Зимнее солнцестояние

По меркам простых людей погода везде, в том числе и на пике, стояла далеко не самая комфортная. Заморозки, снег, частая вьюга и короткий солнечный день – все это отнюдь не прибавляло оптимизма населению. Заклинатели, если уж говорить честно, тоже были не в восторге. В такую погоду особо не полетаешь, а если еще и метель поднимется, то резко упавшая видимость грозила множеством неудобств. Впрочем, были во всем этом и кое-какие плюсы. Например, то, что некоторые виды нечисти «впадали в спячку». Их не увидишь, пока не сойдет снег. Ярмарки тоже можно отнести к позитивным моментам. Шэнь Цинцю считал, что позитивных моментов все же больше, один из которых случится вот-вот, буквально на днях. Благо, он позаботился обо всем заранее и с относительно спокойной душой заканчивал приготовления, мысленно благодаря себя, что вовремя вытряс информацию из горе-создателя этого мира. На его счастье, тот поддерживал его идею. Но это не отменяло того, что сперва Цинцю был зол. Одна очень неприятная мысль, посетившая его голову с месяц назад, заставила его замереть над книгой, которую он до этого читал. Прошло совсем немного времени с того момента, как они с Бинхэ стали супругами, их отношения в спокойной обстановке развивались достаточно стремительно, а уровень взаимопонимания постоянно рос. Вот только уже наступили заморозки, а Шэнь Цинцю все еще был абсолютно без понятия, когда у его мужа день рождения. Нет, он догадывался, что тот, вероятнее всего, родился зимой, даже его имя говорило само за себя. Но когда именно? Хотя бы приблизительной даты Юань не знал, или не помнил? После подобной мысли он решил наведаться к создателю сие творения. Шан Цинхуа же встретил с искренней озадаченностью на пике Аньдин. И это вряд ли от его неожиданного визита. Но пустить – пустил. — Интересные у тебя вопросы, брат-огурец, — сказал он, отпив из чаши с чаем и передав такую же другу. Тот молча принял ее и выразительно на него посмотрел. — Знаешь, я не прописывал точных дат, в этом не было необходимости, сам понимаешь. Полагаю, что в тот день было особенно холодно. — А то я не понял, да? — огрызнулся сидящий напротив. — Ты хочешь взять за основу какой день? Именно тот, в который он появился на свет, или тот, когда его подобрала прачка? — Цинхуа учтиво проигнорировал нервозность товарища. — А разве это не один и тот же день? — Цинцю в недоумении покосился на писателя, на что тот закатил глаза. — В том-то и дело, что вовсе необязательно. Разница может быть почти в сутки, пусть река и была ледяной, но он все же главный герой. Ты разве сам не знаешь? — Стал бы я у тебя спрашивать, если бы был в курсе? Неужели нет никаких зацепок? — сама мысль о том, что он не сможет хоть немного отблагодарить и тем самым выразить свою любовь Бинхэ только потому, что не знает, заставляла его сильно нервничать. Ну не идти же и в лоб спрашивать? Нет? — Я могу спросить еще у Системы, если та пойдет на контакт, конечно. Дай мне время, — произнеся это, он вдруг на некоторое мгновение замер, потом еще немного, и наконец, проморгавшись, вдруг расслабленно выдохнул. Сердце Цинцю замерло. — Брат-огурец, ты временами самый настоящий везунчик! На наше с тобой счастье Система знает, когда у моего глупого сына день рождения. — Цинцю мысленно испепелил его взглядом. — Не смотри на меня так, он влюблен в тебя по уши! У меня нет причин считать иначе, — скрестив руки на груди, ответил Самолет. Зимнее солнцестояние, да. Ничто другое не подходит сильнее под статус главного героя, как еще и красивая дата рождения. Радует только, что у Шэнь Цинцю оставался в запасе аж месяц на размышления. А начал он с простого – с наблюдения. Сперва ничего не менялось, от слова совсем. Первые дни все шло своим чередом. Бинхэ стабильно отлучался по делам в царство демонов, занимался готовкой и был не в меру ласков. Шэнь Юань солгал бы, если бы сказал, что ему такое не по душе. Но чем холоднее становилось, тем заметнее становились изменения в поведении мужа. Дел становилось больше, тот все чаще возвращался вымотанным, отчего в первый раз Цинцю подумал, что где-то опять начались восстания, и бросился проверять уставшего бывшего ученика на предмет каких-либо ранений. Не обнаружив их, они оба отправились спать, с головой забравшись под одеяло. Правда, Юань как обычно к середине ночи сбрасывал с себя большую его часть, ибо, ну уж извините, но главный герой был самой