В новогоднюю ночь...

      На календаре тридцать первое декабря, на улице уже куча ребят бегали с огромными пакетами подарков, а снег, немного кружась в воздухе, опускался на землю, где его и так уже было слишком много.       А в небольшой квартирке, где на кухне был накрыт скромный праздничный ужин, молодой омега сидел у себя в комнате и с понурым видом смотрел на настенные часы, где стрелки противно тикали, отсчитывая каждую секунду. В руках он держит огромный шарф, что пахнет чёрным кофе с нотками корицы. Такой любимый, такой обволакивающий запах, который слава Богу ещё не выветрился. Из-за этого запаха юноша просто сходил с ума, внизу живота приятно тянуло, щёки горели от смущения, а между ягодиц становилось очень влажно.       Изуку одновременно одолевали счастье и печаль. Первое от того, что недавно он встретил свою школьную любовь спустя столько лет после их выпуска, а второе от того, что, возможно, омега зря надеется на то, что альфа придёт к нему сегодня, чтобы отметить Новый Год. Всё-таки их разговор прошёл как-то сумбурно, да и в итоге к окончательному решению они так и не пришли.

*пару дней назад*

      Изуку спешил на работу, понимая, что он слишком засмотрелся на лавки с красивыми подарками. Хотя ему это было не слишком актуально, ведь он будет встречать Новый Год один. Все его коллеги на работе уже давно распланировали свои выходные. А остальные друзья даже не отвечали Мидории на сообщения. Но Изуку не сильно расстраивался из-за этого. В какой-то момент он понял, что скорее всего останется один до конца жизни, хоть вокруг него могли частенько ошиваться альфы — особенно в кафе, где и работал омега.       А дело было в том, что зеленоглазый не хотел ни с кем встречаться кроме одного человека. Его первая школьная любовь — Тодороки Шото. Тогда Изуку был очень стеснительным, чтобы даже начать разговор хоть с каким-то альфой. Но Шото отличался от всех. Он частенько помогал Мидории, когда тот оставался на дежурстве после уроков, защищал от других альф, если у омеги неожиданно начиналась течка, а таблетки были только дома. И зеленоглазый был слишком глупым, чтобы понять свои чувства к этому прекрасному человеку.       А в какой-то момент Тодороки просто пропал. Когда ребята выпустились из школы, альфа ничего не сказал. Изуку только набрался смелости, чтобы позвать того куда-нибудь погулять, но на телефонные звонки так никто и не ответил. А затем прошёл слушок, что Тодороки вместе со своей суженой улетел за границу, где начал развивать свой бизнес.       Мидория тогда пролил очень много слёз. В груди противно давило, лёгким не хватало воздуха, и казалось, что смысл жизни покинул парня. Как он выбрался из той депрессии? Изуку уже и сам не хочет вспоминать. Просто в какой-то момент он стал работать в кафе, где варили самый вкусный кофе. И только со временем омега понял, что здешний запах очень похож на запах его любимого альфы.       Работа шла также хорошо, посетители заказывали тёплые напитки, чтобы согреться после долгих прогулок. Часы шли быстро, так что Изуку даже не заметил, как время подходило к закрытию. Он сегодня был дежурным, поэтому остальные работники уже ушли. Омега напевал какую-то мелодию, убираясь в помещении.       Неожиданно прозвучал колокольчик, висевший над дверью. Мидория удивленно поднял глаза, собираясь сказать, что кафе уже закрыто, как его резко прижали к стойке и припали губами к его шее. Резкий запах какого-то кислого лимона ударил по носовым рецепторам, и омега весь скривился. — М-м-м, ты и правда так вкусно пахнешь, — классно, альфа еще и бухой в стельку был, — не хочешь провести со мной эти праздники? — Отпустите, пожалуйста, меня дома ждут, — Изуку вырывался из сильной хватки, но мужчина настолько сильно его держал, что даже было больно. — Не притворяйся. У тебя нет альфы. Сколько за тобой приглядываю, тебя ни разу никто не встречал после работы.       В эту же секунду альфа начал выпускать феромоны, от которых Мидории стало дурно. Голова заболела, ноги подкосились, и думать становилось всё сложнее. Омега звал на помощь, но кто же его услышит в такое позднее время?..       Прозвонивший во второй раз колокольчик зеленоглазый уже не услышал. Он лишь почувствовал долгожданную свободу от чужих рук. Пытаясь восстановить дыхание, омега слышал где-то сбоку от себя чьи-то крики и кажется кто-то кого-то бил. А ещё до него стал доходить… приятный запах чёрного кофе с корицей. В животе резко всё закрутилось, и омега уже готов был встретиться с ледяным полом, но вместо этого его подхватили сильные руки, усаживая на ближайший стул. Когда Изуку поднял голову, он встретился с гетерохромными глазами, которые с каждой секундой округлялись все больше. — Изуку? — омега вздрогнул, услышав такой знакомый голос, который практически не изменился, став только чуточку ниже. Правильно, ведь с их последней встречи прошло уже около пяти лет.       