Семки будешь?

— Да ладно, ты брешешь! — Чонгук ошарашено уставился на Мина. — Чё, в натуре? — Отвечаю! — цокнул Юнги, ковырнув ногтем шелуху в зубе. — Так это... — задумчиво начал Чон. — Познакомиться, может, надо? — Гук широко улыбнулся, но в ответ получил болезненный подзатыльник. — Ещё чего. — Юнги недовольно хмыкнул и посмотрел в другую сторону, тоже призадумавшись. — Хотя… может.

***

— Знаешь, гопники любят, всяких… ну, знаешь, таких… — мямлил старший, пытаясь как-то принарядить младшего. Тэхён крутился возле Чимина, будто Фея Крестная, подбирая подходящие вещи из шкафа. — Каких? — Ну… таких! — Не найдя подходящих слов, Тэхён недовольно нахмурился. — Да не важно, главное красиво. — Эх… — Чимин поджал губы и приподнял руки кверху, осматривая себя в зеркале. — Не слишком ли богато? — Согласен, слишком. — Тэ задумчиво потёр подбородок, осматривая Чимина с головы до пят, а после поднял указательный палец вверх, будто на него снизошла новая идея. — Я знаю, что нам нужно! — Ким залез в шкаф и начал раскидывать вещи. Чимин за этим лишь молча наблюдал и изредка уворачивался от пролетающих футболок, следя за собирающейся на кровати горкой. — Вот! — Он впихнул Чимину новый лук и закрыл шкаф. — Иди примерь! — Хорошо, — довольно ответил Пак и побежал в ванную. Уже через минуту омега вышел в чёрных отглаженных брюках и в такой же чёрной водолазке с горловиной. Поверх неё была надета белоснежная рубашка с коротким рукавом. — Идеально! — радостно воскликнул Ким и захлопал в ладоши, подпрыгивая на месте. — А не странно ли будет, подойти к гопнику и предложить познакомиться? — А чего тут странного? — Ну… — замялся Чимин. — Хочешь, можем просто прогуляться, а он сам подойдёт? — Тэхён хитро улыбнулся, поигрывая бровками. — Как ты можешь быть таким уверенным в том, что он вообще подойдёт? — Чимин прищурил свои глазёнки, смотря на своего брата. Однако спустя пару секунд уже выдал другой вопрос: — Пойдёшь со мной? — Ещё спрашиваешь, конечно! Правда, тебе нужно сделать красивую укладку, садись. Чимин сел напротив зеркала, а Тэхён принялся расчёсывать его серебристые волосы, создавая нужную укладку. Идиллию прервал визит отца. Он неожиданно появился в дверях, попутно постукивая костяшками о дверь. — Куда это вы собрались? — Отец нахмурил лоб, осматривая беспорядок в комнате и вырядившихся парней. — Хотим прогуляться, — улыбнулся Тэхён, приобнимая растерявшегося брата. Отец кивнул. — Обед готов, спускайтесь. — Хорошо, — сказал Чимин и облегчённо выдохнул, когда их родитель прикрыл за собой дверь. Уложив прядки волос как полагается, братья вместе наскоро прибрались в комнате и спустились на кухню. Неторопливой походкой Пак дошёл до стола, но заметив сидящую за ним мачеху, настроение резко сменилось. — Привет, Чимин, — радостно поприветствовала пришедшего омегу Ким Сонхва. — Ага, привет. — Пак сел за стол, не поднимая взгляд ни на отца, ни на мачеху. — Как настроение? — Сонхва сидела с прямой осанкой и аккуратно нарезала стейк заостренным ножичком, вальяжно кладя каждый отрезанный кусочек мясца себе в рот. — А вы знали, что, когда я ем, я глух и нем? — Пак от злости сжал в руке палочки и фальшиво улыбнулся, смотря на Сонхву и силясь прожевать рис. — Чимин! — прикрикнул отец, негодуя. Пак обернулся на рассерженного отца: — Что? Мне уже и слова нельзя сказать? — Ты как с матерью разговариваешь? — Ну и как же? — Неприлично! — Потому что она мне не мать! — Парень кинул палочки в тарелку и резко встал из-за стола, сдвинув с места стул так, что ножки противно заскрипели по полу. — И мне абсолютно наплевать, что она стала твоей новой женой! — Чимин! — сердито произнёс отец, поднявшись следом и сжав кулаки. Растерянный до сего момента Тэхён откусил большой кусок тоста, смотря на них выпученными и слегка зашуганными глазами. — Что?! — Чимин… успокойся, — прошептал ему умоляюще Тэхён спустя минуту, тяжело сглотнув. — Мне надоело, что ты ведёшь себя подобным образом! — грозно добавил отец. — Надо же, блять, не нравится. — Пак развернулся и направился в свою комнату, громко топая ногами. — Не матерись в моём доме! — крикнул он вслед сыну. Разгневанный мужчина сел обратно за стол и начал недовольно доедать мясо, пыхтя и бурча себе что-то под нос. — Милый, успокойся, просто у него переходный возраст, — успокаивающе причитала Сонхва, поглаживая напряженную руку мужа. — Какой, нафиг, переходный возраст? Ему сейчас девятнадцать лет! — произнёс мужчина с набитым ртом, краснея от гнева ещё пуще. — А, да? Я думала, ему шестнадцать… Отец посмотрел на неё с каменным лицом, а-ля «ты издеваешься?». — Упс…

