Я топтал твои кровавые розы.

Дрожащие руки сминали кровавые лепестки, растирая их в пыль. Слёзы текли из бездонных глаз и словно в замедленной съёмке, падали на холодный кафель. - Том? - Гоулд неспеша проходит в мрачное, тесное помещение, именуемое в их доме ванной. - В этот раз их больше? - художник присаживается на колено, осторожно поглаживая черноглазого по спине. - Знаешь... Если бы ты сказал мне...я бы... - Нет...Кха! - хриплым голосом, Риджуэлл выжал из себя лишь одно слово, перед тем как вновь закашляться, выплёвывая новые лепестки, уже с сердцевинками цветов. Он возненавидел розы, возненавидел себя и долбанного Ларссона, что появился в его жизни. С каждым днём цветы растут, их всё больше и кажется совсем скоро они будут выходить целековыми бутонами. Томас прекрасно помнил тот самый день, когда в его жизни появился ненавистный придурок. Единственный человек, что мог хоть как-то разбавить его скучную жизнь и мысли о суициде, даже не смотря на их постоянные драки и язвительные фразы. Но совсем скоро он пожалел об этой встрече. Именно в тот день... *** С лестницы спускается сонный, черноглазый парень. Дом выглядит как обычно, что довольно странно, как правило он с самого утра разгромлен, а вечером наступает момент уборки. На стене висит календарик, на котором отмечен крестиком ещё один день. Все эти дни, это время, которое с ними проживает их новый друг. Хотя для кого как, кое-кто его за друга не считает. Сегодняшним же днём на календаре, было отмечено 4 Ноября. Что говорит о том, что Торд уже почти два месяца живёт вместе с ними. - Спящая красавица проснулась. - коммунист ухмыльнулся, наблюдая за выражением лица врага. Однако уставший после ночной пьянки гитарист, не горел желанием ссориться с самого утра, поэтому проигнорировав нахальную рожу он направился прямиком в ванную. Том склонился над белым другом, обещая себе больше не пить, ведь тошнота теперь будет как минимум пару часов. К горлу подступила кислота и содержимое желудка вылилось в предмет сантехники. Понадобилось несколько минут, чтобы отойти от шока. - Блять. - алкоголик с ужасом заметил красные лепестки. Они не были большими, а некоторые даже на половину переваренные. Риджуэлл молился, чтобы это не было именно то, о чём он подумал, но приступ кашля, сопровождаемый выплёвыванием новых листочков, опровергнул все его надежды. Пожалуй хуже всего то, что он знал из-за кого это происходит. *** - Я конечно понимаю, что ты упёртый как баран, но прошу тебя. Скажи мне кто это, вдруг она тоже тебя любит. - пытался достучаться до друга Эдвард. - Нет, не любит. Он меня ненавидит. - алкоголик с трудом поднялся, направляясь в свою комнату, под удивлённым взглядом Гоулда. - Он? - парень в зелёной худи потоптался на месте, переваривая информацию. Что-то решив для себя, он выбежал из душного помещения и схватил телефон, запираясь в комнатушке, сделанной в зелёных оттенках. Медленные гудки, подрывают терпение и без того нервного художника, однако совсем скоро набранный номер соизволил поднять трубку. - Эдд? Что-то случилось? - знакомый норвежский акцент, прозвучал с другого конца трубки. - Ты должен приехать сюда, немедленно. - от нервов любитель колы начал царапать ногтями стол, даже не замечая этого. - Что за спешка, мой старый друг? - рогатый явно был не настроен на разговор, а уж тем более срываться и ехать в такую даль. - Я... Ну как тебе сказать. Т...Том он... У него ханахаки и она почти на последней стадии. Он умирает и мне кажется, что это из-за чувств к тебе. - протараторил Эдвард, слушая молчание в трубке. - Пожалуйста Торд. - уже шёпотом добавил он. - Хорошо, уже завтра я приеду. - Спасибо огромное! - Гоулд выкрикнул эту фразу и повесил трубку, однако он уже не слышал зловещего смеха. *** - Здравствуйте старые друзья! - на кухню вторгается коммунист, сразу же зажимая Эдда в объятиях. Порядком прифигевший Том, срывается с места. Нет... Он не позволит этой нахальной сволочи увидеть себя в таком состоянии. Благо спасительная дверь была рядом и Риджуэлл успел добежать до неё, выплёвывая кровавые цветы в тазик. Как он и предполагал, они начали выходить почти цельными бутонами. "Отвратительно..." - Так, так, так. Да это же сам Риджуэлл. Что такое принцесса? Подыхаешь? - съязвил рогатый, вставая совсем рядом и присаживаясь на корточки. - Не твоё дело. - прохрипел Томас, заходясь в новом кашле. - Твоя смерть была предрешена как только ты встретил меня. Правда я не думал, что ты придурок безмозглый, в меня влюбишься. - рука со всей силы сжимает пепельные волосы, прилагая столько усилий, словно хочет их выдрать. С каждым словом, цветы будто росли быстрее. Дышать становилось всё труднее и труднее. - Ты, жалкое ничтожество. Да как ты вообще осмелился испытывать такие отвратные чувства? Я никогда тебя не приму. Никогда. Ты слышишь меня черноглазый урод?! Никогда! - рука сама начала двигаться, разбивая бледное лицо о кафель. В голове отдалось резкой болью. Том не сопротивлялся, ничего не делал. Повис в чужих ладонях роботом, безжизненной куклой не имеющей своих чувств и эмоций. Словно уже мёртв, хотя скоро так и будет. Конечно на крики прибежали Эдд и Мэтт. Гоулд с ужасом наблюдал за еле живым гитаристом, что просто валялся на полу, весь в крови и синяках. В то время как Ларссон благополучно свалил из дома, заводя машину и уезжая подальше, от своих старых воспоминаний. Возможно года три назад он бы так не поступил, поплакал бы вместе с алкоголиком, прижал к себе и утешил бы. Так бы случилось тогда, если бы Том признался сразу. Но уже сейчас и именно сейчас он не испытывает вообще никаких чувств, словно их выкачали из сердца и кинули в грязь. "Он доволен тем, что сделал..." *** - А теперь о сегодняшних новостях. - вещала телеведущая. - На сегодняшний день скончался ещё один обладатель довольно редкой болезни ханахаки. Томас Риджуэлл. Кажется, что она распространяется. Учёные всё ещё ищут лекарство. А теперь о пого... - Эдд, до этого сидевший на диване, встал, выключая телевизор и поближе садясь к Мэтту. - Неужели мы не смогли бы ничем помочь? - художник опускает голову на соседнее плечо, поджимая под себя колени. - Это было неизбежно. Нам нужно...просто смириться. - нарцисс легонько приобнял друга. - Наверное ты прав... Я буду скучать по нему. - Я тоже Эдд, я тоже. - проговаривал голубоглазый, незаметно строча сообщение. "Отлично сработано Торд. Надеюсь ты больше здесь не появишься. Иначе прийдётся убрать и тебя." "Можешь быть уверен веснушчатое недоразумение, в вашу жизнь я не сунусь." Рыжик улыбнулся, ближе прижимая к себе Гоулда. - Теперь всё будет хорошо...