       Кажется, фортуна наконец-то была на его стороне, ведь ему было совсем близко, рукой подать. (9:56) Да, все в норме, мне как раз удобнее доехать до Адмиралтейской, мне недалеко и без пересадок. (9:56) Да? Тогда здорово!) Встретимся там в час, прошу, не опаздывай.       Пялиться с глупой улыбкой на сообщение вообще нормально? Андрей уже ни в чем не был уверен, кроме как в том, что этот день он проведет великолепно. У него же такой потрясающий экскурсовод нашелся, скажешь кому - обзавидуются! Говорить об этом, к слову, почему-то не хотелось, все это казалось каким-то личным, не темой для хвастовства, а персональной тайной, о которой знали только они с Максимом. И это выглядело довольно мило...       Подготавливался к выходу он на удивление придирчиво, что для него никогда свойтвенно не было, но ведь поход в такое культурное место, надо ведь подобрать что-то особенное... В итоге выбор пал на строгую белую рубашку с серебристыми пуговицами и темно-синие джинсы: не прилизанно, но и не слишком вызывающе, самое то. Потратив еще немного времени на быстрые сборы, он наконец-то был абсолютно готов ко всему тому, что могло и не могло с ним произойти. Быстро настрочил Денису сообщение о том, что уходит сегодня на некоторое время, тот не стал возражать, наоборот, порадовался, что Андрей не сидит в четырех стенах, ведь Питер - как раз город для прогулок, особенно тогда, когда по счастливой случайности не идет дождь. С этим он не мог не согласиться, поэтому быстро накинул на себя легкую темно-синюю куртку, замотал клетчатый шарф вокруг шеи, схватил с ближайшей полки свой тряпочный черный рюкзак и ключи от квартиры, которые ему любезно предоставил Каликин на этот день. ***       На Адмиралтейской, как, в общем-то, и на любой станции Санкт-Петербурга, было не протолкнуться. Еле-еле лавируя между толпой, чуть не сбив с ног какую-то маленькую девочку, которую случайно не заметил, Андрей все-таки признал для себя, что метро - адское место, даже не смотря на красоту самой станции, увенченной старинными вензелями и картинами на стенах. Максима нигде не было видно (естественно, за такой толпой ничего видно не будет), поэтому лучшим вариантом для действий было выйти из этого гребаного ужаса на улицу, где и ждать парня.       Уже было проталкиваясь к выходу, видя перед собой желанные ступеньки, идущие вверх, он услышал голос того, кого и искал. - Андрей! Я здесь!       Максим чуть ли не бежал к нему, проталкиваясь сквозь толпу, не обращая внимания на ворчливые змечания бабулек. Сердце Новостнякова сделало непонятный виток по всему телу и упало обратно в грудную клетку, после чего яростно забилось от радости. Макс, наконец-то пропихнувшийся через огромную толкучку, мило улыбнулся, остановившись лишь в метре от парня. - Ну, что, погнали? Ты как, готов к этому? Поверь, Эрмитаж огромен, мы его за один день точно не обойдем... - ...Но можем хотя-бы посмотреть самое основное, - усмехнулся в ответ Андрей, чувствуя, как энергия заполняет его. Да, день обещает быть как минимум интересным. - Чтож, тогда давай для начала выберемся со станции, тут отвратительная толкучка, - поморщился Макс, а его собеседник еле подавил смешок. - Не любишь многолюдные места? - А как их любить вообще? Одни толкаются, другие орут, кошмар полнейший... Удивлен, что кому-то нравятся заведения вроде ночных клубов...       Коваль еле-еле увернулся от очередной бабульки, параллельно оттаскивая Максима от слишком быстро идущего мужчины, избегая столкновение этих двоих. - Ох, ну надо же быть хоть каплю аккуратнее...       Тарасенко смущенно отвел взгляд. - Извини, я часто не смотрю себе под ноги, могу быть супер неловким. - Да ладно, не стоит извиняться. И, да, всегда думал, что тебе нравятся клубы.       За пустой болтовней, не несущей особого смысла, они даже и не заметили, как добрались до нужного места. Солнце бережно освещало высокое здание, которое вполне можно было назвать самым настоящим дворцом, и Андрей почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Бирюзовые стены, оснащенные различными видами золотых архитектурных украшений, завитков, высокие белые колонны, все в чудесном состоянии, как будто бы они переместились куда-то в прошлое, и лишь современно застекленные окна напоминали о том, что они не где-то в девятнадцатом веке. - Ваау, - присвистнул Максим, также удивленно взирая на здание, - даже представить себе не могу, насколько же красиво внутри...       