Мидория наконец начал приходить в себя, понимая, что у него всё ещё жутко болит голова. Он встал, чтобы выпить таблетку, но практически сразу же начал заваливаться на бок — противный запах того альфы ещё не выветрился. Однако, его снова ловят, и на этот раз уже не усаживают на стул, а сильно прижимают к себе. И только через пару секунд до Изуку доходит, что Шото вдыхает его запах, прислонившись носом к шее. — Поверить не могу, это и правда ты. У тебя всё такой же приятный запах сладких мандаринов.       На самом деле омеге не особо нравился его запах. Он сам не мог понять, почему. Может, потому что раньше его сразу начинали дразнить, мол, его можно было «съесть» вместо тех вкусных фруктов, что обычно лежат на новогодних столах. И именно в канун Нового Года Изуку хотел, чтобы его запах исчез, чтобы никто так пошло не шутил.       Но сейчас он стоит в объятиях альфы, которого любит ещё со школы, и слушает такие прелестные слова, сказанные даже с ноткой… любви, что ли? Словно, спустя столько лет ты находишь самое дорогое сокровище, которое когда-то потерял. — Шото? — омега немного отодвинулся назад, и Тодороки утвердительно кивнул. Сердце забилось быстрее, руки вспотели, но Изуку радостно улыбнулся и вновь подался вперёд, чтобы обнять любимого, — Я… я так рад тебя видеть. — Как и я тебя, — тихо отвечает альфа, крепче обнимая Изуку и зарываясь пальцами в зеленые пряди.       Вдруг Мидория подумал о том, что ему нельзя вот так обнимать Шото, ведь он вроде как женат… Эта мысль заставила омегу немного отойти назад, вырываясь из теплых объятий. — Эм… а… Какими судьбами? Ты ведь вроде за границей должен быть, — Мидория отвёл взгляд, а после стал поправлять сдвинутые стулья. Хорошо, что больше ничего не было сломано, а то он бы смело попрощался с зарплатой в следующем месяце. — Да вот отец попросил приехать. Моя мама… — Тодороки немного затих, но продолжил, — её как раз на днях выписали, так что я хотел с ней встретить Новый Год.       Мидория лучше всех знал, что у Шото творилось в семье. Так что он прекрасно понимал, насколько это важно для Тодороки. — Это замечательно, — Изуку с улыбкой посмотрел на альфу, который сейчас почему-то выглядел очень печально, — ты один? — В смысле? — Шото удивленно посмотрел на омегу, который, кажись, сам не понял, что спросил. — Ну… Ты же… Обручился с кем-то, прежде чем уехать… — Изуку виновато опустил голову, не зная, чем себя ещё занять, чтобы не смотрел на альфу. — Ох, нет, — Тодороки усмехнулся и провёл рукой по волосам, — Изуку, слушай…       Омега не поднял взгляда, продолжая с чем-то возиться на стойке. Шото подошёл к нему и бережно взял его руку. Мидория вздрогнул, посмотрев сначала на их с Тодороки руки, а после на самого альфу. — На самом деле я… — Шото не успел договорить, потому что у него зазвонил телефон. Альфа чуть нахмурился, но складка меж бровей тут же разгладилась, стоило увидеть имя звонящего, — алло, да, пап.       Изуку просто не знал, что это с ним происходит. И почему Шото так с ним добр. И что самое интересное, во время разговора Тодороки продолжал держать омегу за руку, даже поглаживая тыльную сторону его ладони. От этого было так приятно, но… Реакция насчет помолвки была очень странной, и омега всё больше хотел узнать, что же альфа собирался ему сказать. — Хорошо, я понял, скоро буду, не переживай, — Шото завершил вызов и вновь посмотрел на Изуку, — прости, я должен ехать. А ты с кем будешь праздник отмечать? — К сожалению, один, — Мидория устало вздохнул и аккуратно убрал руку из чужой хватки, — тебя, видимо, ждут. Да и мне уже кафе пора закрывать. — Да, прости. М-может увидимся на выходных? Или я даже могу отметить Новый Год и сразу заглянуть к тебе, что скажешь? — Но ты ведь празднуешь с семьёй, будет странно, если ты вдруг уйдешь, — сейчас омега хотел, чтобы этот разговор поскорее закончился. Как-то уж слишком неловко. — Ладно, я понял, — грустно ответил Тодороки, поправляя воротник толстовки, — и всё же я бы очень хотел провести этот праздник с тобой.       Повисла неловкая тишина. Альфа собирал свои вещи, украдкой поглядывая на Мидорию, который всё стоял на месте и смотрел в одну точку. Новый телефонный вызов вновь нарушил гнетущую тишину. Но на этот раз Шото сбросил вызов. Изуку удивленно на него посмотрел, но ничего спрашивать не стал. — Ты ведь не поменял номер телефона? — Мидория на вопрос отрицательно помотал головой, — супер, я тогда тебе ещё позвоню. Увидимся.       Альфа покинул кафе, и зеленоглазый плюхнулся на стул, закрыв глаза, из которых уже норовились пойти слезы.

