сыворотка правды

в нëм так много безумств, что он не хочет домой. итэр видит отражение неоновой лампы в медных глазах напротив, и уголки губ словно разъезжаются сами собой. в его улыбке — ни одного намëка на похоть или вязкую романтику, но он пьян, и сяо готов собрать сливки. у старшего в голове мелькает мысль о том, что он ни с кем не был так честен, как с этим пареньком, у которого длинные пшеничные волосы завязаны в неряшливый узел на затылке. кажется, в первую встречу он носил косу. кажется, между ними химия похлеще, чем у героев самых раскрученных фильмов. — говоришь, скучал? — не хватает адреналина. честная блядь. они, вообще-то, оба впервые за несколько месяцев вышли в свет. держались в тени не потому, что так хотели, а потому что у сяо еще оставались следы здравого смысла в голове. он прекрасно знает, чем для подростков оканчиваются влюбленности в парней "постарше", а итэр далеко не исключение. он радиоактивный. он наполнен этой кислотой. нездоровый альтруизм, обсессии и дефицит внимания создавали в юноше такой адский коктейль, что печень разъедает. он такой импульсивный ребëнок, что сяо впору примерить отцовские замашки и уберечь от невзгод. особенно тяжело спасти итэра от проблем, когда все его проблемы — это ты. сяо просит у бармена текилу и задумчиво насыпает на свое запястье соль. раз. два. три. четыре. четыре секунды требуется младшему, чтобы приблизиться достаточно и широко провести языком по солëной коже. очевидно, текилу заливает в себя он же. у итэра маленькие кровавые ранки на губах щиплят очень сильно, и он находит обезболивающее в мокром поцелуе. — всë ещë лезешь с языком без спроса, — выдыхает старший, а пальцы дрожат. блондин даже не отвечает, наваливаясь на того всем телом. маленькие руки залезают под черную водолазку, царапают грудь и бока. сяо хватает чужие запястья и уводит бесстыдника от взора присутствующих. путешествие до спальни для гостей длится целую вечность. вероятно, можно было бы завершить его быстрее, если бы мальчишка не норовил залезть тонкими пальцами за чужую ширинку каждые два вздоха. сяо привычно бережно подталкивает итэра к кровати, нависает сверху, раздвигая руками его колени в стороны. он целует белое личико, размазывает слëзы, перемешанные с чёрной подводкой, по линии скулы, распускает чужие волосы и прижимает к себе за квëлые плечики. итэр был чуть выше его самого, но ещë стройнее. ещë изящнее. узкая талия, широкие худые плечи и неописуемо очаровательная шея. бледная кожа обсыпана созвездиями родинок, и сяо предпочёл бы ориентироваться по этой карте всю свою жизнь. — я люблю тебя, — совсем тихо выдыхает младший, перед тем как заснуть от большого количества выпитого. итэр без ума от кандурина в шампанском, астрономии, тëплых оттенков и кроп топов. итэра легко расстроить, легко возбудить, легко вдохновить. но сяо обязательно сохранит его покой и посторожит его нежное тело, по крайней мере до завтрашнего утра вчерашнего дня.