Обнять, но не ранить: красное на белом

He knows it when you're sleeping, He knows when you're awake, He knows if you are good or bad, So be good for goodness sake... (c) "Santa Claus is coming to town"

Кто бы знал, как бесит быть маленькой. Низкой. Коротышкой. Роуз Тико, короче. Она ненавидит каблуки – но половина обуви всё равно на них. Удобных, широких, но всё же каблуках. В её случае это не стиль, а жизненная необходимость. В сочетании с её лицом поговорка «маленькая собачка – весь век щенок» особенно правдива. Горло бы перегрызть тому, кто её придумал. И если сперва Роуз думала, что её рост – худшее, что может с ней случиться, то в четырнадцать лет у неё начала расти грудь, стремительно из просто груди превращаясь в откровенные сиськи. И теперь каждый самец ростом выше среднего считал своим долгом заглянуть ей в декольте. А что, удобно же! Похотливые и снисходительные взгляды мужчин злили невероятно, пока Роуз окончательно всё это не достало. Она выбрала самую мужскую из доступных специальностей, чтоб утереть нос всем косо смотрящим, пахала как лошадь, чтоб открыть свою мастерскую и ни от кого не зависеть – и начала носить с собой электрошокер, чтоб иметь возможность поджарить яйца всякому, кто посчитает её лёгкой добычей. Роуз сильная. Она справится. Со всем и со всеми. Но в тот конкретный момент, когда в каждой руке было по пять подарочных пакетов плюс моторное масло, на улице было темно, а на каблуках – скользко, Роуз отчаянно хотелось, чтоб ей помогли. Вот только Рей, бедняга, совсем замоталась, дома подругу ждали голодные мужчины, а Роуз не ждал никто. А занести масло в «Тик-Так» и проверить, не напортачил ли Дофельд, – дело плёвое, на пять-десять минут, и не так уж сильно она устала… – Привет, – прозвучало из темноты. Роуз притормозила, не дойдя до входа в мастерскую всего пару метров. В тени балкона соседнего дома вырисовывался высокий, стройный силуэт. Мужчина стоял, опираясь на стену и сложив руки на груди. Роуз нахмурилась, готовая отпустить пакеты в правой руке и выхватить шокер. – Добрый вечер, – настороженно ответила она. – Вы, извиняюсь, кто? Мужчина хмыкнул и вышел на свет фонаря. Он не был таким здоровенным, как её квартирант Бен Соло, – парень устрашающих размеров, но тишайшего нрава, – однако казался выше из-за прямой, как струнка, осанки и строгого стиля одежды. Чёрное пальто с красной строчкой почти военного кроя, чёрные же брюки, высокие сапоги, перчатки. Нет, этот щёголь не был из тех, кто ограбил бы её ночью. Но определённо относился к категории мужчин, которые всегда смотрели на Роуз свысока. – Армитаж Хакс, – сухо ответил незнакомец, убирая рыжую чёлку с высокого бледного лба. – Я… друг Дофельда Митаки. Он ушёл буквально только что. – А почему Вы остались? – сощурилась Роуз. Ослаблять бдительность она не спешила. – Я забыл в Вашей мастерской шарф, – поджал губы Армитаж. – Митака успел уехать, когда я его хватился. Сказал, возможно, Вы неподалёку… мисс Тико. Я как раз собирался звонить Вам. Перед Роуз замаячил экран чужого смартфона с набранным номером. – Действительно, мой, – Роуз нахмурилась. – Вы извините, но Митака не имел права приглашать сюда своих… друзей. Так что постойте снаружи, я вынесу Ваш шарф. Только скажите, где он лежит. Она строго взглянула в лицо Хаксу и… «Ой. Ой-ой-ой.» Глаза у него оказались удивительно прозрачными и глубокими. Армитаж не мигая смотрел на неё – и Роуз, как ни странно, не находила в его взгляде ни капли превосходства. Там было что-то, похожее на узнавание. Что-то, от чего маленькой, но несгибаемой Тико вдруг стало не хватать воздуха. – Вешалка. – Что? – Роуз моргнула. – Я оставил шарф на вешалке, – с лёгкой хрипотцой пояснил Хакс, по-прежнему не разрывая зрительный контакт. Роуз кивнула, не доверяя голосу. Не глядя поставила пакеты прямо на снег, нащупала дверную ручку правой рукой, ключ в кармане – левой. На полном автопилоте вошла в мастерскую и зажгла свет. Невидящим взглядом обвела помещение, краем сознания отмечая, что Митака всё разложил и расставил по местам. Вот только Роуз себе места не находила. Шарф действительно висел на вешалке – длинный, широкий, насыщенного красного цвета. Рей купила что-то похожее в подарок Бену. Такое же приятное на ощупь… – Всё в порядке? – вкрадчиво прозвучало от порога. Роуз вздрогнула, поймав себя на том, что уже с минуту держит в руках шарф и водит кончиками пальцев по мягкой шерсти. – Д-да, – встрепенулась она, возвращаясь на улицу. Перенесла канистру с маслом через порог, заперла за собой дверь, вовсю костеря себя за то, что оставила незнакомца наедине с горой покупок. Но гора была на месте, и Хакс как нарочно стоял над ней, загораживая от прохожих. Будто сторожил её вещи. – Благодарю, – Армитаж вытащил шарф из пальцев Роуз и набросил себе на шею, завязав аккуратным узлом. Роуз сглотнула: горло сжалось, словно эта красная тряпка затягивалась на нём. «Всё в порядке… Кроме меня.» – Я провожу Вас, – уверенно бросил Хакс, обыденным движением поднимая её пакеты так, будто они ничего не весили. – Не стоит ходить одной по тёмным улицам, мисс Тико. Возражения, возмущения и фраза «да кому я нужна?» застряли во всё ещё сдавленном горле. Роуз на миг крепко зажмурилась и, продолжая ругать себя последними словами, поспешила за странным мужчиной, которого почему-то очень хотелось больно укусить. Хотя бы чтоб увидеть, как он перестаёт изображать из себя глыбу льда. Уже дома, засыпая, она прокручивала в памяти их неловкую прогулку. Хакс молча довёл её до порога, протянул сумки и, коротко попрощавшись, ушёл. А Роуз, даже будучи зверски уставшей, битый час не могла уснуть. Слишком много вопросов теснилось в её голове. Почему он вообще стоял там и хотел ей позвонить, хотя мог прийти в мастерскую завтра? Почему довёл до дома и донёс пакеты, хотя идти было всего ничего? Почему от него мурашки по коже? И главное: почему Армитаж, которого Роуз впервые видела, так уверенно шёл к её дому впереди неё? Откуда он знал дорогу? Он что… следил… за… Роуз спала. И не знала, что в паре кварталов от неё на полу маленькой, стерильно чистой кухни сидит мужчина с рыжими волосами. И никак не может оторвать от своего лица красный шарф – тот самый, которого она недавно касалась.