настоящей живой печкой, особенно во сне! За три недели до важной даты они прогуливались в ближайшем городе, решив передохнуть недолго и набрать продуктов. Во-первых, Ло Бинхэ больше не расстегивал бесстыже ворот одежд, даже добавил еще один слой. Это, кхм, радовало некоторую часть души Цинцю. Не более, да. Во-вторых, в тот же день он наконец окончательно определился с подарком. То ли в тот день было особенно ветрено, то ли сам Юань был внимательнее обычного, но северные ветра даже в этом мире северные ветра. Так что главный герой неожиданно тихо чихнул и вздрогнул. Прямо на рынке. Он всерьез полагал, что его муж слепоглухой? Конечно, было неожиданно, что полудемон может замерзнуть. Это, как казалось Цинцю, невозможно изначально. Виду он не подал, решив на тот момент и впрямь сыграть глухого, но пометку в голове сделал. А дальше дело за малым. Точнее, обращение к лучшим в своем деле. Серьезно, почему его муж так упрямо это игнорировал? С каждым днем правильность его выбора подтверждались резким похолоданием, ужасной слякотью и ночными заморозками, от которых они прятались в своем домике. А Бинхэ все дольше задерживался в мире демонов и один раз даже неуверенно попросил Юаня временно пойти с ним. Встретив же взгляд полный непонимания, он отступил, и больше они этой темы не касались. В день Х Шэнь Цинцю проспал. Его муж давно ушел по делам, а морально уставший учитель даже не шелохнулся, когда тот закрывал за собой дверь. Когда Бинхэ выходил из дома, на него тут же налетела с объятиями Нин Инъин и первая поздравила с днем рождения, от всего сердца вручив красивую резную поясную подвеску. Сердце этого полудемона заполнило уютное тепло. — А Учитель, он? — прямо спросила девушка у своего шиди. Тот в ответ лишь покачал головой. — Все еще спит. У него тоже было много дел в последние дни, не стоит его пока тревожить, — не выдал своего смутного настроения главный герой. Однако, его шицзе всегда была проницательна. — А-Ло, твоя шицзе прекрасно понимает, что ты не любишь этот день. — Она еще раз крепко его обняла. — Я лишь пожелаю тебе удачно провести его. — с этими словами она, попрощавшись, отправилась по своим делам. Ее маленький шиди порой был так слеп по отношению к истинным чувствам окружающих. Вернуться он планировал лишь к вечеру в лучшем случае. И уж точно не ждал, что его муж заявится к нему, пока тот разбирает важные документы. Шэнь Цинцю как только проснулся, так сразу же и проклял все небеса. Чем он думал, когда засиживался над очередным талисманом? Уж этот точно не был необходимостью! Как можно быстрее приведя себя в порядок он, схватив пару свертков, – один большой, другой поменьше, взял меч и отправился в демонический дворец. У него тоже было пару секретов, как туда быстрее добраться, благо никто не осмеливался даже попробовать его остановить, особенно там. Время давно перевалило за полдень. Идя по дворцу и наизусть зная дорогу, он впопыхах подбирал подходящие слова. Прижимая к себе и проверяя свертки на трещины в упаковке, он не заметил, как дошел до массивных дверей. Постучавшись и не встретив сопротивления, он прошел внутрь. В кабинете было не то чтобы жарко, скорее душно. Это еще больше подтверждало гипотезу Шэнь Цинцю. Он был встречен шокированным взглядом полудемона. — Учитель? Что-то случилось? — выйдя из-за стола, Бинхэ направился к стоящему столбом заклинателю. Тот дернулся, но не потому что хотел отвернуться, а потому что искал, куда положить свои свертки. Сложив на стол и сделав это как можно быстрее, порывисто обнял бывшего ученика, аккуратно прижимая к себе за голову. — С Днем Рождения, Бинхэ, — на что услышал задушенный полу-вздох полу-всхлип, и почувствовал, как его одеяния сжали в ответ. На лице заклинателя расцвела нежная улыбка. — Этот глупый муж проспал твой уход, поэтому очень торопился. — На чуть было не вырвавшиеся возражение лорд пика Цинцзин лишь мягко прикрыл супругу рукой рот, показывая, что это сейчас не нужно. — То, что я принес – это тебе. Пожалуйста, не мог бы ты открыть их? Мне есть, что рассказать. Переплетая их пальцы, Бинхэ мягко подвел их к столу и, нехотя разъединив их руки, аккуратно вскрыл большой сверток, вытащив на свет что-то удивительно мягкое и плотное. В немом вопросе посмотрев на Учителя, Ло Бинхэ полностью его развернул и замер, будучи не в силах пошевелиться и отвести взгляд. Накидка, плащ на застежках, если быть точнее, были выполнены