***

      Изуку до сих пор надеялся, что у него все-таки появится возможность увидеться с Шото. Во-первых, Тодороки сам об этом обмолвился. Во-вторых, Мидория очень хотел отдать его шарф, который альфа благополучно забыл, поспешно покидая кафе. Ну, а в-третьих, само поведение Шото было каким-то странным? Он ведь так и не ответил на некоторые вопросы, которые очень волновали омегу.       Мидория вновь взглянул на настенные часы. Одиннадцать часов. Ещё целый час, а Изуку не знает, чем ему заняться. Да и стоит ли вообще находить какое-то занятие? Может просто выпить бокальчик шампанского и лечь спать? Но почему-то когда зеленоглазый ложился на кровать, сон совершенно не шёл.       В итоге омега проворочался ещё полчаса, прижимая к себе тот самый шарф гетерохрома. Неожиданно взгляд Изуку упал на небольшую искусственную елку, которую он купил неделю назад. На ней висела только гирлянда, и та была распределена неравномерно. Коробки с елочными игрушками стояли рядом с елкой и даже не были открыты. Мидория никак не находил в себе силы, чтобы украсить этот чудесный символ Нового Года. Видимо, это из-за того, что большинство игрушек были подарены самыми близкими людьми. Изуку улыбнулся, вспомнив, как в школе они всем классом любили украшать классы и актовый зал. И именно такие моменты омега больше всего обожал. Ведь в такие дни Мидория мог любоваться улыбкой Шото, когда он вместе с другими ребятами придумывали всякие сюрпризы. Да, хорошее было время. И куда все это ушло? В какой момент все эти дружные дети просто разошлись своими путями?       За всеми мыслями Мидория даже не заметил, как стал засыпать. Однако его разбудил дверной звонок. Омега кинул сонный взгляд на часы, которые показывали полвторого ночи. Зеленые глаза в миг округлились.       «Сколько же я проспал?» — подумал Изуку, но тут же соскочил с кровати, потому что в дверь снова позвонили. Мидория в торопях даже чуть не навернулся, но ухватился за дверную ручку и резко её дернул на себя, даже не удосужившись посмотреть в глазок.       Кажется, сердце ухнуло в пятки, а кислорода резко перестало хватать, когда Изуку увидел своего гостя — слегка запыхавшегося Тодороки, который держал в руках пару пакетов, судя по всему, с какими-то подарками. — Привет, Шото, — как можно спокойнее сказал омега, но голос все равно дрогнул. — С Новым Годом, — отозвался Тодороки, отдав скромный подарок парню, и оставил легкий поцелуй на щеке. Мидория вздрогнул, прикладывая ладонь к месту поцелуя. К щекам тут же прилила кровь, поэтому Изуку поспешил отвернуться, чтобы Шото его не видел, но тот лишь улыбнулся такой милой картине. — Не ожидал, что ты зайдешь, — Мидория наблюдал, как Тодороки снимал верхнюю одежду и вешал её на крючок. — Ну, я же говорил, что ещё увидимся. — А как же твоя семья? — альфа замялся, не зная, что сказать. И даже под внимательным взглядом не смог ничего из себя выдавить, — Ой, п-прости, проходи скорее.       