Моё время с тобой до достижения "Бог"

      Этот мир был построен на простой всем понятной схеме: будешь трудиться и твои старания окупятся – ты вознесёшься; Бог нарушает правила – становится падшим; человек нарушает правила – становится демоном. Такая схема была уже давно высеченна в сознании каждого.       Настоящей неудачей являлось то, что Шэнь Юаню удалось переродиться в таком мире. Но ещё с рождения схема была заложенна ему в подсознание родителями, которые вскоре скончались, не дожив и до пятилетия своих детей.       Шэнь Цзю и Шэнь Юань стали сиротами в четыре года. Старший стоял над трупом и бесшумно ронял слёзы, закусив губу. Младший давно громко плакал, больше уже не стараясь сдерживать эмоции.        Потерять родителей так рано было большим уроном для психики даже для Шэнь Юаня, несмотря на то, что ему было уже больше двадцати лет. Не был важен возраст, в котором ты потерял близкого человека, это всегда больно. Невыносимо больно. Было чувство, будто твоё сердце медленно разрывают на мельчайшие кусочки. Безысходность топила душу в отчаяние. Хотелось умереть и уйти в мир иной вместе с родными, которые за четыре года стали очень дороги сердцу. Но сила воли заставляла продолжать борьбу даже в такие трудные времена.       Мать близнецов была очень добрая и заботливая, но старалась воспитывать своих сыновей строго без поблажек, но, если честно, это у неё плохо выходило. Её безграничная любовь всегда затмевала злость. Госпожа Шэнь никогда не ругала близнецов.       В отличие от матери, что всё своё время уделяла исключительно детям, отец часто находился в путешествиях, по скольку являлся торговцем. В одном из своих походов он не выжил. Матушка не выдержала такой новости и заболела тяжёлой болезнью, спустя два месяца она скончалась.       Теперь осиротевшие дети были отданы на распоряжение судьбы. Судьба в свою очередь обошлась очень жестоко и безжалостно вышвырнула близнецов на грязную улицу. Им оставалось лишь хвататься стёртыми в кровь пальцами за надежду. Надежда не слабела и заставляла страдать в беспочвенной вере в лучшее.       Прохожие смеялись, издевались, осуждали за чужую жизнь, за то, что дети не сдавались. Но Шэнь Юань и Шэнь Цзю, не скоро, но привыкли не обращать на чужое мнение внимание, чужие пустые слова перестали восприниматься близко к сердцу. «В их жизнях чья-то болтовня не должна играть даже самой незначительной роли» – это являлось их безмолвным правилом, которое они давно вызубрили навечно.       Начинался посредственный день, ничего не должно было идти вне ожиданий, но всё пошло иначе. Настал переломный момент в жизнях детей.       Небольшой киоск стоял в дали от оживлённой улицы. День был пасмурным, поэтому посетителей было крайне мало. Продавец устало вздыхал и рассматривал посеревшее небо, на котором красовались грозные тучи.       Отвлечённый торговец не заметил приближения маленьких ручек. Шэнь Цзю воспользовался этим и ловко схватил три ещё тёплые булочки.       Краем глаза заметив движение в стороне, мужчина повернулся, но было уже поздно. Сорванец уже скрылся за углом вместе со своим сегодняшним уловом. Продавец что-то зло выкрикивал в след, но Шэнь Цзю это более не волновало.       Обогнув несколько зигзагов и повернув в последний раз на лево, Цзю оказался в тёмном переулке. В самом углу уже находился мальчик. Услышав звук шагов, мальчик развернулся.       Мягкие волосы струились с худых плеч вниз. Красивые черты лица подчёркивала бледная кожа, а на устах сияла доброжелательная улыбка. Их внешность была полностью идентичной, если не брать в расчёт глаз одного из детей. У Шэнь Цзю глаза были чисто зелёного цвета, а у близнеца напротив лишь один глаз был зелёным, второй был окрашен в красный цвет. — А где Юэ? — Ещё раз окинув окружение внимательным взглядом, удивлённо вопросил Цзю. — За тобой ушёл, я думал, что вы придёте вместе... — Улыбка Шэнь Юаня изрядно померкла. — Хм, — Шэнь Цзю нахмурился, — Я найду его.       