Отчаянно желая счастья

      Кортни приоткрыла глаза, услышав шорох в своей комнате. Она приподнялась на кровати и сонно оглядела комнату. Однако девочка не увидела ничего необычного и легла обратно в кровать, укрывшись одеялом.       В голове резко промелькнул силуэт открытого нараспашку окна. Она подорвалась на месте и вновь оглядела комнату. Ничего. Закутавшись в одеяло, на дрожащих, ватных ногах она слезла с кровати и тихо прошла к окну, попытавшись как можно более бесшумно закрыть его и, удостоверившись, что ручка не сломана, девочка вернулась на кровать, после чего тут же накрылась одеялом с головой, чувствуя, как всё тело оцепенело от страха и начало дрожать. Она знала что была не одна в доме. Не просто так это окно было открыто, не просто так в комнате был шорох... Родители были в ресторане на празднике, поэтому это точно не могла быть мама, решившая проветрить на ночь комнату, да и смысла для неё в этом нет.       Только сейчас она поняла, какую большую ошибку допустила, закрыв это окно и показав тому, кто пробрался в дом, что она не спит и знает, что он внутри... Теперь её шансы остаться не то что невредимой – живой – стремительно скакнули вниз.       Дверца шкафа скрипнула и девочка еле сдержала вскрик, закрыв ладонями рот. Она почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, она понимала, что Он в её комнате, он всё видел и слышал, и он собирается что-то с ней сделать...       Внезапно половица скрипнула прямо у кровати Кортни и та поняла, что он совсем близко, попыталась придержать края одеяла, чтобы он не смог его стянуть, но оно безжалостно было сорвано с девочки. Кортни закричала, однако рука закрыла ей рот. Прямо над ней промелькнули алые огни глаз. Девочка тут же вцепилась ногтями в руку, пытаясь отодрать её ото рта, но тело парализовала дикая боль в руке. Она закатила глаза в дикой агонии, сильнее впиваясь ногтями в чужую руку, однако потом пальцы ослабли, а сама Кортни провалилась в своё сознание от болевого шока.       На пол упало 5 окровавленных ногтей, на которых остались кусочки плоти и кожи. На одеяле образовалось алое расползающееся пятно.       В окне на мгновение мелькнул чёрный силуэт с алыми огнями глаз, но потом тут же скрылся, не оставив после себя ни единого следа...

