Well, why not

***

В студии «Black Swan» конец рабочего дня. Тэхён остался последним, так как хочет заняться обработкой получившихся фотографий. Омега выключает прожектора и в помещении становится жутко темно, ему даже немного становится страшно. — У-у-у… Как темно… Капец! — тихо проговаривает он, будто идёт кого-то пугать. (Словно привидение.) Ким достает из заднего кармана брюк смартфон, чтобы включить фонарик. Но тот резко начинает звонить, и Тэхён роняет его куда-то вперёд. — Сука-а-а… Не дай Бог будет что-то не серьёзное, то тебе не жить! — возмущается омега, осторожно нагибаясь, и тут же ударяясь головой о что-то. — Блять! Тут же ничего не было! Где, чёрт возьми, этот чёртов телефон?! Тэхён рассматривает всё впереди себя, и наконец-то находит телефон, тот все ещё не перестал звонить. Омега поднимает его с пола, стоя на коленях и принимает звонок. — Чимин! Если это, блять, не серьёзно, то я тебя убью! — кричит в трубку Ким. — Тише ты! Не кричи! Это действительно серьёзно, потому что я забыл тебе сказать, что у тебя ещё сегодня фотосессия. — Ещё бы ты позвонил когда я уже дома был! Ты, блять, издеваешься?! — орёт в трубку Ким. — Ты вообще знаешь, что мне пришлось пережить сейчас, чтобы найти этот телефон?! — К тебе в шесть приедет Чонгук, — спокойно говорит Пак на том конце. — В смысле в шесть? — шокировано спрашивает Тэхён. Он отводит телефон от уха и смотрит на время: почти шесть. — Ты вообще конченый?! Без десяти шесть! И ты надумал только сейчас мне позвони… — он резко замолкает, как что-то слышит. Сзади слышится шорох и что-то падает. Тэхёну в нос сразу бьёт яркий запах хвои с нотками мяты. Такой яркий, такой приятный, что сразу хочется стонать. От этого по телу пробегает табун мурашек. Потом он слышит, как кто-то шепчет сзади: — Блять… От этого у омеги опять пробегает табун мурашек по спине, и его бросает в жар. — Тэхён, что случилось? — тихо говорит в трубку Чимин. — Не знаю… — тихо отвечает омега, и видит как стало светло. «Неужели решил включить фонарик?» — думает омега. — Эй, где тут свет включается? Я так торт точно потеряю, — слышится сзади. — Боже… — тихо вздыхает Ким. — Чонгук… Это же Чонгук! — орет в трубку Пак. — Блять, где этот чёртов свет?! Омега с облегчением падает на пол, тихо вздыхает. Чонгук оборачивается на глухой звук, и ударяется плечом об угол чего-то. — Да твою ж мать… — тихо шипит младший. — Стой и не двигайся, — говорит спокойно омега. — Потому что ты сейчас мне тут разгромишь. — Всё! Стою. Только давай побыстрее, а то у меня рука затекла, — хнычет младший. Чонгук стоит. Не двигается, а терпеливо ждёт, пока включат свет. Сзади слышится шуршание, и тот проходит мимо него. В дыхательные пути пробирается сладкая, тягучая карамель. Чонгук млеет, закатывает глаза и снова открывает, как включают свет. Он оглядывается и встречается взглядом с парнем, недалеко стоящим от него. Он держит телефон у уха. — Чимин, ты знаешь, что добавил мне проблем? — говорит в трубку омега. — В смысле? — слышится на том конце даже Чонгуку. — Ну, я пошёл работать, — говорит он и сбрасывает, не дождавшись ответа, всё так же смотря Чону прямо в глаза. — Ну, привет, — говорит он и ярко улыбается. У Чонгука дух перехватывает от этой квадратной улыбки. Он ещё от карамели не отошёл, а уже улыбка. Такая красивая, что оторваться нельзя. — Раздевайся, — простым тоном говорит Ким, всё ещё улыбаясь. Он отворачивается к шкафу, открывает его и начинает что-то искать. Чонгук сначала зависает на какую-то долю секунды, но потом до не него только доходит что сказал