I ain't happy, I'm feeling glad

Люди толпились у кассы, работники как всегда с улыбкой принимали заказы, но Сынмин удивляется тому, что они просто сидят. То есть, никто из них сразу не пошёл к кассе, Хёнджин просто сидел на месте и улыбался брюнету, иногда смотря на экран телефона.  — Почему мы сидим? — наконец прервал между ними тишину младший.  — Подожди пару секунд. Сынмин выдохнул и наконец расслабился. Всё таки это Хёнджин его пригласил, тот за всё и отвечает.  — Как ты относишься ко дню святого Валентина? — вдруг заинтересовался Хёнджин.  — Оу ну, нейтрально, мне как-то Чанбин подарил сердце, которое было похоже на рисинку, а потом зарядил тортом по лицу, — Сынмин, будто показывая, что можно смеяться с этой истории, положил голову на ладонь, облокачиваясь об стол. Хёнджин засмотрелся.  — Хах, звучит отстойно, — Ким хмыкнул и взглянул в окно, которое было напротив их столика. Из ниоткуда появилась миловидная девушка.  — Здравствуйте, вы Хван Хёнджин? — Сынмин невольно посмотрел на неё. Красивая. Та держала два подноса, а глаза сияли таинственным огнём, что отталкивал Сынмина.  — Ах, да, это я, — улыбнулся Хёнджин, помогая девушке раскладывать тарелки на стол. Они о чём-то общались, улыбаясь друг другу. Сынмин правда пытался улыбаться, да вот только сердце невольно начало колоться. Какого чёрта он себя чувствует как девчонка? Та самая, что влюблена в Хёнджина. Боже упаси. Какого хрена Сынмин вообще так себя ведёт, тем более с Хёнджином? Кажется демон и ангел на плечах Сынмина начали жестокий спор. Выкину ненужные мысли, Ким поднял взгляд на стол и раскрыл рот в шоковом состоянии. На столе стояла тарелка с спагетти, куриные лапки, летний салат. Также посреди стола стояла бутылка вина.  — Эт-то же дорого! — чуть ли не кричал Сынмин, смотря на довольно лицо Хёнджина.  — Для тебя мне никогда не будет жалко, Сынмин-и. Вообще-то, когда Чанбин так в шутку назвал Кима, тот ему сломал руку, и Бину пришлось месяца три извиняться перед младшим. Но это не Чанбин. Ни кто-то другой, хотя если бы блондин так раньше назвал Мина, то у того и лицо было сломано. Но сейчас что-то не то. Мин не чувствует этакой злобы к парню, что сейчас смотрит в его глаза. Сейчас всё абсолютно по другому.  — Любишь вино?  — Если оно красное, кисло-сладкое, то да, — кивнул Ким. Хёнджин хмыкнул и взял в руки бутылку. Та уже была приоткрыта. Сынмин внимательно смотрел на то, как красная жидкость разливалась по прозрачным бокалам, и он уже во рту чувствовал этот трепетный вкус. Газированное вино, чем-то напоминает шампанское.  — Сынмин-и, — произнёс парень, на что Мин поднял слегка пьяный взгляд. Хван смотрел на него с благотворением, будто Сынмин второй Иисус, которому старший готов поклоняться всю жизнь и Мин не знает как реагировать на этот взгляд полный нежности.  — Да? — шептал брюнет, не обращая внимание на то, что его руку накрыли чужой ладонью.  — Ты такой красивый с этим бокалом, — говорил тот с открытой любовью. Ким не выдержит этого. Его сердце сейчас просто лопнет от этого всего.  — П-прости, мне нужно в туалет, ты подождешь? — чуть пошатываясь Сынмин встал со своего места и начал отдаляться в туалет.  — Конечно, возвращайся скорее, — хмыкнул Хёнджин, после с ухмылкой смотря в спину уходящего. ***  — А где твой друг? — заинтересованно посмотрел на брюнета, и встал со скамейки.  — Прости, Ликс, у того свиданка, — хмыкнул Чанбин, а после уставился на руку, что протянул парень. Он тяжело вздохнул и схватил её, крепко держа своей.  — Мои друзья сейчас в развлекательном центре, если что, они купили солёный попкорн.  — Обожаю солёный, — на самом деле сладкий, но Чанбин никогда об этом никому не скажет.  — Пошли скорей, — улыбнулся Феликс, и начал тянуть бедного Чанбина, что устал за этот школьный день. Но он не скажет о своих чувствах, особенно если они противоположны чужим, особенно если это Феликс. *** Очень. Много. Детей. Чанбин готов откинуться на тот свет, лишь бы не слышать эти детские крики, и схватился за маленькую ладонь крепче, от чего Феликс хихикнул.  — Что смешного?  — Ты такой милый, — хмыкнул Ликс, ведя куда-то дальше брюнета. Но вдруг тот резко остановился, из-за чего Чанбин чуть не упал.  — Ликс! — Со кое как нашёл равновесие и посмотрел на парней, что уже пожимали руку Феликсу, пока тот другой сжимал Бина. Ого, Чанбин впервые видит, чтобы Ликс здоровался без объятий.  — Привет ребята, хочу вас познакомить, это мой друг, Чанбин, — улыбчиво произнёс блондин, указывая на Со, который ради приличия улыбнулся, хотя эти три здоровых парня были подозрительными.  — Оу, меня зовут Лоуган, это Кайл, а тот рыжий Адиел, — Лоуган поклонился, от чего двое начали слегка посмеиваться, а Ликс улыбнулся.  — Ты даже выучил приветствие, это мило, — хихикнул Ли, смотря на парней. Те двое, кроме Лоугана явно не знали, о чём вообще речь. Может и отдалённо, но не так как этот русоволосый. Кажется этот высокий парень учил корейский, раз уж так свободно говорит на нём. Пока они шли в кинозал, Феликс объяснил, что его старые друзья решили начать путешествие с Южной Кореи, и это единственный шанс встретиться с друзьями. На это Чанбин кивнул и добродушно начал обговаривать с парнем интересы, так как нужно ещё узнать друг друга. И Со не знает, показалось ему или нет, но Кайл смотрел на него с сильной злобой.  — Чёрт, совсем забыл, на втором столике попкорн! — простонал Лоуган, собираясь идти за едой, но Ликс его остановил.  — Давай я, бро, — Лоуган кивнул, и Феликс будто испарился, оставляя напряжённого Чанбина стоять в очереди за очками. Как вдруг, сзади он услышал диалог и он явно был не на корейском, это были те самые парни.  — Да… Мы должны… Мешает… Затащи его… — в такие моменты Чанбин ненавидит себя за свою лень, потому что Феликс предлагал ему подучить австралийский язык, и он обрывками кое как соображает, что парни прилетели не только осмотреть фильм с лучшим другом детства. Ему не показалось или они собираются-  — А вот и попкорн! — прямо над ухом послышался низкий голос, от чего Чанбин чуть не поскользнулся на мокром полу, после чего слегка толкая смеющегося младшего. Только вот трое сзади не смеялись. Со правда хочет верить, что его австралийский язык на уровне ниже дна и ему просто послышалось. Середина фильма, Чанбин как обычно в своём везении никогда не сомневался и поэтому сидит сзади компании и ему на самом деле страшно очень. Сейчас вообще не до фильма. Феликса зажали его друзья, и судя по опущенной голове, Ликс явно не смотрит его, значит занят чем-то. Резко, в фильме начал мигать свет, очередной взрыв. Всё, что успел заметить Чанбин, так это ухмылку Кайла или кто из них кто, и Лоуган, что также смотрел вниз, только взгляд явно был направлен на Феликса.  — Какого..... Ли резко встал с места, убегая, за ним побежал Адиел, быстрый, зараза. Не растерявшись, Чанбин опрокинул попкорн на парней спереди, что собирались встать и побежал за парнями. Он должен хоть что-то предпринять. Ради Ликса. Когда он выбежал из зала, то заметил, как дверь туалета закрывается и он успевает заметить испуганное лицо младшего. Засунув в карман руку, Чанбин обнаружил свой нож, на ручке которой был ворон, и хмыкнув, спокойно зашёл в туалет. Он видел как Адиел придерживает руки Феликса на весу, сжимая к стенке, и усмехнулся. Громко. С ядом.  — Вы только посмотрите, решил трахнуть парня? Ты че, пидор? — злобно усмехнулся брюнет. Адиел, что собирался повернуться на голос, ощутил удар по шее, от чего и упал. Со, не жалея сил, захватил того за длинные волосы и притянул к себе. Лицо к лицу.  — Ещё раз, ты, твои дружки-пидоры, дотронутся до него, этот ворон, — Чанбин достал нож, показывая его испуганному парню, — окажется у тебя в глазу. Я ясно объяснил?  — Д-да.  — Я спросил тебя: Я ясно объяснил?! — чуть ли не кричал брюнет, показывая всю злобу лишь во взгляде.  — Да! Простите! Я не хотел! — на ломаном корейском, прокричал парень. Кажется у того слёзы на глазах, но Чанбину плевать. Его солнце обидели.  — Тогда забирай своих дружков и нахер отсюда в закат! Когда в туалете остался лишь Чанбин и Феликс, старший сразу присел на колени рядом с упавшим блондином, притягивая к себе, прямо в крепкие объятия.  — Так вот почему все в школе тебя называют хладнокровным, — усмехнулся Ликс, вдыхая приятный запах духов парня.  — Вообще-то меня так Сынмин называет, — выдохнул Со.  — Кстати, ты так кричал на Адиела, будто он виноват, что он г-  — Боже, нет, Феликс, я плохо отношусь к таким пидорам моральным, как он и его подружки, я, знаешь ли, сам влюбился в парня одного.  — Оу, и как он не замечает тебя? — Ли поднял взгляд на уставшего хёна.  — Даже не знаю, — грустно усмехнулся Чанбин, смотря в любимые глаза. Всю идиллию прервал чёртов звонок, и чёртов, мать его, Сынмин. Брюнет уже собирался устроить скандал другу, как услышал ломаный голос:  — Ч-Чанбин?  — По твоему голосу я слышу, что ты выпил вино, ты где сейчас? С тобой всё в порядке?  — Д-да, я просто…  — Эй! С тобой всё окей?  — Я влюбился, Чанбин, я блять за один поход в кафе влюбился, и я не знаю, что делать.  — Чем я могу помочь? Сам разбирайся в этом всём.  — Может ты чёто из своей книги про демонов вызовешь? Ну, типа анти-купидон.  — Я тебе сейчас психушку вызову, иди домой, в таком состоянии, ты ему и в любви признаешься, — хмыкнул Бин, смотря на свою руку, что окутала чужая.  — Ладно, удачи тебе, чернокнижник.  — Пошёл в жопу. Чанбин почесав затылок, смотрит в пол. — Прикинь, Сынмин влюбился, — как обычную вещь, произнёс брюнет. — А разве это плохо? — Он влюбился в человека, которому желал смерти и не хотел, чтобы тот дышал с ним одним воздухом, что уж там о диалогах. — Оу.