***

      – Гвенни, просыпайся, засоня, – с улыбкой сказала демонесса, распахнув шторы.       – Ещё немножко, я не досмотрела сон... – пробурчала девочка, накрываясь одеялом, но Ария нежно стянула его с рыжей девочки, и поцеловала её в лобик.       – Давай вставай. Сегодня в школу не пойдёшь, я хочу провести весь день вместе с тобой, – девушка по-доброму улыбнулась и погладила ладонь сонной девочки, которая зевнула, потирая глаза, но внезапно перехватила кисть руки демонессы в свои ручки.       – У тебя царапины! – взволнованно пролепетала девочка, поджав губы, – что случилось?       – Ничего такого, просто ночью пошла прогуляться и наткнулась на кошку, которая застряла на дереве, – улыбнулась Холл, – она испугалась, когда я попыталась её достать, и поцарапала мою руку.       – Нужно перевязать! – сказала рыжик, поднявшись с кровати.       Ария не сопротивлялась, спокойно шагая за чертенком, которая повела её на первый этаж, где посадила на диван и убежала на кухню. Гвен вернулась с аптечкой и еле как открыла белый чемоданчик, откуда достала марлевый бинт и, не обрабатывая царапины девушки, просто перевязала её руку в несколько излишних слоев, о чём Холл решила не говорить, дабы не расстраивать девочку. Она еле как сделала бантик и, поднеся тыльную сторону ладони девушки к лицу, аккуратно поцеловала перебинтованную руку.       Ария почувствовала, как кровь подступила к щекам, которые густо покраснели, словно на них вылили бокал вина, и обняла чертенка, которая замурлыкала, улыбаясь.       – Гвенни, ты прелесть, – шепнула та на острое ушко девочки, которая пискнула и покраснела, скорее, от того, что у неё были чувствительные ушки, чем от смущения, – а теперь пошли завтр-       Арию прервал звонок в дверь. Она резко изменилась в лице, улыбку словно рукой стерло. Девушка повернула голову в сторону двери, вглядываясь в неё, словно пытаясь смотреть сквозь.       – Гвенни, иди на кухню, на столе тарелка с блинчиками, – сказала та с непривычным для девочки холодом в голосе, – я скоро приду, а потом мы пойдём по магазинам. Хорошо?       Гвенни кивнула и убежала на кухню, решив не спорить с девушкой, ведь этот холод её не то чтобы напугал, но она совсем такого не ожидала от демонессы. Брюнетка взяла с полки перчатки без пальцев и натянула их на руки, после чего прошла к двери и медленно открыла её.       – Здравствуйте, мисс Холл. Офицер Майлз, мы из полиции, – представился мужчина в форме.       – Добрый день, офицер, – спокойно сказала девушка, прислонившись плечом к дверной арке, – что-то случилось?       – Да, сегодня ночью кто-то пробрался в дом Сойеров и.. – мужчина перевёл взгляд за спину девушки на девочку которая выглянула из дверного проёма на кухню.       Демонесса тут же опомнилась и обернулась в сторону чертенка, лёгким жестом показав ей идти обратно на кухню, после чего вновь посмотрела на мужчину.       – Извините, Гвен такая подслушка, тем более, когда приходит в дом полиция. Не каждый же день так, а она вовсе в первый раз видит полицейского, – улыбнулась Холл, – так что там с Сойерами?       – Ах да, так вот, кто-то пробрался в дом Сойеров и, – он показал девушке наклониться, после чего шепнул ей, – вырвал девочке ногти.       – Господи, какой ужас! – Ария прикрыла рот ладонями, – как сейчас девочка?       – У неё сильная психологическая травма и она не может говорить. Сейчас Сойер в больнице, – ответил мужчина, почесав затылок, – должен у Вас спросить-       – Передайте им, пожалуйста, что я готова помочь им материально! Любую сумму готова перевести, лишь бы бедная малышка оклемалась скорее... Знаете, я очень люблю детей. Мне невыносимо даже думать о том, что какому-то ребёнку может быть настолько плохо... – вздохнула Ария, – это такая трагедия... Кто мог совершить такое? И зачем ему это делать?       – Мисс Холл, Вы столь добры, – растерянно сказал офицер, – даже несмотря на то, что между Сойер и Вашей Гвен случился конфликт недавно.       – Да, я знаю об этом. Мы уже поговорили с её родителями и всё уладили, – кивнула Ария, – милейшая пара, они так заботятся о своей девочке... – девушка приложила ладонь к щеке и покачала головой, вздохнув, но потом опомнилась и посмотрела на мужчину, – так что – Вы говорили – хотели спросить у меня?       – Да, я должен спросить у Вас насчёт того, где Вы были этой ночью? – спросил тот, потом посмотрел на руки девушки, заметив на них перчатки, — Вы куда-то собираетесь?       – Да, мы с Гвенни собирались пойти по магазинам после того, как она покушает. А насчёт ночи... Так, ну... Вечером мы с Гвенни поужинали, потом я уложила её спать и сама пошла. Но ночью долго не могла уснуть и решила пойти прогуляться, зашла в магазин, купив хлеб с шоколадной пастой для Гвен. После я пошла домой и обнаружила кошку на дереве. Ну не могла же я оставить бедное создание сидеть там на холоде, поэтому я еле как сняла её с этого треклятого дерева. Правда, не без «приключений» — кошка меня поцарапала, пока я её пыталась снять, но не сильно. Потом я отнесла её по адресу, написанному на ошейнике. И вернулась домой, – расписала по полочкам девушка.       – Хорошо, я Вас понял, – кивнул Майлз, – что ж, я пойду. Хорошего Вам дня, мисс Холл.       – До свидания. Надеюсь, Вы найдёте того ублюдка, который сделал это, – вздохнула та.       Девушка медленно закрыла дверь и провернула несколько раз замок, после чего вздохнула и пошла на кухню, решив не обращать внимание на то, что Гвен всё это время подслушивала их разговор, стоя в дверной арке, что было прекрасно видно в отражении в настенном зеркале. Она замедлилась на несколько секунд перед тем, как зайти на кухню, чтобы девочка успела плюхнуться на стул и сделать вид, что всё это время с превеликим аппетитом кушала, совершенно не думая, о чем же говорит Ария с офицером. После скрипа стула по полу, Ария зашла в комнату и посмотрела на рыжика, усердно пытающуюся запихнуть себе в рот целый блин. Безуспешно, естественно.       — Приятного аппетита, Гвенни, — сказала та, сев за стол напротив чертёнка.       — Фпасибо, — ответила та с набитыми щечками, — а о чём вы разговаривали?       По-доброму улыбнувшись, Ария пододвинула бутылочку кленового сиропа к рыжику, которая послушно взяла её и налила немного на блинчик.       – Да ничего такого... Сойер больше тебя не побеспокоит. Но, думаю, в школу тебе лучше не ходить... – пауза, – с девочкой случилась трагедия. Я так боюсь, что с тобой тоже что-то может случиться, пока меня не будет рядом.       – Я сильная и могу дать отпор любому! – воскликнула Гвен, – и защитить тебя, Ри!       Холл почувствовала, как в груди всё расцветает от слов девочки. Она всегда была защитой для кого-либо, но ещё никогда ей не говорили, что готовы защищать девушку. Даже, если Гвенни была значительно слабее демонессы, да и то, что она вообще может защитить брюнетку было довольно абсурдно. Она плевала на это, ведь эта девочка была просто милейшим созданием, которое смогло растопить её сердце.       – Хорошо, – улыбнулась девушка, – но тогда... А вдруг со мной что-то случится, пока ты будешь в школе? – дрожащим голосом тихо спросила Ария.       Девочка замялась, растерявшись, и тут же вскочила на стул.       – Я не буду ходить в школу, чтобы всегда защищать Ри! – гордо воскликнула та.       – Спасибо, мой маленький рыцарь, – сказала Холл, – а теперь кушай быстрее и пойдём с тобой гулять.       Гвендолин кивнула и свернула блинчик треугольник, после чего начала быстро кушать его, настолько, что подавилась и закашляла. Девушка легонько постучала её по спине и погладила.       – Не торопись настолько, Гвенни, – хихикнула та.