***

Бен сделал глубокий вдох, прикрыв глаза. Дыхание повисло облаком пара во влажном морозном воздухе. Зимние ночи в лесу на окраине Арканиса были особенно холодными. Он перехватил рукоять поудобнее и метнулся вперёд. ...Когда Бен осознал, что без своего проклятья не только бесполезен, но и беззащитен, – а Кайло, похоже, только укрепился в своём нежелании возвращаться, – настало время искать альтернативу. В раздумьях он молчаливой тенью слонялся по городу, постепенно привыкая к большим скоплениям людей и рассматривая всё вокруг, пока не увидел объявление на столбе. Потрёпанная бумажка гласила: «Кэндо/кэндзюцу. Уроки боя на мечах – подготовка к соревнованиям, интенсивные курсы, занятия для дошкольников». Ниже был мелко написан адрес, телефон и имя – А. Тано. Бен не ожидал, что найдя по указанному адресу большой спортивный комплекс и спросив, в каком зале тренируются мечники, он обнаружит там подтянутую смуглую женщину лет сорока пяти в тренировочном костюме. – Можно просто Асока, – она улыбнулась ему и крепко пожала руку, энергично кивнув, отчего два тугих пучка на голове чуть качнулись. – По крайней мере, пока не начнёте звать меня мастером Тано. Дайте угадаю: Вы ко мне за интенсивом? – Эм… Я Бен, – он отчего-то не смог назваться Кайло. Что-то в этой женщине требовало оставаться абсолютно честным. – По правде, я не знаю, что мне нужно. Но, наверное, Вы правы… А как Вы поняли? – Вы нездешний, это заметно, – просто ответила Асока, подводя его к стойке с деревянными мечами. – И производите впечатление человека, у которого мало времени, а научиться хочется многому. Снимите-ка верхнюю одежду и обувь, погляжу, с чем буду работать. Бен стащил с себя куртку, снял ботинки с носками, подумал пару секунд – и снял ещё и свитер, оставшись в джинсах и чёрной майке. Асока с довольным видом прищурилась, обходя его по кругу. – Неплохо, – похвалила она, заставив Бена покраснеть от смущения. – Занимались чем-то раньше? – Только… бегом по пересечённой местности, – он с трудом сформулировал то, что делал всю свою жизнь по ночам. – Хорошая база. Значит, интенсив выдержите, – женщина кивнула сама себе и сложила руки на груди, становясь напротив Бена. – Условия таковы: я не рассусоливаю, не нянчусь, никаких поблажек, никаких бесполезных приёмов и бестолковой зрелищности. Устраивает? – Как раз то, что мне нужно, – улыбнулся Бен. – Вот и славно, – Асока хлопнула в ладоши. – Начнём с разогрева и растяжки. В раздевалке найдётся форма для тебя. На переодевание – семь минут. Вперёд! – Слушаюсь, – кивнул Бен, слыша в командном тоне обещание сделать его сильнее. – Слушаюсь, Мастер Тано.

***

Занятия стоили денег, да и сидеть на шее у Рей не хотелось – а в порту всегда нужны были грузчики, которым платили наличными и не требовали ни резюме, ни документов. Бен по полдня таскал со складов на корабли и обратно ящики, тюки, мешки, не вступая с другими рабочими в разговоры, но по привычке вслушиваясь. Потом бежал на занятие, где Асока гоняла его до седьмого пота. А перед сном, если оставались силы, уходил в лес и тренировался там. Тело выдерживало всё. Усталость быстро проходила, боль покидала мышцы после десяти минут покоя – и только это служило напоминанием о Кайло. Это, да ещё проклятая наглухо закрытая дверь в его сознании. Тяжёлый деревянный меч оттягивал руку. Бен закончил ката и остановился, переводя дыхание. На сегодня хватит. Тонкий слух уловил лёгкое похрустывание снега неподалёку. Может, волки или косули. А может… Он поджал губы и пошагал прочь из леса. Боккэн в его руках помог бы расшвырять волчью стаю и уйти, но будь это оборотень… Чёртовы человеческие пять чувств, ничего не разобрать в холоде и темноте! Бен стал сильнее как человек, да. Но боккэн – не вполне меч и уж тем более не набор полуметровых когтей. Он ещё не готов. Нужно больше времени.

***

Из-за стены деревьев в тридцати шагах от поляны выскользнула огромная тень. Двинулась было следом за мужчиной с деревянной палкой на плече – но остановилась. Раздалось еле слышное фырканье, и тень безмолвно растворилась в чаще.