I Will Never Be Her

How is it you never noticed That you're slowly killing me?

Камилла всегда гордилась тем, что может прочитать почти любого человека. Всё же она психолог, и ее работа заключается в том, чтобы проникать в мысли людей и разбираться в их проблемах. Когда Клаус Майклсон появился в городе, он был загадкой, ожидающей своего решения. И возможно, именно так у неё проявлялись профессиональные отклонения, но она была просто обязана ''разгадать'' его. Всё продвигалось постепенно, будто она медленно сдирала кусочки обоев, желая докопаться до холодного бетона. И чем больше она узнавала, тем больше вопросов появлялось. Он никогда не рассказывал ей многого. Конечно, он был очень скрытен, когда дело касалось его чувств, но она постепенно подружилась с теми, кто окружал его, и узнала о его тёмном прошлом. Он был вампиром… Нет, он был гибридом, одним из самых могущественных существ в мире, он ничего не чувствовал, и не заботился ни о ком, кроме своей семьи. И она отчаянно хотела изменить это. Она заставит его заботиться о ней, о посторонней, о той, которая не являлась его семьёй, впервые за его бессмертную жизнь. Насколько она знала, такое уже было когда-то, но не по отношению к ней. Бывали дни, когда она видела его в углу бара с блокнотом в руках. Он всегда был глубоко погружен в свои мысли, как будто пытался вспомнить что-то очень важное. Он сосредоточенно кусал губы, в то время как кусочек графита царапал поверхность бумаги. Она незаметно проходила мимо него на кухню, хотя и не была там нужна, и оглядывалась, чтобы увидеть его работу. Она увидела девушку со светлыми волосами и яркими глазами. Сначала она подумала, что это мог быть её портрет, и её сердце воспарило, пока она не поняла, что девушка на бумаге выглядела моложе, ей было около двадцати. Каждые несколько дней она становилась свидетелем одного и того же. Она начинала думать, что эта девушка — плод его воображения, или кто-то из его прошлого, потому что она никогда не слышала, чтобы хоть кто-то из его знакомых или семьи упоминал о какой-нибудь значительной девушке в его жизни. Когда он наконец согласился приходить к ней на сеансы, чтобы впустить её в свою жизнь, она была вне себя от радости. Возможно, это был первый шаг к тому, чтобы он доверился ей, и, возможно, только возможно, они могут стать чем-то большим. Она начала с расспросов о его семье, на которые он отвечал без особых эмоций, излагая факты и хронологию событий, произошедших за многие годы. Затем их разговоры перешли к теме Нового Орлеана, к месту, которое теперь он называет домом. Он говорит ей, что чувствует себя обязанным быть в этом городе, так как он был тем, кто построил его, и он пожертвовал своим счастьем, ради того чтобы быть здесь. Он не стал вдаваться в подробности, а ей не хотелось слишком давить на него. Наконец она спросила его том рисунке. Это был вопрос-табу с тех пор, как она увидела его. К её удивлению, после этого вопроса маска безразличия, наконец, спала с его лица. — Я не хочу об этом говорить, — ответил он. — Кем бы она ни была, я уверена, что она не хотела бы видеть тебя в таком состоянии. — Не говори о вещах, о которых ничего не знаешь, — прорычал он, его гнусный характер вспыхнул, — И всё это больше не имеет значения, она теперь далеко от меня. И это к лучшему. — Если она — кто-то из твоего прошлого, возможно, пришло время отпустить её и перейти к будущему. — Этот сеанс окончен, — он встал и вышел, громко хлопнув дверью. В спешке он уронил небольшой альбом для рисования, который всегда носил в кармане джинсов. Посмотрев на закрытую дверь, она подняла ключ к его самой охраняемой тайне.

You don't care, you never did.

