я не открою тебе

помню, как ты позвонила мне поздней ночью. я вздрогнула во сне, думая, что произошло. вяло и лениво подняла руку, отвечая на звонок и сонно поднося телефон к уху. ты кричишь. ты кричишь на всю улицу. голос полон, неизвестной для меня в тебе, энергии. ты будто только что убила кого-то на той самой трассе, как какая-то сумасшедшая, которая сбежала из дома для душевнобольных, и теперь звонишь мне сказать, что «убила эту сучку битой». хотя, на самом деле, не вдаваясь в подробности очередного хоррора перед сном, скорее всего, ты вновь выпила энергетики или пригубила пару бокалов, а теперь смело шагаешь ко мне, думая, что я наивно открою. я не отошла от нашей ссоры. я не открою. стучишь мне в дверь. я не понимаю, как ты могла пробраться через консьержку снизу. бабуля то приветливая, но иногда и меня забывает, хотя я живу тут почти года три, попутно работая и ища недорогую квартиру для снятия, чтоб свалить из этой развалины. подкупила может чем. откуда столько денег, предполагая, что до этого ты ещё и пила алкоголь? ты была с кем-то?.. не хочу знать. я не открою. вновь стучишься. я не хочу этого делать. мы кричали. мы били дорогую посуду на моей кухне. до сих пор я собираю по квартире маленькие стеклянные осколки моей любимой чашки. совершенно случайно натыкаюсь на них, режу палец и выкидываю с кровью. кровь. помню, как в начале отношений получила от тебя хлесткую пощечину за мои заживающие порезы на запястьях. после этого ты названивала мне на телефон, что стоял на вибрации, умоляя «простить дуру», ты же «волновалась». я плакала и не отвечала. мне было страшно. я правда не открою. ты воешь под дверью какую-то тупую мелодию. знакомая, но не хочу пытаться вспомнить. весь мой плейлист от начала до конца в песнях, что связаны с тобой. тебе мало? я плачу под них уже вот как три месяца в своей пошатанной кровати. у меня скомкана простыня, я не поправляю её. пью из одной и той же кружки, не моя её. все равно там бывает только вода, иногда, рандомно, водка или ром.. я не могу жить с тобой, но так же не могу жить без тебя. все это так трудно. я же не открою, да?.. надеваю халат, который стащила у бедной матери, тихо выходя из квартиры и мимолётно закрывая за собой дверь, не впуская тебя. взгляд полон прерванного сна, синяки под глазами из туши для ресниц и преждевременном утреннем ожидании суточной работы. в руке связка ключей от дверей и телефон. холодно смотрю на тебя и не замечаю даже капли хромой походки. алкоголем не несёт.. это настолько для меня поразительно, что захотелось предательски улыбнуться. неужели ты правда в хорошем настроении и пришла обратно ко мне? мы идём на балкон. да, на тот ветхий балкон. ободранная белая краска времён СССР, которую обычно все выколупывают, когда говорят по телефону от «ничегонеделания». грязные железные прутья поверх балкона, все в ржавчине, но кто то до сих пор за них держится. все ещё удивлена, что нигде нет шприцов и иголок. мои мягкие тапочки бы просто не выдержали, и через несколько лет я бы сдохла в больнице от СПИДа. тут проходили тысячи вечеринок: людей тошнило с этого балкона, кто-то сбрасывался из-за безработицы,а мы с тобой скидывали презервативы с водой. это было время, как только заехали сюда. что-то обильно рассказываешь. я лишь моментами включаюсь в разговор, поддерживая его словами «ооо, круто» или «дадада, помню это», устремляя свой взгляд в еле-еле видимый рассвет. такое чувство, будто ты все же выпила для храбрости. так спокойно мне обо всем рассказывая, смеясь. говоришь о своей младшей сестре, куда ездила этим летом, что крутого купила в свою новую квартиру. «моя храбрая девочка, хах?»