Секреты из детства

Ферма мистера Винсента Крикмура была странной. И не потому, что он выращивал некоторых волшебных существ, но потому, что держал в большей степени по соседству обычный домашний скот. Это могло бы выглядеть, как прикрытие, но мистер Крикмур просто слишком любил животных, включая маггловских. Ко всему прочему, ему нравилось заниматься изготовлением молочных продуктов и шерсти. Отчасти Фред, оказавшись в первый раз на ферме, был поражён и сразу вспомнил своего отца, у которого одержимости магглами было не меньше. Только вот у мистера Крикмура это животные, а не бытовые штуки. Но вопреки этой странной атмосфере фермы, Уизли здесь нравилось. Большой особняк Крикмуров был уютным и просторным, не то, что их Нора. Дом был как с картинки, ухоженный и весь в цветах, и точно светился от летнего солнца. Особенно вечером, когда малиновые закаты окрашивали всю округу в персиковые тона. Зелёные пастбища, на которые выходили все окна дома, радовали глаз, и ощущение спокойствия приходило само собой. Возможно, это была заслуга того, что рядом не было Джорджа, старший близнец чувствовал себя в его отсутствии не таким заведённым. А может это просто атмосфера фермы так усыпляюще на него действовала? Как знать, хотя в голове была ещё одна мысль, на которую Фред ссылался всякий раз: он просто устал от всего, после такого тяжёлого года борьбы и работы из-под полы. Удивительно, как начинаешь ценить жизнь и близких, когда находишься на волосок от смерти. Ещё бы чуть-чуть тогда, и он точно… Его спасла удача. Её удача. Уизли действительно повезло отдать своё сердце искусной целительнице и мастеру зельеварения. Добыть откуда-то ингредиенты для «Феликс Фелицис» и приготовить так блестяще… Это надо постараться. Но Джой он любил далеко не за это, она нравилась ему потому, что была сама собой. Вечно смущающейся, простой и искренней. Она была просто самим воплощением очарования. Его радостью. — Фредди, может, хочешь ещё добавки? — спросила с нежной улыбкой на губах миссис Крикмур, вставая из-за стола. Фред как раз в этот момент занёс ложку ко рту с последними овощами с тарелки. — Ты закармливаешь его, как гуся на фуа-гра, мам! — отозвался Юджин, старший брат Джой. В отличие от сестры, которая походила во многом на маму, за исключением кудряшек, которые достались ей от отца, юноша выглядел абсолютно как глава семейства. Коренастый, тёмно-рыжий и кудрявый он смахивал на шотландского воина, внешность которого шла вразрез с его тёплым характером. — Ничего подобного, Юджи! — возмутилась Агата, ухватившись за спинку стула. — Я просто не хочу, чтобы наш гость был голодным. — Всё нормально, миссис Крикмур, я наелся. Всё было вкусно. — решил встрять Фред. Ситуация между сыном и матерью постепенно накалялась, и быть причиной семейной ссоры не входило в планы Уизли. — Ну вот, видишь. Если бы ты ничего не сказал, мальчик не отказался бы от добавки! — сокрушалась Агата, забросив полотенце со спинки стула на плечо. Её голубые глаза, казалось, метали молнии. — Мам! — смущённо пискнула Джой, замерев с вилкой в руке. Щёки её полыхали, ей было явно стыдно за то, какой концерт устроили брат с матерью. Фред мог поклясться, она чуть сползла со стула, желая укрыться от неловкости происходящего. — Что мам? Имей в виду, Джой, станешь женой — будет стыдно, если муж будет голодный. — Милая, мне кажется, ты уже перегибаешь палку, — наконец-то отвлёкся от своих записей мистер Крикмур. Его тёмно-рыжие усы с сединой поползли вверх, осветив добродушное лицо улыбкой. — И смущаешь нашу дочь. — Что? — миссис Крикмур тут же взглянула на Джой так, будто видела её в первый раз в жизни. — Я? Смущаю? Это ещё почему? Ответа на вопрос Фред не