Страницы за страницами маленьких набросков заполняли книгу. Там были пейзажи, изображения членов его семьи, но большинство набросков изображали одну и ту же девушку. Под некоторыми из них было подписано, Сколько бы времени это ни заняло. Может быть, он преувеличивал значение этой девушки в его прошлом. На следующий день она отправилась к Ребекке. Несмотря на то, что у девушек были достаточно недружественные отношения в начале, из-за всей этой истории с Марселем, теперь они сформировали предварительный союз, поскольку Ребекка думала, что Ками оказывает положительное влияние на Клауса — ещё одна причина, по которой Камилла была уверена, что именно она сможет спасти его от его же тьмы. — Ками, — поприветствовала Ребекка, усаживаясь перед баром, который она обслуживала. День был тихий, и посетителей было немного. — Ребекка, я рада, что ты пришла, — улыбнулась она. — При всей моей любви к светским беседам, давай перейдём к делу, — Ребекка всегда была прямолинейна — Ты хочешь знать что-то… что-то о моём брате, не так ли? — Я просто хочу лучше понять его. Как ты сказала, я могу спасти его от демонов. — Ладно, давай не будем забегать вперёд, — упрекнула Ребекка. — Я сказала, что ты оказываешь на него положительное влияние, потому что ты хороший человек, и он может полюбить тебя. Но опять же, я не Ник и никогда не буду утверждать, что полностью понимаю его. — Ну, я думаю, что я почти там, — несмотря на слова Ребекки, она всё ещё не теряла надежды, — Есть только один последний кусочек головоломки, который я упускаю, — она скользнула по блокноту, — Ты знаешь, кто она? Сначала я подумала, что она ненастоящая, но он говорит о ней так, будто она умерла давным-давно. — Оу, ну она очень даже жива, — ответила Ребекка, — После стольких лет… Я думала, он забыл про неё, когда навсегда покинул Мистик Фолс. — она нежно улыбнулась рисункам. — Она жива? Кто она? — Может быть, в прошлом я и была долгое время заколота, но всё же я провела достаточно времени со своим братом. Как я уже сказала, я думаю, что ты оказываешь на него положительное влияние, и он может полюбить тебя, но это никогда не сравнится с теми чувствами, которые он испытывает к ней. Мне бы очень не хотелось разбивать тебе сердце, но иногда правда лучше, чем незнание. Может быть, всё это время я ошибалась, и ты — всего лишь способ заполнить пустоту, которую она оставила в нём, — честно заявила Ребекка. У Ками защемило сердце, из глаз потекли слёзы. Нет, она не сдастся. Если бы эта девушка действительно ценила его, она была бы здесь, не так ли? — Ее зовут Кэролайн, она ребёнок-вампир из Мистик Фолс, — продолжала Ребекка, — Они познакомились, когда Ник искал двойника, чтобы снять своё проклятие. Барби была одной из её лучших подруг, и, несмотря на то, что они были по разным сторонам, их тянуло друг к другу. По правде говоря, когда мы с ней впервые встретились, я жутко ревновала. Она воплощала в себе всё, чем я когда-либо хотела обладать, у неё были друзья, которые любили её, она не потеряла свою человечность, и самое главное, она значила для Ника что-то очень многое. Если произойдёт что-то ужасное, он спасет её раньше меня. Вскоре я поняла, что она ему подходит. Она олицетворяла невинность, она пробуждала в нём человечность или то немногое, что от неё осталось. Она заставляла его хотеть стать лучше и никогда не оправдывала его плохое поведение. Он проявил к ней доброту, прощение и такую нежность, о которой я даже не подозревала. — Если она так совершенна, почему она не здесь, чтобы помочь ему сейчас? — с горечью спросила Камилла. — Если бы с любовью было так легко, Камилла, — сказала она тихо, словно оглядываясь на свои прошлые отношения, — Я не знаю точных причин, тебе придется спросить об этом Ника. Но помни, время для нас, вампиров, течёт совсем иначе.

All alone I watch you watch her Like she's the only girl you've ever seen

Прошло уже несколько недель с тех пор, как Камилла в последний раз видела Клауса. Он не звонил ей с тех пор, как вылетел из её кабинета, и она знала, что лучше не связываться с ним, когда он в плохом настроении. Но ей нужно выяснить, что происходит между ними. Несмотря на то, что теперь она знала кто такая Кэролайн, она всё ещё хотела быть единственной для него, и она хотела, чтобы он знал, что она рядом, потому что, по крайней мере, она была в Новом Орлеане, когда как Кэролайн там не было. Войдя в Бойню, она улыбнулась, увидев его в фойе. Он был повернут к ней спиной, и она откашлялась, привлекая его внимание. Когда он обернулся, на его лице была улыбка, и Камилла не могла не улыбнуться в ответ. 'Он рад меня видеть', — подумала она, — 'в конце концов, у нас есть надежда'. Затем фигура позади него отступила в сторону, и Камилла была ошеломлена, увидев её во плоти. Кэролайн Форбс Она была здесь. Она была в Новом Орлеане. Она приехала в Новый Орлеан ради Клауса. И теперь Ками поняла, 'он улыбается не мне, а Кэролайн'. Она была красива. Несмотря на то, что она вампир, она источала свет. Она была светом в его темноте. — Привет, — Кэролайн протянула ей руку, — Мы кажется не знакомы. — Камилла, — коротко сказала она, пожимая ей руку. — Приятно познакомиться, я Кэролайн, подруга Клауса, — улыбнулась она. — Ты хотела поговорить с ним? — Послушай, Ками, — прервал её Клаус, — Кэролайн только приехала, и я намерен сдержать свое обещание, показав ей свой город, поэтому предлагаю тебе прийти как-нибудь в другой раз. — прямо сказал он, не сводя глаз с Кэролайн. Он словно боялся, что она исчезнет, если он отвернется. Он сильно, и в то же время мягко, сжал её руку. — Клаус, — легонько пожурила его Кэролайн, хлопнув по груди, — Не груби! Я могу подождать, обещаю, никуда не уйду. Да и мне стоит где-нибудь оставить свои вещи. Глаза Камиллы расширились, когда она увидела их взаимодействие. Никогда ещё она не видела Клауса таким расслабленным, и выполняющим чужих приказов. — Нет, нет, — пробормотала она, — Я пожалуй пойду. Клаус прав, ты только приехала. То, что я хочу сказать, может подождать. Приятного дня, Кэролайн. Она вышла за дверь, но не раньше, чем оглянулась в последний раз. Клаус обнял Кэролайн и нежно поцеловал её в лоб, за что она наградила его ослепительной улыбкой. 'Любовь никогда не бывает легкой', — подумала она про себя, — 'Особенно когда мужчина, которого ты любишь, влюблен в кого-то другого'. Она хотела возненавидеть его за то, что он заставил её влюбиться в него. Но она не могла, ведь именно Кэролайн была той, кто спасёт его.

You want her, you need her, but I will never be her.