***

— А не слишком ли странно будет гопнику подойти к богатому сыночку? — спросил потеряно Юнги, глядя на Чонгука. — А чё странного? — Ну… Эм… Ну, хуй знает, — пожал плечами гопник. — Тогда, может, подождём, когда он сам притаранится к тебе? — Чё? Типа, как проститутка, стоять и ждать хренделя? — Ну типа. — Гук шустро увернулся от очередного подзатыльника.

***

— Чимин, ты как? — Из приоткрытой двери выглядывает макушка Тэхёна. — Нормально, — с полной серьезностью и неизбежной тусклостью в голосе ответил Чимин. — Настроение пропало? — Нет. — Тогда пойдём. — Куда? Тэхён наклонил голову набок, делая наигранно серьёзную моську, словно дожидаясь, пока до Пака дойдёт. — А-а, точно. — Чимин стукнул себя по лбу и подскочил к брату. — Ты в этом пойдёшь? — уточнил он, указав на его одежду. — Нет конечно, я сейчас переоденусь. — Ким мигом развернулся и сиганул в свою комнату напротив, оставив Чимина стоять в ожидании. Спустя пару минут парень вернулся в белой рубашке с рукавами, закатанными до локтей, в джинсах с рваными коленями и красиво уложенными волнистыми волосами. — Я решил, что из нас двоих ты должен больше выделяться, поэтому оделся скромно. Пойдём? — Пойдём.