дождался. Джой схватила юношу за руку и потащила прочь из столовой. Последнее, что увидел Уизли — это замученное лицо Юджина, которое через секунду скрылось в ладонях. Они выбежали на улицу, снаружи заметно стемнело, округа окрасилась в ярко-оранжевый цвет. По двору бегали куры, и стоило Джой пробежать за руку с Фредом мимо них, они с возмущённым кудахтаньем бросились в разные стороны. Они бежали по сочной траве от дома к амбару, что стоял чуть ниже по склону недалеко от огромного дуба. Он не спрашивал, зачем они туда бежали, возможно Крикмур хотела покачаться на качелях, что висели на толстой ветке дерева, а может в её кудрявую головушку пришла куда более интересная мысль? У стен амбара они остановились, и Джой бросила короткий, но радостный взгляд на юношу. Её щёки горели, но уже не от стыда, а точно от радости. Она потянулась к лестнице, что стояла неподалёку от раскрытого окна наверху. И только она намеревалась ухватиться за серые перекладины, как её опередил Уизли. — Давай я сам. — с улыбкой произнёс он и взялся за лестницу. Он догадался, что они сейчас полезут наверх, в открытое окно, поэтому осторожно приставил деревянную лестницу к стене и шутливо поклонился в реверансе. — После вас, моя принцесса. — Как мило с твоей стороны, — рассмеялась девушка, а затем ловко вцепилась в лесенки и принялась подниматься наверх. Фред немного подождал, чтобы ему было комфортнее подниматься вслед за Джой, но как только он ступил на перекладину и поднял взгляд вверх — тут же застыл. Он как-то без задней мысли, как истинный джентльмен, уступил даме дорогу, совсем не рассчитывая на то, чтобы разглядывать Крикмур сзади. Однако её голубое хлопковое платье было не столь длинным, являя ненароком Фреду её пятую точку в белье. Юноша неловко отвёл взгляд, вцепившись пальцами в деревянные перекладины. Они, может, и встречались примерно с год, но никогда ему не приходилось видеть Джой в подобных ракурсах. А теперь он увидел то, что не должен был видеть. По крайней мере, не так. — Ну, ты чего, застрял там, ха? — хохотала Джой, выглянув из окошка. На этот раз Фред поднял голову без боязни увидеть что-то столь сокровенное и личное. Перед ним было сияющее лицо девушки, которая тут же скрылась внутри амбара. Заставлять её ждать Фред не хотел, он быстро взобрался наверх и влез в раскрытое окошко. Внутри пахло старым сеном и зерном. В стенах амбара было ещё жарче, чем на улице: тепло, накопившееся за весь день, теперь концентрировалось где-то под потолком. Он неуклюже опёрся на руки, ощутив ладонями солому. Безжизненные травинки врезались в кожу и щекотали, заставляя руки чесаться. Уизли поспешил выпрямиться, отчего доски под ним слегка заскрипели. Здесь царила почти полная темнота, и только открытое окошко служило источником света. Но этого было достаточно, чтобы юноша видел, куда ему ступать. Джой сидела у одного из столбов, откинувшись спиной на кучку соломы. Она с тоскливой улыбкой смотрела на стену, и Фред не мог понять почему, пока не сел рядом с ней. В темноте он различил рисунки, сделанные мелками на кривых деревяшках. Это были детские рисунки и записи. В самом центре красовалось четыре фигуры человечков. Фред догадался, что это семья Джой, о чём говорили и надписи: «папа», «мама», «Юджи» и «я». Улыбка тронула его губы, и он, усевшись поудобнее поближе к девушке, взглянул на неё с нежностью. — Это моё укромное место, сюда никто не заглядывает, с самого детства. Я каждое лето сидела здесь, изучала волшебные книги по зельеварению… Столько воспоминаний... — она плавно вытянула руку, касаясь рисунков кончиками пальцев. — Я хотела показать тебе его. Раскрыть свой секрет. Фред немного смутился, чувствуя всю интимность