Часть 1
26 декабря 2020 г., 00:32
Новый год всегда был чем-то особенным для Мидории. Возможно, он просто, в отличии от многих, не утратил детский восторг от царящей праздничной атмосферы, когда всё вокруг увешивают разноцветными гирляндами и прочими украшениями. А ещё он искренне верил в новогодние чудеса. Даже когда вырос, даже когда понял, что мир в целом не лучшее место, даже когда жизнь уже столько раз была на волоске… Всё равно верил. В этом весь Изуку. Он и сам будто чудо.
Катсуки Бакуго же наоборот — недолюбливал этот праздник. Впрочем, как и все остальные. Они выбивали его из привычного режима, было всегда слишком шумно, а ещё люди вокруг становились радостными из-за такой ерунды, как число в календаре, ну не бред ли? Вот и юный герой думал, что бред.
В этом году в UA предложили устроить классам загородные поездки на праздник и часть каникул. Всё-таки ученики упорно тренируются и учатся весь год, плюс нападение Лиги и прочие печальные и опасные события очень изматывают. Родителей тоже пригласили, но многие отказались, решив остаться дома. Они уже привыкли, что дети давно повзрослели и не находятся дома.
Класс 1-А выбрал поездку на горнолыжную базу. Для них арендовали целый комплекс, состоящий из гостевых домиков, сауны и небольшого концертного зала, в котором и планировалось отпраздновать новый год. Некоторые ученики вызвались сами подобрать музыку и декорации. Конечно, это была Мина и Каминари, ведь они больше всех любили подобное, к ним решил подключиться Аояма (ведь без его чувства прекрасного с украшением не справиться, как сказал он сам) и Серо с Киришимой, просто потому что решили, что это будет веселее, чем просиживать в комнатах время между катаниями на сноубордах. Они пытались позвать и Бакуго, но тот отмахнулся, сказав, что это слишком глупо и он лучше побудет в тишине «без этих безмозглых». Никто и не удивился.
Мидория хотел тоже помочь, но он знал, что у него есть куда более сложная миссия. Ведь в этот вечер он решил испытать на прочность свою жизнь, а именно — признаться в любви Кацчану.
Он любил его столько, сколько себя помнил. Сначала не осознавая этого, просто всегда находясь рядом в детстве. Потом его чувства затмила обида из-за издёвок в школе, но они всё ещё не исчезли. После поступления в UA он думал, что блондин и вовсе прикончит его в одну из вспышек своей злости. Но время шло, и они становились ближе. Нет, не лучшими друзьями, конечно, но всё же. Благодаря всем опасностям и сложностям они постепенно находили общий язык, чему Изуку был очень рад. И отчего ему было ещё сложнее признаться объекту своей симпатии. Он попросту боялся разрушить всё это. Поэтому он откладывал, сколько мог. Но сейчас ведь время чудес, да? Быть может, чудо случится и у него.