***

      – Гвенни, – резко обратилась Ария, остановились посреди торгового центра девушка, переведя взгляд на подростка, что держала её за руку и разглядывала искусственные растения, лозы которых свисали со второго этажа, попутно наслаждаясь приятной музыкой на фоне.       Гвен вздрогнула и обернулась в сторону демонессы, наклонив голову на бок. Ария всегда говорила слишком резко и громко для чертенка, которая привыкла к спокойствию. Обычно с ней в принципе никто не разговаривал не по делу, а девушка появилась в её жизни сравнительно недавно. Именно из-за этого Гвендолин постоянно вздрагивала. Впрочем... Сам стиль начала разговора от брюнетки был словно... Змеиный укус. Резкой и пугающий.       –Испугала? Извини, – наклонившись к Гвен, тепло улыбнулась демонесса, после чего выпрямилась и посмотрела вдаль, словно и не собиралась ничего говорить, но всё же потом вновь посмотрела прямо в глаза девочки, – ты доверяешь мне?       Гвендолин растерялась на пару секунд, не понимая, к чему был этот вопрос, причём ещё настолько внезапно.       – Но ведь Ри сама сказала не доверять никому... Даже самой Ри, – прошептала чертенок.       – Ты чего? – протянула Ария, заулыбавшись, – Ри просто шутила!       Холл присела на колено перед девочкой и обвила руками её тело, прижимая к себе, уткнулась носом в её плечо и вздохнула, улыбаясь.       – Ты можешь доверять мне, Гвенни, – сказала та, – только мне, Гвенни...       В глазах демонессы пропал блеск, вместо которого появился алый прожигающий душу огонь, чего Гвен, конечно же, не заметила и девушка знала это – она и не хотела пугать свою малышку.       – Только мне.       Гвендолин вздрогнула, словно девушка крикнула на неё, и отошла на шаг, заставив Арию отпустить её. Девушка растерялась на пару секунд, но потом улыбнулась и поднялась, выпрямившись.       На них уставились косые взгляды прохожих, которые брюнетка успешно проигнорировала. Холл была из тех, кому было абсолютно всё равно на мнение ненужных ей людей. И выражалось это в прямом смысле – она могла сделать что угодно прилюдно без единой капли стеснения или скованности, зная, что последствий этого у неё не будет.       – Идём дальше, Гвенни? Как насчёт зайти в кафе-мороженое и заказать пару шариков «волшебных леденцов»? – улыбаясь, спросила брюнетка, тут же переключив внимание подростка со странной фразы на любимое мороженое.       – Идём! Идём! – воскликнула девочка, схватив ту за руку и потянув за собой.       Холл тепло заулыбалась, совершенно не сопротивляясь рвению девочки. Внутри – в груди – всё цвело и сияло от любого прикосновения этой девочки, от любой фразы, от её взгляда светлых и искренних глаз... Гвен наполняла её жизнь красками, светом и теплом. Она была словно ожившая мечта.       Ожившая мечта быть счастливой.