момента. Она так доверяла ему, так любила его, что открыла свои детские секреты, показав это место. Здесь была часть неё, часть души, ведь помимо детских каракулей к стене были приколоты кусочки пергамента, исписанные мелким почерком. Он особо не приглядывался, да и не хотел без спроса читать то, что написала его девушка. Если она захочет, то сама даст почитать. Хотя отрицать любопытства, что горело внутри непонятным огнём, он просто не мог. — Я ценю то, что ты поделилась со мной этим, — проговорил Фред, глядя на девушку. В темноте её светло-медовые глаза казались карими, точно шоколад. На пухлых губах сияла скромная улыбка, а щеки даже в темноте горели румянцем. Такая милая и очаровательная… Внутри будто все перевернулось, и он медленно нагнулся к её лицу, вовлекая в поцелуй. Губы тёплые и мягкие, с едва заметным привкусом выпитого чая с ромашкой. Он целовал её уже столько раз, но почему-то от поцелуя к поцелую он чувствовал себя беззащитным. В животе с ума сходили бабочки, взрываясь ярким фейерверком. И что она с ним делает? Просто сводит с ума… — Фредди… Погоди, я… — прошептала Джой, слегка оттолкнув от себя юношу. Уизли издал еле слышный огорчённый стон, а затем взглянул более ясно на Крикмур. Выглядела она смущённо, но решительно, будто готовилась сказать ещё какую-то тайну. — Я хочу… Хочу… — Что? — непонимающе спросил парень, вцепившись взглядом в её губы. Джой, сидя рядом, слегка поёрзала на месте и поджала к себе ноги. Лёгкая юбка сползла опасно с колен, но она даже и не подумала вернуть её на место. Фред немного напрягся. — Я. я х-хочу… — заикнулась Джой. Она будто физически не могла произнести дальнейшие слова, точно что-то во рту ей мешало. Но затем она потянула Уизли к себе за ворот рубашки, зашептав на ухо едва слышно. — Тебя. Он замер, обескураженный тем, что она сказала. Где-то на подсознании он ожидал услышать нечто подобное, но морально был не готов. И не потому, что был застенчивым, вовсе нет. Те дни разлуки с Джой во время борьбы с Волан-де-мортом он думал о ней часто, и не всегда это были светлые воспоминания их объятий или поцелуев. Он думал о ней в таком ключе, представлял, как она снимает с себя платье и бельё… Но это всегда были лишь его фантазии, ему не приходилось думать серьёзно о чём-то таком со стороны Джой. Это ведь она, такая особенная, его принцесса. Она не такая, как другие девушки, совсем нет. Она как хрупкий цветок, за которым нужен глаз да глаз. И теперь он слышит от неё что-то такое, что не был готов услышать в ближайшее время уж точно. Но это её тихое «тебя» теперь звенело в ушах как набат, ударяясь эхом о стенки черепа. В животе словно что-то закрутилось, но на этот раз это были не бабочки, а будто клубок змей. — Ты ведь не шутишь, милая? — спросил Уизли, заглядывая в глаза девушки. Она вжала голову в плечи, смущённая как тринадцатилетняя девочка. И он мог бы сказать, что это в действительности похоже на шутку, которую она так умело с ним разыгрывала, но… В следующую секунду она прикусила губу и шумно вдохнула тёплый воздух. И в этом движении было столько искренности, что сомневаться было глупо. — Нет, я не шучу. Девичья ладонь опустилась на скулу Фреда, ласково погладив его по щеке. Нежные подушечки пальцев скользнули куда-то за ухо, путаясь в рыжих локонах, и от этого по телу пробежал ток. Джой притянула к себе Фреда настойчиво, вновь впиваясь в губы поцелуем. Теперь они были влажные и горячие, и скользили беспрепятственно. Несмотря на то, что Джой выступила инициатором поцелуя, она всё ещё смущалась и боялась сделать лишнее движение. Невинная, но всё её тело теперь пылало желанием. Она снова заёрзала, поджимая ноги не то от смущения, не то от