***
Бакуго был особенно вспыльчивым сегодня. Даже Киришима это подметил, а он уж давно привык к характеру своего друга. — Эй, Бакубро, с тобой всё нормально? Выглядишь немного, кхм, сердитым… — Эйджиро не особо умел подбирать слова, но всё же хотелось узнать причину плохого настроения. — Отвали, у меня всё в норме, иди к этим шумным придуркам — да, Катсуки и правда был в дурном расположении духа. — А, ладно, — если Киришима что-то и понял за время общения с Бакуго, так это то, что, если он не хочет разговаривать — он не будет. И лучше оставить его «остыть», иначе может случиться взрыв, причём в прямом смысле слова. Поэтому он последовал «совету» и ушёл к компании. Уйдя в свою комнату, блондин просто плюхнулся на кровать, не включая свет. Уже стемнело, поэтому лишь фонари, расставленные по всему периметру гостевого городка, слегка освещали помещение сквозь незашторенные окна. Он лежал и отчаянно пытался понять, почему его сегодня раздражает абсолютно всё. Нет, конечно, ему всегда не особо приятно находиться в толпе и слушать весь этот поток разговоров одноклассников и ему никогда не нравилась вся эта мишура, но он уже давно привык и не обращал внимания. Почему же сегодня он чувствует себя как-то… Как-то некомфортно? Осознание накрыло его так неожиданно, что он даже усомнился, что и правда подумал об этом. С детства Деку каждый новый год дарил ему разную бесполезную мелочь. То какой-нибудь брелок с изображением Всемогущего, то какую-то глупость вроде «фенечки дружбы». Он каждый год думал, как же это раздражает и почему он не перестаёт, если никогда не получает ответного подарка. А в этом году ничего. Совсем. Даже когда они ссорились в средней школе, он всё равно не прекращал. А сейчас, получается, сдался? И впервые в жизни Бакуго захотел получить этот подарок. Не так давно он понял, что больше не чувствует той ненависти, что была раньше. Не приносят удовольствия оскорбления в адрес зеленоволосого. Да и слабым он больше его не считает. И даже больше, теперь его злит то, что он позволял себе так с ним обращаться. И каждый раз хочется ударить того, кто смеет задирать Деку. Но практически каждый раз это оказывается сам Бакуго, делающий это просто по привычке и потому, что не хочет раскрыть своих искренних чувств, которые он так внезапно осознал. Вот так, всё оказалось проще простого. Тот, кто всегда злился из-за навязчивости Деку, сейчас просто лежал лицом в подушку и хотел его присутствия. Но всё так же не мог позволить себе сделать хоть маленький шаг навстречу. Так прошло несколько часов, и вот уже Киришима колотит дверь, крича о том, что пора выходить и вечеринка вот-вот начнётся. И что если он не выйдет, то за ним придёт Айзава-сенсей. Подумав, что прийти самому намного лучше, чем быть притащенным в лентах учителя, Бакуго всё же встал с кровати, накинул пиджак, который про себя называл «а-ну-не-спорь-и-не-беси-мать» и вышел из комнаты. — Хей, выглядишь помятым. Что-то случилось? Я всегда тебе помогу, мы же др… — Походу мне кое-кто нравится! — неожиданно для самого себя перебил товарища блондин. — Эээээ, что? — не то чтобы Кири не мог поверить, но он и правда не мог, — а кто? — Это не важно. Не ссы, не ты, — он уже успел тысячу раз пожалел, что сказал. — Ну скажи, я постараюсь помочь! Хочешь, узнаю у Мины, чем очаровать ту, что тебе понравилась? Они же с девчонками общаются, значит, знает, что каждой по душе, — Киришиму было не остановить, он был готов уже придумать целый план по завоеванию сердца избранницы друга. — С чего ты вообще взял, что это девчонка? Вместо ответа Алый бунтарь стал действительно алым. — Что, не особо мужественно, да? — будто с издёвкой сказал Бакуго. Но Киришима вовсе не собирался осуждать его или что-то подобное. Он сказал то, что в отличии от всех остальных слов, его друг наверняка запомнит. — Мужественно — это не бояться быть с тем, кого ты любишь. И не важно, девушка или парень. Честно говоря, после этого второй завис. Он ожидал, что Эйджиро примет всё за шутку или скажет, что это не нормально. Но он что, поддержал его? Быть может, и правда стоит хотя бы попробовать.***