Новостняков пораженно уставился на него. - Ты живешь в этом городе уже черт знает сколько, но ни разу не ходил в Эрмитаж?! - Я... Честно, даже не знаю, что ответить... - парень выглядел немного стесненным этим вопросом, - У меня как-то руки ни разу не доходили...       Почему-то Андрею нравилось смущать Тарасенко. Почему - он и сам не знал ответа. - Окей, давай найдем кассу, нам же билеты еще надо купить... - перевел он тему разговора, а Макс тут же его перебил. - Не, к кассе не надо, я уже купил билеты через интернет... - Вау, - улыбнулся уголком губ Андрей, одаряя собеседника благодарным взглядом, - Спасибо большое... Так, сколько я тебе должен...?       Парень в ответ лишь яро протестующе замахал руками. - Нет-нет, что ты, давай без этого! Я просто сделал тебе подарок, ладно? - Ох черт, мне как-то неловко... Они же, наверное, под тысячу стоят... Нет, давай я лучше отдам тебе деньги, - Андрей уже-было потянулся за кошельком, но Максим явно был против. - Воу, воу, хватит, не надо тут..! Иначе я обижусь, - кажется, этого было достаточно, чтоб утихомирить Коваля, - Да и, если вдруг захочешь меня отблагодарить, я тут по дороге приметил, как продавалась сладкая вата... Я, конечно, ни на что не намекаю, но... You know.       Румянец медленно пополз по щекам Тарасенко. - Ахах, да, конечно, я с удовольствием! Ох черт, сколько же лет я не ел сахарную вату...       На входе в Эрмитаж уже собралась некоторая толпа, ожидающая момента, когда экскурсовод по музею освободится, и их наконец запустят. Люди самых разных национальностей и возраста залипали в телефонах или бездумно пялились куда-то в сторону, и в этих взглядах явно нельзя было уловить хоть какую-то осознанную мысль. При появлении невысокой девушки, очевидно, их сопровождающей, толпа наконец-таки оживилась, кто-то даже проявил уважение, убрав гаджеты в рюкзаки и сумки, как это и сделал Андрей. Максим же наоборот вытащил телефон. - Фоткать буду, - коротко пояснил он с лукавой усмешкой. - А тут разве можно? - покосился в сторону охранников Новостняков. Ему еще штрафа в жизни не хватало для полного счастья... - Рискнем, - хитрая заговорщицкая улыбка и искорка в карих глазах почему-то заставили все мысли о незаконности происходящего мигом куда-то улететь, - Что думаешь насчет совместного сэлфи у "Возвращения блудного сына"? - Ты разбираешься в искусстве? - Нет, просто посмотрел топ самых известных картин Эрмитажа, чтоб не казаться совсем уж идиотом. *** - Ахахах, Андрей, ты видел это?! - вывел из мыслей заливистый смех рядом, - Oh shit, парень, как же тебя жизнь потрепала...       Взгляд Тарасенко был направлен на старинного вида портрет, на котором изображался весь разодетый в золотые одежды с рюшками мужчина средних лет. Изображенный обладал настолько кислой физиономией, что можно было предположить, что эта персона явно не хотела себе никакого портрета, а художник явно не горел желанием приукрашивать свою модель. Новостняков не смог сдержать приступ смеха и тихо прыснул. Да, как бы они оба не старались вникнуть в рассказы экскурсовода, их попытки оказались тщетны, поэтому уже через полчаса, отделившись от остальной группы посетителей с разрешением сопровождающей, они бездумно бродили по музею, совершенно по-идиотски угарая над каждым забавным выражением лица. Максим уже понаделал кучу фоток, пообещав, что из всего этого обязательно сделает мемы и в первейшем порядке пришлет их Андрею. Андрей ничуть не возражал, а был даже за.       Наверное, они слишком быстро перескочили из статуса "неловкие друг с другом коллеги по ютубу" до "друзья", но, опять же, никто из них совсем не возражал против такого несерьезного общения, соответственно, проблем не было. - Ээй, а посмотри сюда! Это от того самого художника! Хммм, а эта работа даже ничего такая... Атмосферная, - Макс оценивающе смотрел на картину, висящую лишь в паре шагов от них, и когда Новостняков покосился на нее, его сердце пропустило удар.       На стене, в позолоченной рамке с различными не имеющими смысла завитушками, висела картина, на которой потрясающе, красивым сочетанием красок была нарисована огромная дворянская усадьба, в которой Андрей с шоком узнал то самое поместье из сна.