жара, скопившегося внизу. Очередным движением колен Крикмур случайно скользнула по внутренней стороне бедра юноши, отчего тот напрягся и шумно выдохнул в поцелуй. От этого чувства по спине пробежал холодок, а вместе с ним и мурашки, разбегаясь по всему телу целым стадом. Он совсем не ожидал, что сегодняшний ужин обернётся близостью, но от мысли, что это случится — голова шла кругом. Сейчас она была так близко, так открыта, как самая тайная книга запрещённых заклинаний. И это совсем не было похоже на его фантазии по ночам, всё было куда хуже и лучше одновременно. Джой медленно сползла с кучки соломы на пол, оказавшись под Фредом, и теперь была в полной его власти. Доказательством тому было то, как она изогнулась, стоило ему провести рукой от изгиба бедра по талии. Гибкая и изящная она поддавалась его рукам послушно и покорно, надеясь получить гораздо больше, чем просто прикосновение. Оторвавшись от губ, Фред оглянул возлюбленную во мраке. В кудрявых волосах теперь торчали соломинки, щеки и губы раскраснелись, а глаза глядели пьяно из-под полузакрытых век. Весь её вид показывал, как она ждала от него хоть чего-нибудь. И Фред повёлся. Он заворожено потянулся к пуговицам на платье, расстёгивая его. Девичья грудь, стиснутая бюстгальтером, прерывисто то поднималась, то опускалась, пока Уизли не нырнул руками под юбку. Расстёгнутое платье снять с хрупкого тела дело небольшое. Голубая ткань, слегка испачканная пылью и соломой, опустилась почти бесшумно где-то рядом с изрисованной стенкой, и Джой осталась лишь в белье. Фред присел на колени, возвышаясь над девушкой. Находясь под ним, она выглядела беззащитной и такой податливой. От одного вида напряжение в штанах усилилось, и теперь Фред чувствовал, как болезненно давит молния брюк на твердеющую плоть. Расслабиться до конца он всё ещё не мог, в голове не давала покоя мысль о том, что это их первый раз. Её первый раз. И от Уизли зависело то, как всё пройдёт. — Ты смущаешь меня, когда так смотришь… — пролепетала Джой, поёрзав бёдрами между ног Фреда. Юноша тяжело вздохнул, эти её ёрзанья доведут его скоро до белого каления. — Только взглядом? Или, может, ещё чем-то? — хохотнул Фред, скользнув рукой по талии. Крикмур задрожала. — Фредди! — возмутилась девушка, дёргаясь от щекотки. Но Фред с каждой секундой будто терял того милого и приветливого парня, что пришёл знакомиться с родителями возлюбленной. Напряжение в брюках нарастало. Он отодвинулся чуть назад, вместе с тем подцепив указательными пальцами резинку девичьих трусов. Сначала нерешительно он потянул ткань на себя и стягивал медленно, но стоило его взгляду увидеть лобок, а затем и половые губы, как смысла ждать уже не было. Трусики полетели туда же, где покоилось и платье. Джой смущенно поджала ноги, прижав к груди руки. Конечно, она боялась и смущалась, другой реакции он мог и не ждать. И в какой-то степени это заводило Фреда ещё больше. Он ласково скользнул ладонью между бедер, заставляя тем самым раздвинуть Джой ноги. Она не слишком сопротивлялась, пусть и смущалась, и это устраивало Фреда в полной мере. Юноша опустился на живот, оказавшись в плену ног. От теплой кожи приятно пахло мылом, и он дорожкой оставлял цепочку из коротких поцелуев на внутренней стороне бедра. Джой подрагивала, от новых ощущений она не знала, куда себя деть, а главное — что делать. Она желала этого, желала его с тех пор, как разлука показалась ей пыткой. Но Джой и представить себе не могла, что всё будет ощущаться… Так. Закрыв глаза, она постаралась расслабиться, но через секунду шумно вдохнула. Ощущение теплых губ там, внизу, выбило её из строя мыслей, который она с таким трудом пыталась привести в порядок. Горячий