Шото кивнул и пошел сначала в ванную, чтобы помыть руки. Но тут его взгляд упал на елку, стоящую в большой комнате. Тодороки удивился и, помыв руки, направился в ту комнату. Парень смотрел на коробки, стоящие рядом, и хотел уже позвать Изуку, но хозяин квартиры сам неожиданно показался позади. — А ты чего елку не нарядил? — удивленно спросил Шото, поглядывая на Изуку, который стал подходить ближе. — Не знаю, просто… Не было настроения, — встав рядом с альфой, Мидория грустно посмотрел на коробки. — Давай я помогу, — Шото улыбнулся и положил руку на чужое плечо. Изуку грустно усмехнулся. — Не стоит. Мне достаточно того, что ты всё же пришёл, — Мидория накрыл руку Тодороки своей и посмотрел на того исподлобья. — Ну уж нет, так дело не пойдет! — неожиданно сказал Шото, чем немного напугал Изуку.       Альфа включил свет, а после стал раскрывать коробки, поочерёдно доставая елочные игрушки. Мидория не смог его переубедить, поэтому через пять минут сам присоединился к парню, заодно включив музыку на колонке, чтобы было веселее.       Разговор как-то сам завязался, время шло очень быстро. На улице запускали фейерверки, где-то в далеке слышались салюты, от которых Изуку даже иногда вздрагивал — он до сих пор недолюбливал всю эту шумную пиротехнику.       Когда наконец последний шарик был аккуратно повешан на веточку елки, на заднем плане заиграла очаровательная песня, которую парни сразу же узнали. — Песня с выпускного, — в один голос сказали они и посмеялись. Вновь наступила какая-то неловкость, которую Шото решил поскорее устранить. — Помнишь, как мы перед этим танцем загадывали желание? — Тодороки посмотрел на колонку, откуда и шла мелодия. — Конечно, помню. Хотя это было немного глупо, но по-своему классно. — А вот моё желание так и не исполнилось, — Шото грустно вздохнул и сделал музыку на колонке чуть громче. — И что же ты тогда загадал? — с явным интересом спросил омега, и гетерохром подошёл чуть ближе. — Я хотел в тот день пригласить тебя на танец, — парень слегка покраснел, вытягивая руку вперёд. Изуку смутился от такого предложения, но всё же положил руку на ладонь альфы, и тот притянул зеленоглазого ближе к себе, кладя его руку себе на плечо, а свою ладонь он устроил на спине Мидории.

I found a love for me Darling, just dive right in and follow my lead Well, I found a girl, beautiful and sweet Oh, I never knew you were the someone waiting for me

      Изуку очень любил эту песню. Он буквально знал её наизусть и любил подпевать, но в присутствии Шото было немного стыдно.

Cause we were just kids when we fell in love Not knowing what it was I will not give you up this time But darling, just kiss me slow, your heart is all I own And in your eyes, you're holding mine.

      Пара медленно кружилась в танце, иногда встречаясь взглядами. Было очень неловко, но так хорошо. Изуку вдыхал такой приятный запах альфы, и казалось, что ему больше ничего не нужно на свете.

Baby, I'm dancing in the dark with you between my arms Barefoot on the grass, listening to our favourite song When you said you looked a mess, I whispered underneath my breath But you heard it, darling, you look perfect tonight.

      Какого же было удивление Мидории, когда Шото начал подпевать во время куплета. У него был такой красивый голос, что омега ещё гуще покраснел, но практически сразу присоединился, и на этот раз уже Тодороки удивился, но лишь улыбнулся этому.

Baby, I'm dancing in the dark, with you between my arms Barefoot on the grass, listening to our favorite song I have faith in what I see Now I know I have met an angel in person And she looks perfect I don't deserve this You look perfect tonight.