омега. — Прости, что? — решил переспросить альфа, потому что он почему-то перестал верить своим ушам. — Я говорю: раздевайся, и будем приступать, — он поворачивается с фотоаппаратом в согнутой в локте руке. Всё ещё улыбается. Брови Чона ползут вверх и он продолжает пялиться на Кима, а аромат карамели никак не хочет покидать лёгкие. Он переводит взгляд на торт, и спрашивает: — А торт вообще зачем? — и снова подымает взгляд на омегу. — И в каком стиле фотосессия? — Не бойся, — тихо говорит Ким, и подходит к Чонгуку в плотную. — Бельё на тебе останется. Я хотел тебя полностью раздеть, но решил что не буду рисковать, — и начинает ехидно улыбаться. — А тортик как раз нам для фотосессии. Тэхён проводит рукой по груди альфы, и чувствует, как тот вздрагивает. Он забирает торт из его рук и идёт дальше. Ему нужно приготовить зону, пока Чон будет настраиваться. — Эй, стой! Чонгук подбегает к нему и берёт за локоть и спрашивает: — Ты шутишь? — смотрит в глаза старшего. — Не-а. Просто сними с себя все шмотки и всё, — спокойно говорит Ким. Он пытается себя контролировать, но этот запах хвои с мятой напрочь вышибает мозги. У Чонгука округляются глаза, а брови ползут снова вверх. — А, прости… Бельё оставь, конечно же, — проговаривает и отводит взгляд, потому что начинает тонуть в этих глазах цвета шоколада. — Точно? — Давай быстрее, либо я сейчас съем этот торт, — уже не выдерживает омега. Его сейчас переполняют такие эмоции, что словами не передать. Этот альфа так круто пахнет, что тело пробирает до чёртиков. — Л-ладно… — бубнит Чонгук. — Где можно оставить вещи? — не смело обращается он к старшему. — Можешь сложить на столе. — не оборачиваясь говорит Ким, и ставит камеру на штатив. Он оглядывается в поисках чего-нибудь, на что бы посадить Чонгука для удачного фона, и ему голову в прилетает отличная идея, когда омега вспоминает про фартук, спокойно висящий на ручке шкафчика в импровизированной студийной кухне. Тэхён оборачивается и замечает широкую, голую, красивую спину альфы. Застывший омега приоткрыл рот, и тут же с испугом закрыл, как почувствовал слюну на губах и облизал их. «Какого черта со мной происходит?» — ошарашенно думает Тэхён. Он сразу же отрывает приросшие ноги к полу и направляется к столу, собираясь подвинуть его. Передвинув его, он быстро проскальзывает мимо Чонгука, который начал расстегивать ремень. — Ты ведь хён мне, да? — спрашивает младший, а Тэхён в это время от испуга подскакивает. — Мне обязательно снимать штаны, а? — скулит альфа. — Ну вообще желательно, — поворачивается к нему омега и опирается об барную стойку, испугано улыбается. — Я и так сделал тебе одолжение, разрешив не снимать бельё. Фотосессия в стиле НЮ как никак, — снова оборачивается и хватает фартук. Чонгук застыл. Ему никто не говорил, что всё настолько серьёзно. — Ааа…. — тянет альфа. — Я знаю, что ты не знал, то что будешь говорить: «Да я на это не подписывался!» — пародирует Ким. — Но спешу тебе напомнить, что ты уже здесь, и так уж и быть, заплачу тебе. — Тогда торт зачем? — спрашивает Чонгук и снимает штаны с носками. Он шлёпает босыми ногами по кафелю, и подходит ближе к омеге, от котого его просто ведёт. «Боже, лишь бы не встал» — молит он Бога мысленно. Тэхён поворачивается к нему и протягивает фартук. — Надевай. Это типа должна была быть вся твоя одежда. Я сейчас пойду найду муку, — уходит снова на кухню. — Муку? — Да, — глухо слышится тихий, такой бархатный голос. — Сейчас измажем тебя в ней и будет очень сексуально, — омега уже возвращается с пакетом муки, и захватывает торт, приготовленный альфой.