язык плавно скользнул по клитору, а затем вниз, меж половых губ, описывая круг. Этим движением он точно открыл её, как дверь, заставив податься вперёд и раздвинуть ноги шире. Снизу было влажно и горячо, но от языка Фреда Джой намокала ещё больше. Он был ласков, прихватывая губами нежную кожу и клитор, но это было только началом. С пухлых губ сорвался протяжный стон, когда Фред медленно ввёл в неё указательный палец. Он двигал рукой размеренно и не торопясь, но от этого темпа Джой кружило голову. Она постанывала и иногда нетерпеливо хныкала, ощущая себя совсем не так, как это было в минуты уединения. Всё ощущалось куда сильнее и острее, будто каждая клеточка её тела стала чувствительнее в сотни раз. — Ах… Фредди… — проговорила едва различимо Джой, прижав руки к груди. Она с трудом могла видеть, что делает парень в темноте, да и лёжа на жестком настиле без всякой возвышенности под головой на подобии подушки было трудно наблюдать. А вот ему было куда проще. Лизнув стенки, Фред вобрал клитор губами и слегка потянул, вновь обильно смачивая горошину слюной. Крикмур слегка взвизгнула, часто задышав. Он понимал, что это уже превращается в пытку, но боялся, что может напугать её своими резкими действиями. Свободной рукой он погладил Джой по животу, а затем пробрался под тугую ткань лифчика, сжимая грудь. Теплая и упругая в руке она помещалась в точности так, будто сам Уизли лепил девушку из глины. Твёрдый сосок упёрся в ладонь, и это чувство будто спустило дремлющего зверя с поводка. Выпрямившись, Фред стянул с себя рубашку, небрежно бросив её к стенке. Член упирался в ширинку с изнывающей болью, и сдерживать себя уже не было сил. Она такая влажная, горячая и такая послушная… И его. Нет, она не принадлежит ему, это скорее он в её полной власти, ведомый желанием её упругого тела. Но прикасаться к ней может только он и больше никто. — Пожалуйста, Фредди… Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт… Чёрт! Пальцы в ту же секунду сами расстегнули брюки, спуская их вместе с трусами до самых колен. Внизу пришлось повозиться, чтобы снять злосчастную ткань. Свободный от одежды Фред ощущал себя лучше, но не спокойно. Он притянул к себе за руку Джой, заставляя её на миг сесть, а сам, уплывающий куда-то от того, как она обхватила губами кончик его языка, попытался слепо расстегнуть застёжку бюстгальтера. Она не поддавалась, и в конечном итоге юноша стянул лиф с девушки через голову. Небольшая грудь колыхнулась, и Фред едва наклонился к ней, оставляя нежный поцелуй рядом с бусинкой соска. Джой вздрогнула, втянув шумно воздух через нос. Уизли ухмыльнулся, а затем, глядя прямо в глаза Крикмур, нагнулся вперёд, нависнув над ней. Её бедра покоились по бокам его талии, и редким трением ввергали Уизли в короткий ступор. Он не спешил, хотя очень хотел сорваться с места и дать себе полную свободу, но двигался плавно и медленно. Он снова поцеловал Джой, прикусывая нижнюю губу. Прижавшись пахом к влажным половым губам, юноша гортанно захрипел, не разрывая поцелуя. От предвкушения тело покалывало тысячами иголок, и ждать больше он не мог. Едва толкнувшись, он легко скользнул меж влажных стенок под клитор, дразня горошину приятным давлением. Джой застонала, обнимая Фреда за шею. Ей было страшно, но она так этого хотела, так часто думала об этом последние дни, что противиться своему желанию было сродни истязаниям над самой собой. На краткий миг Уизли замер, давая привыкнуть, но вскоре снова сделал толчок, уже более уверенный и настойчивый. Сначала было неприятно, член был будто излишне толстым для неё, и давил на стенки слишком сильно. Но постепенно с каждым новым толчком Фреда, Джой расслаблялась и наслаждалась