Старший хотел уже развернуться, но Юань окликнул брата, приостанавливая. Шэнь Цзю оглянулся, в его взгляде читалось недоумение. — Цзю-гэ... Я... Можно мне пойти с тобой? — Шэнь Юань сжал подол одежды, не смея взглянуть на холодные черты лица близнеца. Шэнь Цзю не знал, что ответить.       Они разговаривали на эту тему, когда только начали свою жизнь как бездомные попрошайки. Всё было дело в Шэнь Юане. Точнее в глазе Шэнь Юаня. Из-за отличного цвета одного из глаз. Люди, замечая такую неестественную аномалию, часто пугались или выкрикивали фразы про нечисть и демонов. Но это было, конечно, не правдой. Красный глаз не делал Юаня демоном и не решал судьбу. Он служил простым отличием, выделял близнеца из толпы. Это не было чем-то плохим, но люди решили иначе. Всё, что являлось необычным человеческий род боялся. Пугался до приступов или чего похуже. Это была суть общества, основа, на которой всё строилось.       Это был ещё один пункт в пользу стопки ненависти толпы.       Близнецы пробовали, искали решение этой проблемы. Шэнь Юаню закрывали повязками половину лица, скрывая налитый алым глаз. Но с глазом близнец терял ориентировку в пространстве. Если один глаз Шэнь Юаня лишали возможности видеть, то второй мог уловить только расплывчатые остаточные оттенки цветов и очертания объектов напротив. И это работало и на правом – зелёном, и на левом – красном глазе.       Из-за этого Шэнь Юаня оставляли дожидаться в тёмном переулке. В этот переулок давно никто не суётся, ведь давно наслышаны о страшной преступной банде. Это была их территория. Всех, кто совался в переулок, избивали. Обычно смельчаки уходили из опасной зоны с поломанной ногой и разбитым лицом, которое больше напоминало живую грушу для битья. Шэнь Юань был против таких жестоких мер, но поделать ничего не мог.       В итоге Юань со временем стал напоминать кота. Он привык к темноте, в которой постоянно находился, и ластился к близнецу, радуясь полученными поглаживаниями. Он лип и к Юэ Ци, но об этом было принято умалчивать, если не хотите получить парочку ударов от Шэнь Цзю. Но несмотря на все эти факторы, Шэнь Юань больше походил на добродушного человека, с которым было приятно проводить время. — Юань. Ты и сам знаешь. Я не могу взять тебя с собой. — Взгляд Цзю сочился ледяными шипами. Улыбка Шэнь Юаня полностью растворилась, у него не было сил натягивать фальшивую маску на лицо. Он полностью перевёл взгляд на землю, оставляя на лице истинные эмоции. — Хорошо. — Тихо отозвался тот. — А-Юань, — Заметив, что на его слова не оказывают внимания, а брат уже плетётся в самый тёмный угол, Цзю сдался. — Ладно, твоя взяла. Только не смей отходить от меня и старайся не привлекать внимание!       Шэнь Юань поразился. Впервые старший брат разрешил и ему пойти. «Когда это А-Цзю стал таким мягкотелым? Где его твёрдый характер и беспрекословные принципы? Кто подменил моего брата?» — мысленно недоумевал Юань. Это было правда очень редкое событие.       Шэнь Юань, не зная спит ли он, ущипнул себя за руку. Но вскоре понял, что происходящее – не сон и не иллюзия, а явь. Уголки губ самостоятельно растянулись в улыбке, а на щеках показались не глубокие ясочки. Радости не было предела.       У Юаня было всего две основные эмоции – беззаботная улыбка и натянутая улыбка. Они обе сменяли друг друга по нескольку раз на дню, являлись частым гостем на лице Шэнь Юаня. Но вот такие эмоции как грусть и не поддельное счастье – изредка можно было наблюдать на его лице. Этот день можно было без сомнений считать редким. В один день две эмоции раскрылись. Интересно, что ещё поджидает узреть на лице младшего близнеца?       Долгие размышления затопили разум Шэнь Цзю, вырвать из них брата смог только Шэнь Юань. Он улыбнулся, подхватив брата под руку, и объявил: — Цзю-гэ! Я готов, время идти на поиски Ци-гэ! — Но в конце Юань всё же рассмеялся, поражаясь собственной серьёзно интонации.       Цзю слегка улыбнулся, но тут же вернул лицу по истине каменное обличие, готовясь загораживать брата от всех взглядов и нападок.

