Цен(л)итель

Колени трясутся пиздец. Чёрный человек, чёрный человек, чёрный человек на кровать ко мне садиться… Сука, хоть бы не забыть текст. Сердце стучит так, что сейчас сломает грудную клетку, волосы слиплись и свалялись в колтун от вечных попыток поправить причёску – это уже не просто молодой златовласый Есенин, а Есенин прилично подвыпивший в кабаке, в пору читать «Я Московский озорной гуляка». Вступительный экзамен Государственного Института Искусства и Культуры города N начался 2,5 часа назад и фамилия, начинающаяся на «Ш» оказалась настоящим проклятьем. И кто только придумал этот ебаный алфавитный порядок. Конечно, Шастун знал, что алфавит придумали Кирилл и Мефодий, он всё так сдал литературу на 95 баллов ради поступления в театральное, но сейчас он не помнил ничего кроме строк последней поэмы великого поэта серебряного века. « В связи с профилактикой распространения короновирусной инфекции абитуриенты приглашаются в экзаменационную аудиторию по одному согласно спискам» Где-то четверть выступивших выходила из аудитории в слезах – забыли текст или, что еще хуже, не заинтересовали приёмную комиссию и отчитали свои монологи в звенящую тишину. Другие светились от счастья, видимо приглянулись кому- то из кураторов, коих в этом году было 5 – Третьякова, Добровольский, Буше, Попов и Позов. Перед Антоном оставался 1 человек и парень в миллионный раз успевает прогнать в голове «Чёрный человек» и монолог Дубровского, если вдруг Шастун доживёт до второго тура с прозой, и входит в аудиторию. Антон никогда не лез за словом в карман, да и проблем с уверенность в себе у него не было - всеобщий любимец в школе, звезда районного театра, отличник и просто золотой мальчик, но сейчас живот болел, а перед глазами стояла белая пелена. Паника грозилась захлестнуть его с головой. Соберись, Шастун. Только не представляй экзаменаторов голыми, там всё так трое мужиков, нам такого больше не надо. В аудитории, рассчитанной человек на 200 сидит всего 7- две древние седые бабульки – ректор института и декан факультет ( какие бабульки, Шастун, это заслуженные артистки, блять. Аккуратнее с формулировками, придурок, ты еще даже не поступил) выглядят крайне незаинтересованными и сонными, чего не скажешь о кураторах. Белокурая Третьякова с ангельской внешностью делает приглашающий жест рукой и Антон выходит на середину аудитории, прикрыв на собой дверь. Вдруг раздаётся звонок и Василевская лезет в карман за телефоном. Извинившись, ректор выходит из кабинета, попросив подождать 2 минуты. Это даёт Антону возможность присмотреться к присутствующим и решить «на кого» он будет читать. За первой партой у окна сидят Добровольский с Поповым. Как только ректор вышла по важному звонку Павел Алексеевич достал собственный смартфон и благополучно в нём залип, что в общем то не предосудительного- 2, 5 часа слушать сомнительное исполнение классических произведений от абитуриентов так себе развлечение. Сидящий рядом Попов окинул Антона скептическим взглядом. Казалось, синее глаза не знали за что зацепиться в стоящем перед ним абитуриенте. Джинсы подтяните, Шастун. Врят ли Есенин в те времена носил лоу вейст. - Кто бы говорил, Арсений Сергеевич,- отозвался со второй парты Позов – дети сейчас знают что такое адаптация. Интересно На 3 ряду расположились Буше и Третьякова. Мария Вячеславовна Буше – самая известная артистка из кураторов 1 курса, к ней в состав, наверняка, самый большой конкурс. Она смотрела куда то сквозь Антона уставшим, нечитаемым взглядом. - Не волнуйтесь, Антон- сказала Мария Сергеевна и улыбнулась. Третьякова казалась здесь самой приятной и адекватной и Антон решил читать на неё. – Давайте начинать без Юлии Александровны, прошло уже 7 минут, мы только задерживаем всех. Начинаем с поэтической части, представьтесь, назовите автора и название поэмы. Глядя во внимательные мягкие глаза Третьяковой Антон начал: - Сергей Александрович Ес…- и запнулся на полуслове. Голос дрожал и звучал так тихо и жалко, будто он провел эти 2.5 часа под проливным дождем. - Так, Шастун, без соплей,- Попросил Добровольский и Антон перевел взгляд на него – хватит на сегодня истерик. Сделал глубокий вдох и выдох, собрался и давай заново. Читать на Марию Сергеевну не вариант, она как будто смотрит прямо в душу. Антон обвёл аудиторию взглядом в поисках поддержки и зацепился, как утопающий за спасательный круг, за очки Попова в массивной оправе, которые он будто намеренно