Настоящая

Я начала приходить в себя. Не знаю, сколько я была в отключке, но голова ужасно болела. Слышались голоса, и я чувствовала легкую тряску. Через несколько мгновений, после того как я приоткрыла глаза, до меня дошло, что меня несли на руках. Это был Пэн. — Питер! — крикнул Феликс, подбегая к нам. «Аа-а-й, что ж так орать то?» — Ты че орешь, дубина? — зашипел на него нестареющий, увидев как я из-за головной боли морщилась и крутилась, но так и не открыла глаза. — Извини, — уже шёпотом ответил тот, — парни начинают приходить в себя, а что делать с телами индейцев? — с этого момента я стала прислушиваться. — Спрятать, а лучше закопать или сжечь, ты же знаешь, что если она увидит все, что я натворил, то превратит меня в отбивную, — тихо произнес Пэн. Что он сделал? Ох, и получит он когда я очнусь. Бить людей в качестве самообороны можно, особенно мне, а вот убивать… Капут его смазливому личику. — Да ну? Ты же легко можешь размазать её по стенке, но ты же не будешь этого делать? — по интонации в голосе я поняла, что Феликс ухмыльнулся. — Заткнись, — рыкнул Питер. — Давай я отнесу её к ней в дом, — предложил Феликс пытаясь забрать меня. — Я сам, — отдернул он меня от рук своего друга, да с таким видом, будто он ребенок у которого отнимают любимую игрушку, — лучше сходи за лекарством от её головы, — добавил он, за что я ему очень признательна. — Ладно, — ответил Феликс и ушел. Питер, зайдя в мою комнату, положил меня на кровать, взял стул и сел рядом. Пять минут я лежала в тишине. Из-за головной боли я не могла уснуть, но и открыть глаза не решалась. Пэн тяжело вздохнул. — Эх, Вера, ты такая крутая, почему все неприятности находят свое счастье с тобой и твоей пятой точкой? — усмехнулся он. — Потому что только они и могут быть счастливы со мной, — ответила я, открывая глаза и приподнимаясь на локтях. — Твою мать, ты уже не спишь, — дернулся из-за неожиданности Питер Пэн. — Матери прошу не касаться, если так хочется кого-то проклясть, то есть Саша, — улыбнулась я; Питер же, пытался подавить улыбку, — Аа-а-а-а-й! — я завопила, успев за несколько секунд проклясть половину человечества. Попытавшись сесть, я почувствовала яркую боль, причем такую, что создаётся впечатление, будто пока я спала, меня спустили с лестницы, причем пару десятков раз. — Тише, тише, — проговорил Пэн, помогая мне принять горизонтальное положение, — харе мазохизмом заниматься, а то привязать к кровати придётся, — смеялся он, поправляя моё одеяло, которое я уже успела натянуть на себя. — Это моё тело, делаю с ним что хочу, и ты мне не указ, Пэн — хмыкнула я смотря на него. — Ну, разумеется.

***

— Давай, тебе нужно выпить лекарство, — пытался Пэн заставить меня выпить какую-то гадкую жидкость зелёного цвета, но я отнекивалась как могла, — да хватит вертеться, а то на тебя сейчас пролью. Ну что за несносная девчонка? — застонал он, — Всё, сдаюсь, мучайся тогда. — А почему ты моя нянька? — Нянька? — Да, почему со мной сидишь ты, а не кто-нибудь другой?! — Остальные еще не пришли в себя. — А Феликс? — Он, мм… Занят. — Закапывает трупы. — Откуда ты.? — Я все знаю и, клянусь, как смогу ходить — накостыляю тебе. Какого хрена, Питер? — А что я должен был сделать? Дать забрать тебя? Сама хороша, человек пять там уложила, — и надулся, как маленький ребенок. — Ему нужны были медальоны? Румпелю. Зачем? — У них какая-то магическая сила. Я, если честно, не знал об этом, — вздохнул он — ладно, я сделал все, что мог, чтобы ты выпила лекарство, ты отказалась, так что я пошел. — Когда я вернусь на землю? — Что? — Когда я вернусь домой? — Я же говорил. — Мне плевать, что ты тогда говорил! Мне надо домой! — Ты не вернёшься туда. — Я хочу домой — закричала я. — Ты останешься здесь! — он резко поднялся со стула и толкнул его, в последствии чего тот упал с грохотом на пол, а после Пэн ушел, хлопнув дверью. Я зарылась лицом в подушку и заплакала.

***

      Pov Питер Хлопнув дверью, я пошел далеко в лес, сел около большого дерева и схватился руками за голову. Что эта девчонка со мной делает? Забрали бы её индейцы, и нет проблем. Совсем схожу с ума уже. Надо что-то делать. Срочно… Причем, очень срочно…

***

      Pov Вера  — Серьёзно? Да ты врешь! — Не вру, честно, — доказывал мне Феликс. — Всего четыре? — Да, четыре ягодки, а эффект как от бутылки водки, а вообще для кого как. — Слушай, подаришь мне мешочек таких ягод? А лучше два. Тут в комнату зашёл Питер и увидел неожиданную картину: на кровати сидит Феликс — его лучший друг, правая рука и парень который легко может убить медведя, — и заплетает мне косички, и сижу я, смеясь на всю комнату. — Как видно девичник в самом разгаре? — Да! — нагло улыбнулась я. — Эй! — крикнул бедный Феликс, которого только что приписали к женскому полу. — Ах-ах-ах-а… Чего приперся, селёдка? — Раз ты сидишь, значит ты выпила лекарство? — Да, с трудом, это была та ещё дрянь, но зато уже ничего не болит, так что, собственно, случилось? — У нас скоро будут посиделки у костра. Собирайтесь и приходите. Накраситься не забудьте, — это к обоим относится, — пока девочки, — и выскользнул за дверь. Бурчание Феликса потонуло в моём ржаче, а подушка, изначально отправленная в Питера, встретилась с дверью. Встав, я подошла к зеркалу. — Да, всё-таки плести косы у тебя талант, а сейчас выберем самый бомбезный прикид для тебя и меня, чтоб все видели, какие мы клёвые. — Да, я такая, — наигранно сказав о себе в женском роде, он сделал губы уточкой и взлохматил себе волосы, а комната тем временем снова потонула в безудержном ржаче.