***

— Ну чё, потопали? Или ссыкуешь? — Я тебе щас дам «ссыкуешь»! Погнали. — Мину не нравилось, когда его кличут трусом и почему он уж больно часто соглашался на что-то неосознанно, получая по итогу немало разного рода последствий. Плюнув куда-то в сторону, Юнги двинул вперёд и обогнал идущего вальяжной походкой Гука. Чимин с Тэхёном вышли из дома на улицу, где царила прекрасная летняя погода. На лице чувствовался приятный прохладный ветерок. Сам день был тёплым, знойным, а лёгкий ветерок только добавлял царившей атмосфере благодати и комфорта. — Их не видно… — Пак расстроено осматривал улицу, где зачастую гопники кантовались. За ним и Ким принялся оглядываться по сторонам. — Да сейчас придут, — успокаивал начинающего нервничать брата Тэхён, попутно разминая худые плечи. Как по щелчку, из-за угла появились те самые бродяги. Они крутились вокруг оси, озираясь, и также искали кого-то глазами, изредка спотыкаясь о собственные ноги. — Вон они! — произнёс Тэхён, чуть ли не крича, и кивнул головой в их направлении. — О, Боже, я боюсь… — взволнованный Чимин чуть ли не прятался за спину брата, сжимая до боли его плечи. Юнги с Чонгуком шли спокойно, но оглядывались — судорожно, пока Чонгук наконец не заметил двух братьев через дорогу и не качнул головой в ответ, указывая Мину туда же. Тот остановился и начал смотреть на двух парней с прищуром, кусая нижнюю губу и сдирая кожицу. Тэхён довольно улыбнулся и дёрнул плечом, скинув с себя руки Пака. — Знаешь, — начал Тэ, — я буду за углом! — Стой, нет! Не успел Чимин остановить брата, как уже остался один на улице. Без сбежавшей восвояси поддержки, у парня нервно затряслись коленки. Омега попятился и ненавязчиво прислонился к толстому дереву, незаметно поглядывая за разговаривающими гопниками, ужасно нервничая и чувствуя, как уши заливаются краской. Краем глаза он заметил, как парочка наконец о чём-то договорила, парень в серой шапочке ретировался за угол, а предмет его воздыхания, почесав затылок и чуть помявшись на месте, направился к Паку. Знал бы честной народ, как Чимин волновался: ладошки вспотели, а ноги еле держали. Надо ж так втюриться в человека, не слыша ни разу его голоса, и гадать, каким он будет, этот самый голос? Шепелявым и прокуренным? А, может, высоким и писклявым? Хотелось бы, конечно, первый вариант… А сам он, интересный или скучный? Тупой или умный… Он уже почти подошёл! О Господи, он уже здесь! Юнги робко прокашлялся в кулак и опёрся о дерево немного поодаль от омеги, запихав руки в карманы своих спортивок и наблюдая за алеющим Паком. Вперемешку с запахом улицы Чимину сразу же вдарил в нос аромат альфы. Внутри всё непривычно сжалось и завизжало, а голова медленно пошла кругом. Сам омега бросил нерешительный взгляд на Мина, который уже начал оглядывать двор, и вновь опустил его, жутко смущаясь. Они долго стояли в тишине, не решаясь начать разговор. Как вдруг Мин первым выдал: — Семки будешь? Чимин сглотнул от хриплого и низкого тембра, который и не представлял себе до этого. После, подняв на альфу растерянный взгляд, светя румянцем на щеках, кивнул и тихо произнёс: — Да… Гопник спешно полез в карман штанов и достал большую горстку семок, которыми почти ни с кем не делился, и протянул их парню. Тот лишь выставил слегка влажную ладошку в ответ. Юнги аккуратно высыпал семки (хотя некоторые всё равно попадали на землю), и Чимин попытался удержать второй ладошкой разрастающуюся кучку. — Спасибо… — Да без базара… Меня Юнги зовут. — Нелепо улыбнувшись, альфа протянул руку. — Чимин, — шустро ответил Пак и хотел было протянуть руку в ответ, но гопник одёрнул свою и, быстро протерев взмокшую ладошку о штанину, вернул обратно уже сухую. Омега нерасторопно сжал чужую ладонь, слегка вздрогнув от сильного натиска, но одарив скромной улыбкой. Однако минута неловкого молчания не заставила себя долго ждать. Пак осмотрел семечки в своих руках и слегка улыбнулся, твёрдо решив попробовать угощение на вкус, а то что они, наверное, немного грязные — ничего. Чимин приложил семечку к белоснежным зубам и, щёлкнув ею, съел. Приноровившись к семечкам, он смекнул, что Юнги всё это время неотрывно наблюдал за ним с приоткрытым ртом, изредко медленно моргая. Чимин взглянул на него в ответ, иногда грызя семечку дольше нужного. Их зрительный контакт не разрывался ещё очень долго, а сами они замерли, продолжая неуклонно друг на друга глазеть.