поправил, обращая на себя внимание. Резко выдохнув, Антон повторил попытку: - Антон Шастун, Сергей Александрович Есенин, «Чёрный человек» - голос звучал чётко и наполнено- Друг мой, друг мой, я очень и очень болен – он как будто черпал энергию из тёмно-синих глаз Арсения, которую вкладывал в слова поэмы, полностью на ней сконцентрировавшись. Арсений Сергеевич вместе с остальными кураторами отсмотрел 96 человек за сегодняшнее утро, а отметил в качестве потенциальных студентов на свой курс всего 7. Не то чтобы он был неприлично требователен или придирчив, он вообще не зацикливался на каком-то конкретном качестве, они всё так искали артистов, а не солдат, поэтому Попов позволил себе в этом голу выбирать сердечной мышцей. Кто-то читал с идеальным, вышколенным (читай задроченным) произношением с миной страдания, как по учебнику актёрского мастерства. Ну уж нет, это к Третьяковой. Другие пытались изменить размер произведений, взять харизмой и смелостью. А Попову хотелось противоречий. Чтобы у артиста всегда было что-то в застенке, покрыто вуалью, с двойным дном. Когда под конец экзамена вошёл Шастун в образе раннего Есенина Арсений ожидал либо «Хулиган я хулиган, от стихов дурак и пьян», либо «Заметался пожар голубой». Потому что, ну серьёзно? Чем он волосы покрасил? Гуашью с блёстками? Но когда выяснилось, что Шастун собрался излагать «Чёрный человек» Арсений поумерил свою ироничность. Молодой Есенин читает свою последнюю поэму. Интересно - Я один, и разбитое зеркало- закончил Антон. Он вложил все силы в это прочтение, но прочитал так, как хотел и был собой доволен. - Спасибо, Антон, это было хорошо – Похвалила Мария Сергеевна – Что вы выбрали из прозы? Блять, проза. Чёрный человек действительно не давал ему спать всю ночь и ресурсов на Дубровского практически не осталось. Ничего, прорвёмся. После такого успешного прочтения Есенина нужно обязательно преодолеть Пушкина, отступать некуда, за нами Москва. - Александр Сергеевич Пушкин, монолог Дубровского из одноименного романа – выдохнул Шастун. - Оооо боже, нет, пожалуйста, только не снова – простонал Павел Алексеевич – Вы у нас 11 Дубровский за сегодня. Антон, я думаю мы вас уже неплохо услышали и если никто не против давайте сразу к собеседованию. - Я думаю противников не будет, Паш, Василевской то нет. С разу к делу. Любимый театральный режиссёр? Только не говори Серебряников, Шастун, а то я перестану тебя рассматривать – оживился Позов. Господи, собеседование. Мне послышалось или он сказал рассматривать? ? Господи, господи, собрались, Шастун, собрались. - Рыжаков, Дмитрий Тимурович – улыбнулся Антон Позов прыснул и сделал пометку в лежащем перед ним блокноте. - Прекрасный выбор, Антон, ты к стати заодно ответил на зачётный вопрос первой сессии, моё имя и отчество, молодец. - У меня тоже вопрос – Антон повернул голову к Третьяковой – опиши любое течение живописи и несколько его представителей. - Выберу попроще, пожалуй фовизм – Да, Антон готовился, он же сука с 5 лет мечтал об актёрском, конечно он готовился – модернестическое течение периода постимпрессионизма начала 20 века. Характерный приём фовизма – обобщенные формы пространства, сведение к простоте. Из художников можно отметить Кончаловского и конечно Малевича. Судя по выражению лица Мария Сергеевна ответ её полностью удовлетворил. - И последний вопрос на сегодня – слово взял Арсений Сергеевич. Антон сглотнул, от Попова после его первой фразы можно ожидать чего угодно – расскажи что такое метафора и приведи её пример из любого произведения. Ну это даже оскорбительно. Шастун сдал ЕГЭ по литературе на 96 баллов, а это вообще проходят в 5 классе. - Метафора это слово или выражение, употребляемое в переносном значении, в основе которого лежит сравнение предмета илил явления с каким-либо другим на основании общего признака, Арсений Сергеевич. Пример - сигареты Огастуса из «Виноваты звёзды» Грина. - Я не читал «Виноваты звёзды», давай из классики пример – Какой серьёзный - Ну хорошо, допустим « Топи да болота, синий плат небес» из Есенина, «плат небес»- метафора. Попов только кивнул. Отреагируй, сука. Я же правильно ответил, чё за кивок. - Хорошо, Шастун, я бы сказал отлично. Ты молодец, что собрался – Добровольский тоже пометил что-то в блокноте – Спасибо, завтра второй тур, начинаем в 9, ищите себя вечером в списках на сайте. Антон выдохнул. Не смотря ни на кого он поблагодарил кураторов, попрощался и вышел из аудитории.