из потрясающей теплой ткани с кожей и мехом, черная с вышитым бамбуком на подоле, а на застежках виднелся узор точно такой же как и у него на лбу. Но самой интересной была внутренняя отделка этого произведения искусства. Черно-зеленый мягко переливался в такой же черно-красный, и невооруженным глазом было видно, что зачарован он был по самое «не могу». Как учитель вообще догадался? Ох, и капюшон. Точно. Из-за набежавших слез он не сразу его заметил. — Бинхэ, ты в порядке? Что-то не так? — в легкой панике Цинцю аккуратно взял лицо мужа в свои руки. Слезы потекли еще сильнее. В день, когда его оставили на произвол судьбы, когда ему всегда казалось, что он замерзнет до смерти, ему вдруг дарят такой драгоценный подарок, от всей души. И не кто-нибудь, а человек, которого он любит больше собственной жизни. Как, позвольте спросить, он должен на это реагировать? — Лучше не бывает, — глубокого вздохнув, быстро сказал полудемон. Несколько расслабившись, Юань в ответ лишь аккуратно взял плащ и накинул его на плечи супруга, мгновенно активируя множество талисманов. Все тело того окутали сперва жар, потом - небывалое тепло. Так вообще бывает? Ему больше не холодно. — Я кое-что узнал за последние пару месяцев, Бинхэ. Ты плохо переносишь сильные холода, особенно, когда на улице влажно и много снега. Дело ли в происхождении или еще в чем, этот учитель больше не мог допускать того, как ты ежишься. И я решил попробовать. Если так тебе станет лучше, то это все, что нужно этому старому учителю для счастья, — улыбнувшись уголками губ, он посмотрел прямо в расширенные глаза бывшего ученика. Тот в свою очередь не мог даже сказать, что все другие накидки были либо слишком холодными, либо в них было слишком жарко. И что холодно ему было всегда ближе к зиме. Поэтому просто безмолвно кивнул головой, заставив пару волнистых прядей все же упасть на глаза, от чего его прекрасный супруг фыркнул и аккуратно заправил ему их за ухо, заставив сердце пропустить удар снова. — Там еще второй, это тоже тебе. — придвинув ближе к бледной руке, Цинцю выжидал. Открыв его, Бинхэ, казалось, полностью лишился дара речи. Он не был фанатом сладкого, вовсе нет, но конкретно эту любил, пусть и в совсем небольшом количестве. Сладко-соленое печенье с бобовой начинкой, похожее на пряник, но недостаточно крупное для него. Еще горячее. Учитель, что, сам…? — Кхм, я не так хорош в готовке, но помню, как оно тебе приглянулось еще очень давно. — он не успел полностью закончить свою мысль, как его притянули к себе и нежно поцеловали, недолго, совсем нежно, вкладывая всю любовь. — Бинхэ! — смутился Цинцю. — Этот ученик не достоин такого прекрасного учителя, — склонил голову полудемон. — Не неси чушь, честное слово! — заклинатель в одеждах цвета Цин мягко приподнял голову мужа за подбородок и посмотрел тому в блестящие глаза. У него самого дух захватывало от одного взгляда на супруга, о чем речь! И тут он говорит такие слова. Бред. Тени, отбрасываемые свечами, стали глубже, а на улице совсем уж смеркалось, доказывая, что сегодня действительно самый короткий в году день, и самая длинная ночь. Полная противоположность летнему солнцестоянию. Одно из удивительных явлений. В полумраке двое мужчин выглядели действительно завораживающе, неотрывно смотря друг другу в глаза. Отложив свой веер, Цинцю мягко переплел их пальцы, чуть сжимая, показывая, что да, можно спокойно сжать, если хочется. И Бинхэ сжимает. Сперва неуверенно, потом смелее. Как давно хотелось. Они в браке. Сегодня его день рождения. Он чувствует себя самым счастливым человеком во всех трех мирах. — Учитель… — полушепотом произносит Ло Бинхэ. — Да, Бинхэ? — так же тихо раздается в ответ. — Когда-то давно я слышал, что в этот день принято загадывать желание. Мое уже давно сбылось, однако могли бы вы позволить этому ученику вольность попросить вас о кое-чем? — на немой вопрос, отразившийся в глазах напротив, он все же решился ответить, продолжая. — Проведите этот день со мной, Учитель, прошу. Цинцю, А-Юань. — Тебе нет нужды просить меня о подобном, Бинхэ. Этот Учитель никуда не уйдет. Особенно сегодня, — поцеловав сплетение их рук, произнес Шэнь Цинцю. В конце концов, они оба давно хотели отдохнуть вместе. Остаток дня, обсуждая всё на свете, они и сами не заметили, как вернулись домой. Подписание перемирия, новые книги на Цинцзин, просто шутки. Холод отступил и больше не грозил никому из них.