Зал был украшен шикарно. На стенах мерцали надписи с поздравлениями, с потолка светили разноцветные софиты, а стол, казалось, вмещал все существующие в мире закуски. И даже хмурый Бакуго про себя отметил, что ответственные за это неплохо постарались. Официальная часть прошла быстро, Айзава сказал пару слов про прошедший год и какое-то напутствие. После чего Мик, который тоже сопровождал класс 1-А, спрыгнул со сцены и крикнул, что настало время веселиться, и наконец включилась музыка. Вечеринка длилась уже пару часов. Несколько человек танцевали на небольшой сцене, остальные либо были рядом с фуршетным столом, либо общались небольшими компаниями. Одной из таких компаний были Мидория, Иида и Урарака. Последние двое подметили, что с их товарищем что-то явно не так, он будто весь на нервах и чего-то ждёт. Но он лишь отшучивался на их вопросы, а потом и вовсе сославшись на духоту вышел на балкон. Морозный воздух здорово освежал голову, и Изуку наслаждался прохладой. Всё-таки в зале было и правда душно и шумно, а здесь так спокойно и хорошо. Он думал о том, что так и не смог ничего сказать. Кацчан какой-то особенно раздражённый сегодня и весь вечер с Киришимой. Парень даже чувствовал некую ревность. Но новогодняя ночь скоро подойдёт к концу, а значит пора действовать. И в эту секунду дверь открылась и на балкон вышел Бакуго. Видимо, ему тоже стало жарко, либо хотелось спрятаться от толпы и музыки. В любом случае теперь они были здесь вдвоём, пульс Изуку стал невыносимо частым, и казалось, будто стук его сердца сейчас слышно даже в помещении. И пока остатки уверенности не покинули его, он решил действовать. Он не забыл про свою традицию и тем более не хотел прерывать её. Просто в этом году его подарок был особенным. Потому что он хотел подарить Кацчану свой первый поцелуй. Он решил это сделать ещё месяц назад. И вот сейчас… — Я хотел сказать… В общем, с новым годом, Кацчан! — практически на одном дыхании выпалил Деку, а после слегка зажмурившись ткнулся губами в губы Бакуго и, пока тот не понял, что происходит, ловко ускользнул назад в зал. Пробежал до выхода и завернул под какую-то лестницу. Он и не думал, что это ТАК страшно. «По крайней мере, он не попытался меня убить», — думал парень, всё так же сидя под лестницей. В это же время Бакуго так и стоял на балконе. Его разум был явно где-то за пределами досягаемого сейчас. Пушистыми крупными хлопьями посыпался снег, но и не заметил. Из прострации его вывело потряхивание по плечу и голос. — Ты здесь? Ау! — Киришима, кажется, волновался. — А? Да… Здесь. Слушай, вы же настраивали все эти надписи из лампочек? — Да, а что? — он не понимал, причём тут вообще это. — Покажи, как. Срочно! Спорить бесполезно, расспрашивать — тем более. Поэтому он молча повёл его на сцену, где около пульта диджея стоял ноутбук. Запустил какую-то программу и показал, как поменять надпись. Чтобы не мешать, он спустился со сцены, решив посмотреть, что же всё-таки придумал блондин. Катсуки не знал, что он делает, не знал, к чему это приведёт. Он просто делал. Казалось, будто ничего и не произошло, лишь у нескольких букв в разных местах помещения изменился цвет подсветки. И он знал, что скорее всего это никто не заметит. Никто, кроме того, кто всегда видит малейшие детали. И сейчас он больше всего на свете хотел, чтобы именно этот человек появился здесь. Он искал глазами знакомую зелёную макушку и всматривался в разноцветную толпу, которой и дела нет до того, что происходит. И вот наконец веснушчатый парень зашёл в зал, оглядываясь, видимо, чтобы не нарваться на Бакуго. Именно то, что он оглядывался, и помогло. Катсуки не ошибся, Деку и правда заметил. Он по взгляду видит, что заметил. Его глаза будто засияли ярче всех гирлянд, что были в этом зале, да и, наверное, на всей планете. Он больше не боялся и за 3 прыжка преодолел расстояние между ним и сценой, а затем и забрался на неё. Смущение было отброшено на второй план, ведь чудо всё же случилось. И на глазах всего класса Бакуго, холодный и агрессивный, как все считают, поймал в объятия самого дорогого теперь для себя человека. И впервые подарил ему ответный подарок — свой первый поцелуй — самый нежный и искренний, на который он только был способен, а в добавок и своё сердце. А на стенах выделялись буквы, складывающиеся в признание в исключительно бакуговском стиле. «Я люблю тебя, чёртов Деку».
