Если бы ты знал...как я счастлива теперь

Я очень долго предвкушала прилет на родину. Как же давно я не была в России и даже отвыкла от ее законов и порядков. Уже сидя в частном самолете я пыталась продумать, что скажу людям из прошлого. — Анжелика, не бойся, я всегда буду рядом, если тебе легче станет, то могу даже держать тебя за руку, — поддерживает меня Корнелио. Мы начали взлетать, сразу видно, пилот — профессионал своего дела. Я положила голову на колени своему спутнику, пытаясь представить как все произойдет. Закрываю глаза и вновь мелькает одно из воспоминаний: Марко Штутман в очередной раз пришел домой в нетрезвом виде. Когда он находился в таком состоянии, я всегда стремилась скрыться и не попадаться ему на глаза. Но в этот раз не вышло… Он зашел в комнату с камином, где обычно я любила отдыхать, видит меня и задает вопрос от которого я вздрагиваю: — Миссис Штутман, скажи честно, я монстр? — Марко, прошу иди отоспись, завтра поговорим, — сохраняя спокойствие и стараясь не показать испуга, холодно произношу я. — Снежная королева, ответь мне, — произносит он слегка повысив тон. — Бываешь, — честно признаюсь я. — Тварь! — кричит он и кидает одну из ваз об стену, а затем подлетает ко мне, хватает меня и сильно толкает в стену. — Вы все мне врете…а для тебя, Анжелика, я слишком хорош и идеален. Произнеся последнее, он уходит в другую комнату.      Я открываю глаза, чувствую как Эйландер младший аккуратно перебирает мои волосы. Я поднимаю голову с его колен, смотрю ему в глаза и наши губы практически соприкасаются. — Спасибо тебе, — внезапно произношу я и уже кладу голову ему на плечо. — Анжелика…- он внезапно обращается ко мне. — Да? — меня почему-то охватывает сильное волнение. — Потом вернешься со мной в Амстердам? — Я…я не знаю…- неуверенно произношу я.     Знаете, в жизни так бывает, что знаешь человека всего неделю, но ощущение, что всю жизнь с ним знакома. — Я хочу познакомить тебя с моими родителями, — уверенно говорит нидерландец.     Воцаряется молчание. Слышен лишь шум двигателей самолета. — Да…я вернусь с тобой в Амстердам, — мое согласие явно обрадовало его, это я поняла по красноречивой улыбке на его лице.     Через полтора часа самолет начал посадку в аэропорту «Шереметьево». — Сколько времени ты планируешь пробыть в России? — внезапно одолевает меня вопрос. — Столько же, сколько и ты…я тебя одну не оставлю, — слышу я в ответ. — В любой момент мы сможем улететь, самолет будет ждать нас в ангаре. — Корнелио…я очень боюсь встречи с  прошлым, — на моих глазах появились слезы. — Светлячок, я не люблю когда ты плачешь, — он вытирает тыльной стороной ладони мои слезы, а затем совсем нежно произносит: — Я хочу чтобы ты улыбалась, я люблю твою улыбку… Не думай о прошлом… Знай, что помимо прошлого рядом с тобой будет стоять и держать тебя за руку твое настоящее и будущее. — А почему светлячок? — меня никто и никогда так креативно не называл. — Потому что, ты искренняя и когда ты улыбаешься, я уверен, что на небе появляется новая звезда.     Мы проходим в vip зону, пока пилот отгоняет воздушное судно в ангар. Корнелио все это время держит меня за руку, в то время как я пытаюсь заново привыкнуть к  России. — Сейчас поедем, — произносит мой спутник наконец увидев пилота, который трансформировался теперь судя по всему в водителя. — Мистер Эйрландер, все сумки уже в багажнике автомобиля, — отчитывается он. — Прекрасно, чего же мы ждем, — улыбается нидерландец.     Мы садимся в мерседес и меня охватывает восторг. — Светлячок, ты что на мерседесе ни разу не ездила? — удивляется Корнелио, сидящий рядом. — Ездила, но не по России. А тут другие ощущения, — отвечаю затаив дыхание.      Спустя два часа машина припорковалась у одного из особняков в одном из элитных районов Москвы. Когда ворота закрылись, я вздрогнула. — Это твой дом? — мое удивление было не передать словами. — Да, — слышу в ответ.      Выходим из машины я осматриваюсь, но тут вздрагиваю от внезапного вопроса: — Нравится? — Очень… — отвечаю и поворачиваюсь к нему лицом, причем на сей раз чуть не столкнувшись с ним лбами, делаю шаг назад и чуть не падаю на ровном месте, но мой собеседник не дает мне упасть. — Пошли в дом, — почти шепотом произносит Корнелио и подхватывает меня на руки.     После ужина я вламываюсь в комнату к своему спутнику и говорю лишь одну фразу: — Я не смогу здесь уснуть в одиночестве…    И сразу же опускаю глаза. В его взгляде читается удивление и какая-то странная радость: — Иди ко мне, — говорит он. Я захожу в его комнату и сразу закрываю дверь. Он окидывает взглядом мой ночной наряд и вздыхает: — Я так понимаю, самой не спится и мне решила не дать поспать… — Что-то не так? — волнение охватывает меня и я стою перед ним как школьница, не выучившая свой урок. — Вот именно, что все так и мне теперь не уснуть, — слышу в ответ.      Я подхожу к нему и усаживаюсь рядом с ним на кровать. — Мисс Штутман, ты сводишь меня с ума, — сказав это, он меня вовлек в поцелуй и нежно положил на мягкие подушки. Моя сорочка быстро оказалась снята и тут он остановился: — Это что?! — он нежно коснулся шрама около плеча. — Это бывший муж…за полтора месяца до развода сделал…   Я покорно отвечаю на его вопрос и меня почему-то кидает в дрожь. Вновь перед глазами сцена из прошлого:    Две недели назад мне делали операцию, по случаю перелома, который я получила, благодаря рукоприкладству бывшего мужа.      Мы сидели на кухне, вроде ничего не предвещало его очередного срыва: — Знаешь, снежная королева…я никчемный предприниматель и семьянин…- произносит внезапно Марко.    Снежной королевой он меня называл, потому что я обычно была холодной с ним и старалась держать дистанцию.     Затем он продолжил свою странную философию: — А ты, обреченная стерва…- я наверное никогда не пойму, почему он меня так назвал.     Пока я пытаюсь разобраться в его словах он подходит ко мне. Сначала, он гладит мои волосы, а потом резко его взгляд становится мутным, он опять начинает видеть во мне врага и отшвыривает меня в сторону. Я кричу от внезапно появившейся боли, а затем замечаю, что шов разошелся…     Я отхожу от болезненного воспоминания и внимательно смотрю на мужчину сверху. — Светлячок, тебе больно? Я что-то сделал не так? — беспокоится Корнелио. — Нет, все хорошо, — пытаюсь улыбнуться. — Иди ко мне, — он приобнимает меня, снова целует и я полностью оказываюсь в его власти.