      На последнем проигрыше песни Шото положил обе руки омеги себе на на плечи, а сам обнял его за талию. — Ты так красиво поёшь, — прошептал Тодороки, прислоняясь ко лбу Изуку. — Не ожидал, что ты тоже поёшь, — усмехнулся Мидория, заглядывая в гетерохромные глаза. — Ну, много что изменилось за это время. — Но что-то не меняется. — И что? — парни остановились, и Шото чуть отодвинулся от Изуку. — Ты остался таким же высоким и красивым альфой, которого я люблю.       Тодороки не успел ничего сказать, как его губы нежно накрыли чужие. Мидория зарылся рукой в разноцветные волосы и встал немного на носочки, чтобы гетерохрому не пришлось наклоняться.       Когда омега отпрянул, то отвёл взгляд, потому что только сейчас понял, что он сделал. — П-прости. Что же, зато теперь наши желания наконец исполнились, — парень уже хотел выбраться из теплых объятий, но его схватили за подбородок и страстно впились в его губы. Тодороки подхватил омегу и прижал к стене, сильно на него наваливаясь. — Знаешь, что меня всегда убивало, — Шото вновь оставил легкий поцелуй на губах и посмотрел на ошалевшего парня из-под челки, — что ты умудрялся соблазнять всех, будучи просто таким милым. Я просто с ума сходил, когда видел тебя с другими альфами. — Шото? — Изуку немного испугался такого поведения Тодороки, ведь тот даже начал выпускать свои феромоны. Однако Мидория не чувствовал себя хуже. — Изуку, — Шото посмотрел на омегу и чуть отступил, давая свободу зеленоглазому. Мидория положил ладонь на его щеку, — я люблю тебя. Всегда любил. И я просто чувствую себя идиотом, что упустил тебя тогда пять лет назад, — на глазах показались слезы, и Изуку почувствовал себя виноватым. — Но как же… Твоя помолвка? — Мидория неожиданно дернулся, низ живота потянуло, его дыхание участилось. Парень не на шутку перепугался, понимая, что течка пришла очень не вовремя. — Я не был помолвлен. Это лишь для отвода глаз, — Шото замолчал, потому что почувствовал, как запах омеги усилился, а состояние было не самым лучшим, — Изуку, всё хорошо? — Н-нет, но… — Мидория пару раз тяжело выдохнул, собираясь с мыслями, — прости, тебе стоит уйти. — Почему? — альфа подхватил Изуку под руки, когда тот начал падать. — У меня течка… — Я это уже понял, — они опустились на пол, так как Мидория уже не мог стоять, между ног было уже влажно. — Что? — зеленоглазый вопросительно посмотрел на альфу, который очень даже неплохо держался, на удивление, — но ведь… Ты женат… — Нет, Изуку, — Шото обнял омегу, вдыхая его сладкий аромат, — у меня никого нет. Все эти слова были лишь слухами, — Мидория всхлипнул, обнимая в ответ Тодороки, — ты… Хотел бы провести течку со мной? — А ты сам этого хочешь? — Изуку уже трясло, ещё и запах альфы так на нём сказывался. — Больше всего на свете, — Шото провёл влажным языком по шее омеги, оставляя легкий поцелуй за ушком. Мидория покрылся мурашками от таких действий, а в следующую секунду его подхватили на руки и понесли в сторону кровати.       Уложив аккуратно парня на кровать, Шото вновь стал целовать того в губы, а заодно расстегивать его джинсы. Изуку стонал сквозь поцелуй, мысли путались, не давая нормально соображать. Тодороки стал опускаться поцелуями ниже, но легкая толстовка омеги мешала, поэтому гетерохром сразу же от неё избавился, начиная заодно расстегивать свою рубашку.       Шото целовал грудь Мидории, играл языком с чувствительными сосками, а после посмотрел на плоский живот, проведя по нему подушечками пальцев и улыбнувшись своим мыслям. — Знаешь, как-то мне приснилось, что я глажу твой кругленький животик, где рос наш с тобой малыш, — Изуку, кажется, от этих слов пришёл в себя, поэтому он сел на кровати, смотря на грустного Тодороки, — я так боялся, что больше не увижу тебя. Черт… — Эй, Шото, посмотри на меня, — Мидория продвинулся к альфе и взял его за руку. Шото поднял голову и пытался выдавить из себя улыбку, получилось не очень, — что случилось, то уже прошло. Сейчас нет смысла жалеть о том, что было раньше. Когда… ты уехал, я не находил себе места. Думал, что что-то сделал, вот ты и пропал так неожиданно. И я еле нашел в себе силы, чтобы жить дальше. А спустя столько лет я наконец тебя встречаю, поэтому все тревоги ушли сами собой, — Изуку поцеловал Тодороки в губы и улыбнулся от всего сердца, — я приму любое твое решение, потому что я люблю тебя.       