- проносится в голове. на тебе старая чёрная джинсовая куртка, я все наши отношения говорила тебе ее выкинуть на помойку, так как в ней скоро дырки появятся. ничего не произошло. - п-пошли.. пошли в квартиру? молча заходим туда, как в родной дом. аккуратно снимаешь свои военные ботинки, проходя вперёд, и бездушно падаешь на шаткий диван, из которого вот-вот полетят пружины. его облицовка залита каким-то напитком так, что не оттереть пятно уже год. я пыталась. честно. это маленькое недоразумение мы заставили красивой вязаной подушкой, которую оставим там при сдачи квартиры, тихо убегая. ты в этом время находишь потрёпанный пульт, закидывая ноги на диван, и включаешь телевизор. скажи мне, что может идти в четыре утра? что ты хочешь там найти? серии своего медицинского сериала или новый выпуск тупого телешоу? тут только профилактика. ты останавливаешься на какой-то чуши в виде «магазина на кушетке», где полная дамочка обозревает каблуки на высокой платформе, после чего переключается на белую машинку для стирки. смотришь, не выдавая никаких эмоций. смотришь, чтоб не начинать говорить со мной. сажаюсь рядом, долго смотря на тебя, выискивая что-то, а после решаю смириться, продолжая смотреть телевизор. что ты хочешь мне сказать? зачем пришла? может, ты обкурилась? хотя и запаха нет, и зрачки не большие. ты хочешь переехать? вещи твои тут же выкину с балкона.. наверное. проходит час. я незаметно для себя придвинулась ближе. вот, ты уже приобнимаешь меня за плечо, даже не поворачивая головы, всё пялясь в этот тупой экран. я уставши расслабляюсь,настолько, что мне уже кажется, как мое тело вот-вот разольется каким-нибудь ромом и вытечет прям к тому неизвестному пятну под подушкой. зачем ты меня так лаского обнимаешь? тебя не было три месяца, я не прощу тебе это. слёзы. маленькая солёная вода в капельках. и ты ведь чувствуешь, что я плачу. но не поворачиваешься. просто обнимаешь крепче. сидим за кухонным столом. время.. около пяти с чем-то утра. ты пьёшь из моего бокала остаток красного вина, закрывая картонную коробку и аккуратно ставя в холодильник. я рассказываю тебе... вроде, какую-то шутку, от чего твои уголки, я видела, слегка приподнялись, пока ты делала глоток. остается пару часов до работы, и я решаю рассказать тебе про неё. говорю, как долго ждала вакансию и как меня повысили через неделю. рассказываю про то, как мне нравится. как я жажду ей и, наконец, после всего случившегося, могу жить нормально. ты холодно смотришь на меня. где та энергичность, что была в ночном звонке? я что-то не так сказала? ставишь бокал с звонким звуком на столешницу возле меня, рядом с раковиной, скрестив ноги и опираясь сзади руками. в этот раз, уже ты решила рассказать мне про неё. - в общем, Крис, я в новых счастливых отношениях с девушкой и пришла просить прощения за недопонимание между нами. мне жаль, что я губила тебя. прости и прощай, думаю. т-ты издеваешься? как.. как ты можешь? я плачу. громко и надрывно плачу. ты пытаешься обнять меня, подходя ближе, и как-то обсудить это, но я вырываюсь. я срываюсь. вот, что ты не хотела мне сообщать, так ведь? сука. мразь. как ты можешь? да я зависима от тебя, дура... вновь безнадёжно пытаешься обнять, я только стучу тебе кулаками по грудной клетке. у тебя нет эмоций. ты только подрагиваешь бровями, то ли от моей жалкости, то ли от боли. я теряю силы и наконец оказываюсь в твоих руках. просто ждешь, когда я утихну. вою куда-то в рубашку, слёзы текут рекой. ты не можешь так со мной. пожалуйста. пожалуйста. пожалуйста... - ..пожалуйста, останься со мной чувствую невесомое касание к своей щеке, после чего - короткий поцелуй в губы. нет. это не может быть концом. аккуратно касаешься шеи, гладишь по коже, все так же целуя. целуешь меня прямо в губы. тихо и медленно. где страсть?.. где вся твоя грубость, черт возьми, Алекс? нет. ты молча ведёшь меня к своей же постели, я слышу каждый твой шаг по полу. снимаешь халат, проходясь губами по шее, касаясь ими ключиц и все так же медленно спускаясь ниже. мои слёзы текут, как никогда. я такой боли при расставании не испытывала, как сейчас, понимая, что больше не прикоснусь к тебе. ощущаю холодные пальцы на бёдрах, тихо простанывая на ушко. я ни разу не прикрыла глаз. я стонала и ничего не хотела больше. а ты так