Румынская сказка

      Темные коридоры, крутые лестницы, каменные стены. Я снова словно зачарованная плелась в неизвестные мне глубины старинного изваяния, логова самого Дракулы, то ли ожидая раскрыть суть происходящего вокруг, то ли искренне нарываясь на приключения для своей пятой точки. Снова звуки. В этот раз шепот. Я пыталась разобрать его, но кажется голоса декларировали на румынском, которого, мне не посчастливилось знать. Ох, чувствую, разозлится Влад, узнав, что я опять плутала по замку, но я искренне не могла остановиться. Это нечто словно зазывало меня, заставляя мои ноги уводить меня всё глубже в чертоги замка, успевшего за это недолгое время стать мне таким родным, но тем не менее остававшегося столь загадочным и неизведанным.       Я уже давно потерялась среди множества дверей и коридоров и понимала, что не смогу вернуться назад самостоятельно, но в этот раз я была словно под гипнозом, и неведомые силы не позволяли мне остановиться. В конце концов звуки затихли, и я начала приходить в себя. Сначала я облегченно выдохнула, будучи освобожденной от этого наваждения. Но когда я поняла, что непонятно, как, непонятно, зачем, пришла в неизвестную точку замка, ведóмая какими-то невозможными силами, и теперь нахожусь в кромешной тьме, не разбирая в ней даже очертаний собственного тела, на меня нахлынула волна паники. - Черт, где я? - крутилось в моей голове. Дыхание начало сбиваться, и я вжалась спиной в стену, боясь пошевелиться. Мало кто знает, что в детстве меня преследовал страх темноты. Конечно, он имелся у многих в этом возрасте, но в моём случае был настоящей фобией. У меня неоднократно случались истерики, даже из-за обычного похода в соседнюю комнату за какой-то вещью в вечернее время, когда свет в той комнате оказывался выключен. Влад говорит, во мне много света. Может быть поэтому я так боюсь темноты. Но тогда почему меня к нему так тянет, если его душа соткана из мрака?       После долгих и частых разговоров с родителями и некоторого взросления, я начала понимать, что все мои страхи надуманы, ведь я даже сама толком не понимала, что именно меня пугало. Я стала работать над собой, на что меня подтолкнуло также появление сестры, ведь я должна была стать для Милли защитницей. А какая защитница из той, что при малейшей нехватке света прячется и пускает слезу. Так что даже Милли оставалась в неведении, да и мне было как-то стыдно кому-то об этом рассказывать.       Но теперь в свете последних событий мои страхи уже не казались такими надуманными и нереалистичными. Я хотела бежать, и в то же время боялась двинуться с места. Да и к тому же дорога совершенно стерлась из моей памяти. Я не то что не помнила примерный свой путь, но даже не понимала, с какой именно стороны пришла, а ведь их всего всего две.       Я не знала сколько именно я пробыла в этом паническом ступоре, прижимаясь к стене словно под гравитацией, покрываясь дрожью и мурашками от страха и холода стены и боясь даже просто дышать. Но услышав малейший шорох, возможно вызванный обычным ветром, я бросилась бежать, не разбирая направления. В этом месте не было даже факелов, чтобы увидеть дорогу, так что одной рукой я вела по стене, нащупывая двери и повороты, а другую держала вытянутой, чтобы просто не врезаться в стену. Хотя несколько раз это все же случилось. И учитывая ту бешеную скорость, с которой я убегала от невидимого врага, рука мне мало помогала. Скорее просто немного смягчала столкновения с каменными поверхностями, от которых в итоге у меня осталось немало ушибов. Но из-за адреналина я толком не разбирала боли. То ли мне просто чудилось, то ли я действительно слышала шепот, но мне казалось, что он следовал за мной попятам. Я постоянно задевала руками какие-то предметы на стенах - то ли подставки для факелов, то ли картины, непонятно зачем оказавшиеся здесь. Разок снесла какую-то конструкцию по высоте, грохоту и ощупи напоминающую доспехи. Тогда я подумала, что у меня сердце от испуга остановится. Но инстинкты, заложенные в моем сознании природой, подсказывали мне только одно - "Вставай и беги, что есть силы, пока не стало поздно." Но страшнее всего было, упереться в тупик, когда ты должен повернуть обратно в сторону того неизвестного, от чего только что спасался, и теперь должен следовать ему на встречу. Я словно бегала по лабиринту Минотавра, в котором к тому же выключили свет. Понятия не имею, сколько это продолжалось, но очевидно довольно долго, ведь мой испуг уже успел порядком стихнуть, и теперь я бежала не столько из страха, сколько из желания просто выбраться наверх, где мне и положено быть. И наконец через пару поворотов и лестниц, на которых мне чудом удавалось не запнуться, на одном из лестничных пролётов я все таки увидела пробивающиеся лучи столь желанного света и бросилась наверх. Но что-то словно не давало мне подняться. Как в прошлый раз. - Нет... - Я чувствовала, как с каждой ступенью моё тело тяжелеет, и на одной из них я просто опустилась вдоль стены сначала на колени, а потом и на четвереньки. Влад сказал, что замок не станет причинять мне вред, но тем ее менее сейчас я ощущала неумолимое чувство страха. Мне казалось, что тьма не отпускает меня, что я останусь здесь навсегда, что в этот раз мой спаситель не явится ко мне из ниоткуда и не вытащит меня из этого проклятого места. Я посмотрела назад в гнетущую тьму. Всё внутри заколотилось и сжалось. Я почувствовала как к горлу подступил ком, и что я захлёбываюсь собственным дыханием. Я собрала последние силы и, как мне показалось, очень тихо прокричала: - Помогите! Кто-нибудь!.. Влад...       Я услышала приближающиеся шаги. Но это вовсе не было похоже на звук обуви, скорее крадущиеся движения двух огромных, обрамлённых когтями лап. Я почувствовала себя маленькой и беспомощной, и из глаз потекли слезы. Внизу послышалось рычание, и я попыталась попятиться, но силы совершенно покинули моё тело, словно оно перестало мне принадлежать, и я легла головой на ступеньки, подняв взгляд на потолок. По моим вискам стекали слезы, а грудь истерично вздымалась, издавая едва слышные всхлипы и стоны. Последнее, что я увидела прежде чем лишиться чувств - два огромных черных глаза прямо напротив моего лица, и ощутила холодное нечеловеческое дыхание на лице и шее. - А-ах.. - мой рот открылся издав последнюю попытку крика.