Шото наконец улыбнулся, а после повалил Мидорию на кровать, припадая к его губам. Изуку не терял времени зря — он расстегивал до конца рубашку Тодороки, после чего тот её снял и кинул куда-то в сторону. Следующими на очереди были джинсы омеги, которые Шото быстро стянул, а затем стал целовал внутреннюю сторону бедер, даже оставляя засосы на светлой коже.       Альфа кинул взгляд на красного Изуку, который пытался закрыть лицо руками. Тодороки усмехнулся и приподнял парня за ноги, лизнув смазку, которая так и сочилась из заднего прохода. — А-а-а-ах! Шото! Ч-что ты творишь?! — Мидория вцепился руками в простыни, с тяжелым дыханием смотря на Шото. — Хотел увидеть твое лицо, а то его так мило прячешь, — гетерохром хитро улыбнулся и положил парня на кровать, но тут же ввёл один палец, — ты такой сладкий, просто оторваться невозможно.       Изуку сначала нахмурился, но прогнулся в пояснице, когда практически сразу добавился второй палец. Из-за смазки они входили очень легко.       Шото вновь наклонился, чтобы поцеловать Мидорию, а тот закинул одну ногу на альфу и обнял за плечи, прижимая к себе. Тодороки немного удивился, поэтому резко вогнал пальцы до основания. Изуку простонал, а после столкнулся с разноцветными глазами, в которых читалось столько любви, что просто с ума можно было сойти. — Я так люблю тебя, — шепчет Изуку, так невинно прикасаясь к губам альфы, что тот даже не смог ничего ответить. Но зеленоглазому не нужны были слова, — А-а-ах, Шото, больше не могу. — Я не хочу сделать тебе больно. — Все хорошо, — Мидория положил руку на чужую щеку, которая буквально пылала от смущения, — ты же хочешь, чтобы твой сон стал явью?       Тодороки потребовалось пару секунд, чтобы понять, о чем говорить его любимый, после чего на его глазах выступили слезы. Изуку прикусил губу, потому что от такой картины у него самого глаза стали влажными. Это так смешно — парни, которые до безумия любят друг друга, сейчас плачут из-за происходящего.       Шото усмехнулся и, поцеловав омегу в щеку, аккуратно вытащил пальцы и стал снимать с себя брюки. Приставив головку, Тодороки вновь посмотрел на Мидорию. Тот легко кивнул, и альфа толкнулся внутрь. Шото чуть прорычал, потому что внутри Изуку было неимоверно горячо и узко. Настолько приятно, что хотелось засадить по самое основание и заполнить своим семенем. Хотелось оставить частичку себя в этом прекрасном омеге, о котором Шото не переставал думать после выпуска из школы.       Тодороки ещё раз толкнул бедрами и наклонился к Изуку, беря его за руку и переплетая их пальцы. Свободной рукой Мидория хватается за спину гетерохрома и оставляет красные полосы своими ногтями.       Когда Шото наконец вошёл полностью, то на пару секунд остановился, чтобы перевести дыхание, а Изуку в это время взял его свободную руку и приложил ко своему животу. — Я… чувствую тебя вот здесь. Так хорошо, — Мидория улыбнулся, а затем вновь простонал, потому что член Шото увеличился.       Тодороки поцеловал парня в губы и начал двигаться. Сначала толчки были плавными, а затем альфа начал наращивать темп, сильно вбиваясь в Изуку. В комнате смешивались их запахи, полностью заполняя комнату — тот же черный кофе, но теперь с нотками мандаринов.       Тодороки со шлепками вбивался в омегу, крепко держа того за талию. Изуку за это время уже успел пару раз кончить, и Шото с радостью слизывал его сперму, заставляя омегу жутко смущаться. Когда Альфа почувствовал, что на члене начал появляться узел, он немного вышел из горячего тела и повернул Мидорию на живот, продолжив в него вбиваться. Когда Изуку уже готов был отключиться, его неожиданно укусили в шею. Омега вскрикнул, но не пытался вырваться.       «Метка… Шото меня пометил. Теперь мы будем как настоящая пара», — по щекам потекли слезы, но это были слезы счастья.       Тодороки в последний раз сильно толкнулся, изливаясь внутрь омеги. Произошла сцепка. Пара улеглась на бок, и Шото кое-как накрыл их одеялом. Альфа прижимал Изуку к себе, зализывая укус на шее. Мидория пытался отдышаться, положив руку на свой живот.       Когда узел наконец сошёл, омега аккуратно повернулся к Тодороки и улегся у того на груди. Шото оставил пару поцелуев на макушке и обнял Мидорию за плечи, а второй рукой поглаживал того по щеке, которая была немного влажной от слез. — Кстати, Шото, — спустя где-то полчаса лежания неожиданно начал разговор Изуку. Тодороки правда за это время практически уснул. — М? — Так что все же с твоей помолвкой? — Мидория никак не мог угомониться по этому поводу, ведь для него это было действительно важно. — Ахах, ну ты… — Шото усмехнулся, а затем громко выдохнул, — на самом деле, перед нашим выпускным я разговаривал с отцом о свадьбе, — Изуку дернулся, и Шото не мог этого не заметить, — и я просил разрешения жениться на тебе. — Что? — Мидория чуть приподнялся, чтобы посмотреть Тодороки в глаза, но пожалел об этом. Тело безумно болело, поэтому Шото сам чуть повернулся на бок, чтобы видеть лицо Изуку. — Я хотел сделать тебе предложение после выпуска из школы, но… Конечно же мой отец был против. Он давно мне говорил, что я должен жениться на омеге из благополучной семьи, у которой есть довольно неплохой статус. И он даже нашел мне невесту, когда я был ещё в средней школе. И я тогда почти смирился, однако…       Тодороки замолчал, и Изуку вывел его из своих мыслей нежным поцелуем в губы. — Однако? — Однако в старшей школе я встретил тебя, — Шото провёл рукой сначала по веснушкам на щеках, а потом и по засосам, которые красовались в большей степени на шее и ключицах, — и я понял, что больше не могу идти на поводу у отца. Каждый день меня тянуло к тебе, но я настолько был запуган, что просто не мог даже нормально с тобой поговорить. А перед выпуском я устроил скандал, и отец готов был отстать от меня при одном условии, — Тодороки неожиданно помрачнел, видимо, ему было очень тяжело об этом говорить, — я должен был отучиться в институте за границей, а потом уже делать, что пожелаю. Конечно, мне было противно, но другого пути у меня не было, чтобы увидеться с тобой вновь. — Вот оно как, — грустно сказал Изуку, опуская голову и смотря на свой живот. Мысль о том, что в нём скорее всего после этой ночи может зародиться новая жизнь, заставляла парня улыбаться. — Но сейчас я наконец нашел своего омегу, с которым я хочу провести всю оставшуюся жизнь. Я люблю тебя, Изуку, — альфа обнимает своего любимого омегу и касается метки, — прости, если было больно. — Всё было просто замечательно.       Они снова сливаются в нежном поцелуе, а после, ещё немного поговорив, засыпают в объятиях друг друга. Новый Год они отпразднуют лежа в кровати и рассказывая о том, что у кого случилось за эти пяти лет.

***

      Через пару недель Изуку будет буквально пищать от счастья, держа в руках тест с двумя полосками. А когда он побежит сообщать об этом своему альфе, то застанет того на одном колене и держащем в руках обручальное кольцо. Мидория начнет плакать, но перед тем как ответить уверенное «да», он покажет тот самым тест, и Шото с округленными глазами подхватит любимого на руки и начнет с ним кружиться.       Семья, о которой они так давно мечтали, наконец воплотилась в реальность, и парни ещё долго будут к этому привыкать, но всё же каждый день они продолжат показывать свою любовь друг другу, а в дальнейшем и своей маленькой малышке, которая у них родится.