же касалась меня. без чувств. касалась, будто тебе это не нужно, будто ты просто пытаешься меня утешать. так и есть, но я не хотела думать об этом, хотела только мечтать, что нужна и желанна. мы лежали в кровати. я плакала в подушку, а ты молча смотрела на потолок, руками пытаясь застегнуть на своей груди большую рубашку. слегка отстранившись, я подползала к тебе и продолжала плакать тебе в плечо. ни на чьём теле не было ни единого следа, укуса или царапин от ногтей. раньше были царапины на все лопатки. я их делала. тебе нравилось, ты заводилась ещё больше. раньше были укусы на моей шее и груди так, что в чеках для повседневных покупок были тюбики тональников вторым пунктом. теперь, скажи «спасибо», иначе бы я выцарапала для неё послание на твоей спине. от этих мыслей и моих рыданий болит голова. на работу я не пойду... прикрываю глаза ладонями, убирая потекшую тушь и слёзы с губ. замечаю, как ты подносишь мне бокал вина, который я за пару секунд опустошаю полностью. когда я так выпала? сколько сейчас времени?..хватит. ты садишься рядом. я решаю высказать тебе всё. говорю про отношения - ты говоришь забыть. говорю про страсть - ты говоришь «в прошлом». говорю про свою любовь - ты затыкаешься и предательски молчишь, отводя свои сверкающие глаза в сторону. рвано дышу. какая же ты мразь... кричу тебе о том, как ты любила меня. как мы закупались дешевым спиртом и приглашали всех людей из колледжа на вечеринку. как тебя тошнило в туалете, а я держала твои, на тот момент длинные, волосы в руках, заботливо подавая полотенце. как твои руки скользили по телу, когда я стонала твое имя в тёплой постеле на той квартире. как мы переезжали. как ты любишь эту суку. мне прилетает пощечина. меня пробирает непонятный смех, на что вижу ужас в твоих глазах. открытый страх, моя милая, я не слепа. тебе просто стыдно за то, что между нами было. неужели ты пришла, чтоб правда попросить у меня прощения?.. мои колени у твоих ног, я просто прошу врезать мне ещё. избей меня. разбей мне нос. губу. оставь на мне синяки. ты с ужасом молчишь, прикрывая рот рукой и вжимая пальцы в свои щеки. и замечаю слёзы. неужели... тебе жалко меня? обессилено падаешь напротив меня, стукаясь ногами о пол, начиная плакать и устремляя свой взгляд только в комнатный плинтус. умоляешь простить тебя. «простить за все, что было раньше». тебе жаль. ты раскаиваешься. продолжаешь плакать.. я жила тобой.. четыре года. снимала квартиру вместе, терпела побои, которые ты же в ванной замазывала мне и забинтовывала этими тупыми повязками, что бросались в глаза моим коллегам на прошлой работе в кофейне. побои, которые стали моей зависимостью. я любила все эти раны, все эти синяки и царапины. я гордилась ими. я гордилась моей любовь к тебе. хочешь сказать, ты выросла? заводясь, допиваю второй бокал парой глотков и силой кидаю в бетонную стену на кухне, от чего стекло разлетается по всему помещению. ты вздрагиваешь, капая слезами на пол. сука... проходит час. хах, ты, даже после долгой и эмоциональной ссоры, можешь дать мне уснуть на себе. я просто могу сесть на твои колени, положив голову на хрупкое плечо, пока ты зарываешься своими худыми и тонкими пальцами в моих волосах, гладя меня по ним и приговаривая шепотом на ушко, что я в безопасности сейчас. пускаю тысячную слезу по горячей щеке. после, засыпаю. засыпаю, как маленький котёнок на ногах у любимой хозяйки после двух поглаживаний по тёмной шерстке. тёплые руки. такие тёплые и родные руки.. не убирай их никогда от меня. не отдавай меня никому, прошу. не уходи от меня.. просыпаюсь вечером того же дня. в квартире не темнеет, конец августа. стекло убрано, все на своих местах. телефон на зарядке. это... сон? я молюсь, чтоб это был сон. прохожу по квартире, замечая ничего не тронутым. улыбка появляется на моем лице. ты не приходила. ты не извинялась и.. записка на столе: «прости. я все убрала, поспи, отпросись с работы. рада была увидеть тебя, живи счастливо. Алекс» блять...