каждым скользким движением с безумным упоением. Чувство наполненности дурманило, и она запрокинула голову, сгребая редкие соломинки на досках волосами. Стонать открыто она остерегалась, вдруг кто-то из семьи рядом с амбаром, но темп Фреда, который он постепенно наращивал с каждой минутой, уносил её разум куда-то далеко-далеко, позволяя срывать с пухлых губ откровенные стоны. Джой обняла Уизли покрепче, прижимая к себе ближе. От тела, покрывшегося испариной, шёл жар, и Крикмур старалась запомнить это ощущение до мельчайших подробностей. Сосок случайно скользнул по рёбрам Фреда, и оба ощутили щекотку. Снизу раздавалось ритмичное хлюпанье, сопровождаемое короткими шлепками плоти о плоть. — Ты вся сочишься, как ягода… — прошептал Фред рядом с ухом, обдав нежную кожу горячим дыханием. — Как самая сладкая и спелая ягода… От этих слов и игривого укуса в мочку, Джой впилась пальцами в лопатки юноши, царапая короткими ногтями разгорячённую кожу. Мерлинова борода, пусть он скажет ещё что-нибудь таким севшим голосом… В порыве Джой прильнула губами к бешено бьющейся артерии на напряжённой шее Уизли. Вобрав губами солоноватую от пота кожу, она облизнула свежий засос и громко застонала, ощутив очередное трение клитора о член. Ощутить это хотелось вновь и вновь, и, прогибаясь в пояснице, Джой стала двигаться сама. Сначала у неё не получалось пристроиться к ритму Фреда, и он то и дело грубо вдалбливался в девушку. Но с каждым новым движением у них получалось двигаться в одном темпе лучше и лучше. — Скажи… ах… Скажи ещё что-нибудь… — говорила Джой, осыпая лицо возлюбленного поцелуями. — Скажи… — Тш-ш-ш, сладкая, нас могут услышать. — голос Фреда звучал бархатно и прерывисто от рваного дыхания. — М-м-м… Быстрее, пожалуйста. Быстрее! А-а… Заглушить крик Фреду пришлось рукой, зажав рот девушки. Она протяжно застонала в ладонь, целуя шероховатую кожу со шрамами. Молчать сейчас ей не хотелось, чувство удовлетворения было совсем близко, и быстрые движения Уизли говорили о том, что он и сам был близок к оргазму. — Джой, я… — скомкано бросил юноша, с грохотом поставив руки по бокам от лица Крикмур. — М-м-м… Ох, я сейчас… Еще несколько сбивчивых и быстрых толчков, и внутри все стало пульсировать. Стенки влагалища быстро сжимались и разжимались, обхватывая член. Он излился внутрь, чувствуя постепенно дрожь в руках. Фред думал об этом так часто, но на деле это оказалось куда приятнее, чем представлять блёклую фантазию в голове. Всё реально, она реальна, такая горячая и влажная, а теперь сытая, как и он сам. Дышать ровно не выходило, грудь то и дело быстро и часто поднималась в жадных вдохах и выдохах. Чёрт, они сделали это. Так внезапно и неожиданно, в грязном тёмном амбаре на соломе. Но это было так хорошо, что на все окружающие обстоятельства было просто плевать. — Фредди… — раздался севший голос Джой. Фред поднял глаза, встретившись с туманным взглядом возлюбленной. — Иди сюда. И он чуть ли не упал в её жаркие объятия, прижавшись обессилено щекой к груди. Ощущение влаги и жара покинуло его, как только он шевельнулся и позволил себе выйти из неё нехотя. По лбу неприятно катились капли пота, которые тут же смахнула Крикмур, убирая огненные волосы назад. Горячие губы оставили нежный поцелуй рядом с линией роста волос, и Фред почувствовал, что сейчас он чувствует себя как никогда живым. — Я люблю тебя, ты знаешь? — проговорил Уизли, сгребая девушку в объятия. Она тихо рассмеялась, погладив его по щеке. — Ты говоришь мне это каждый день, львёнок. Я тоже тебя люблю. — Да, каждый день, и очень надеюсь, что спустя много лет ты снова скажешь эту фразу. — юноша коротко чмокнул Джой в кончик носа, когда она замерла. — Что…