***

      Близнецы бродили около часа, но так и не увидели ни Ци-гэ, ни хотя бы его следы. Оставался только один вариант, где Юэ Ци мог находиться – центральная улица, на которую они в итоге и отправились.       Центральная улица считается самой роскошной во всём городе, что становится понятно с первого взгляда на аккуратно выложенную из камней дорогу и дивные заграничные украшения в ларьках, которые не будут стоять и десяти проданных Шэнь Цзю и Юаней вместе.        Такое было по карману лишь реально богатым людям, остальным нельзя было бросить даже мимолётный взгляд, ведь одно обвинение в пылинке на настолько дорогом товаре стояло бы жизни. И бездомные грязные попрошайки знали это, не все были готовы поставить свою жизнь на кон. Хотя парочку средь двадцати встречалось. Но удачно их попытки никогда не заканчивались, поэтому зарубежные купцы процветали и зарабатывали миллионы золотых слитков.        Если Юэ Ци осмелился прийти в такое место значило, что тот находится в ужасном настроении. Только адреналин в его крови мог помочь, отвлечься от хмурых мыслей. Такое состояние настигало его довольно часто, все уже привыкли не волноваться по такому поводу, потому что Ци-гэ не был самоубийцей, он бы не стал совершать необдуманные поступки.       Шэнь Юань и Шэнь Цзю, уже выйдя на главную улицу, незаметно шли по краю улице, ближе находясь к невероятно чистой дороге для повозок.       Помимо Юэ отсутствовали ещё некоторые, но они слишком часто проподали на дни, а то и недели. Их отсутствие было настолько обыденным, что присутсвие уже считалось чем-то невероятным. Смело можно было закатывать роскошный пир, на который только хватает денег. Будто призраки мальчишки появлялись и на следующий день буквально испарялись на глазах.       Но не стоило думать, что они умерли или чего похуже, ведь спустя нескоторое время потеряшки возвращались к своим товарищам целые и невредимые, будто и не было долгой недели отсутствия в родных краях. А на все вопросы они отвлечали «Гуляли.», что было, на самом деле, невероятной правдой. Ну а почему бы и нет, правильно? Земля большая. Вот они и не сидят спокойно в одном городе, на одном месте. Им жизненно необходимы приключения на свою голову, которые, в конце концов, достаются им в трёхкратном размере, как скидки в продуктовом магазине: один по цене десяти. Юные путешественники! Сердце кровью радостью наполняется при одном взгляде на столь бестрашных, смелых воинов.       Тем временем близнецы прошли половину всей дороги, но так и ни на кого не наткнулись. Это казалось им странным, они должны были к этому времени увидеть по меньшей мере тень присутствия Юэ Ци, но ничего такого не наблюдалось. Может быть Юэ Ци принял решение вернуться и давно ждёт их в привычном переулке? Такой вариант развития событий нельзя было отменять.       Словно услышав чужие мысли, улицу затопили чьи-то громкие возгласы, шум от которых перебивал все остальные разговоры.