Рыжий зонт над головой

5.Крысы и крысята       Все столпились у плачущей Грейс, как сзади подошла Розали. — Всем привет, что за кипиш? — девушка лучезарно похлопала Антона по плечу. — Ууу, какая жалость. Его с нами больше нет. Яд слишком сильный. — Что? — А чего? Поздно уже. Как ему так и вам. — ЭПП, ОТОЙДИ ОТ НИХ! — раздался голос мужчины сзади и Розали послушно отступила. — Что вам от нас нужно? Эта дамочка? — «Чёрный зверь» показал на связанную Ямалу — Ее вы не получите она нам нужна.       Ава взяла Джойс за руку и они моментально исчезли. По голове говорящего ударил мощный разряд тока. То же самое произошло и с его телохранительницами, и они упали на колени в грязный мох. Ямала смогла высвободиться и подбежала к Антону, между ним и Паолой, чему последняя была не очень рада. Ямала отступила и увидела лежащего без движений тело.

***

      На лоб Грэка упала холодная капля. Беспорядочные шаги, шепот. Он опять в лесу, ходит меж толстых стволов, ногой вороша влажные грязные листья. Грэк видит своё мертвое тело, видит как над ним надрывается Грейс, видит как Джош схватывает и поднимает девушку, видит как в лесу мелькают фигуры людей, видит ошарашенных Аву, Геру, Антона, Паола и Джойс. Он хочет подойти к Грейс, взять ее за руку, успокоить, сказать, что он жив, что он в норме, что любит ее, что никому ее не отдаст. Но не может, Грэк не может сделать и шагу, не может повлиять на свою собственную вселенную. Парень крепко зажмурился и открыл глаза. Вокруг был полумрак, он лежал в своей комнате, на его лоб положили холодное и такое приятное полотенце. — Грейс — чуть слышно, казалось одними губами, произнес парень и переместил свою руку с простыни на одеяло. Он увидел светлую незнакомую девушку, которая мигом превратилась в обожаемую им особу.

***

      Грейс снова сидела у кровати раненого Грэка. Уже третий день он валялся с температурой, еле подавая признаки жизни. Паола часто приходила с Антоном, она хорошо разбиралась в медицине. Тем более, она сразу догадалась, что в стрелах был яд, один из самых тяжелых и быстродейственных. Паола давала ему какие-то микстурки и строго отказывала везти парня в больницу, обосновывая это тем, что там им не поверят и привлекут полицию. — Вообще это чудо, что он живой, столько ранений и большая доза яда, аконита. — Паола переливала очередную жидкость пипеткой в чашку Грэка. — Я в начале думала, что такой же яд и у меня…но нет. — Сколько он ещё в нем останется? — Грейс обеспокоено теребила пальцами кольцо. — Ну может неделю, тут все серьёзно, самое главное это перевязка и нейтрализаторы. Они помогут ему вывести яд. Грейс понимающе кивнула. Паола вышла, а Грейс снова вернулась к своим мыслям. — Грейс — еле слышный шепот обессиленного парня.       В голове у него бегали картинки, и парень не мог сконцентрироваться даже на своих движениях. Он почувствовал тёплую руку Грейс на своей и открыл глаза. Девушка смотрела на него и улыбалась, Грэк хотел ей ответить тем же, но к его горлу подступил очередной приступ рвоты.

***

      Розали положила руку на свалявшуюся от грязи шкуру Чёрного зверя. Худ специально придумал это имя, чтобы никто его не узнал. Никто кроме Розали. Хотя и какая она Розали? Эпп, она Эпп и всегда ей была. Все люди, что здесь собраны — это сломленные, непонятые. Например, Селеста и Труди — сестры, чьих родителей нещадно расстреляли ещё пять лет назад. Худ приобнял Эпп и тихонько подтолкнул к дороге в лагерь. С каждой миссией они играли разную роль, и их дом также менялся от дела к делу. По дороге Худ снял чёрную шкуру и голосовой преобразователь. Теперь он говорил более тихим, немного высоким голосом, чем его герой. В лагере их ждали ещё ребят десять, тёплая кровать и горячий ужин. Эпп разламывала оленину, сидя у костра, как к ней подсел Худ. — Зачем тебе та девушка? — Азиатка? — уточнил Худ. — Та самая. Она явно занервничала, хотя вы ей даже ничего не сделали. — Правильно сделала, у нас с ней давно есть некие так сказать …взаимоотношения — наконец вымолвил парень. — И давно? — 3 года. — А почему я об этом только сейчас узнала? — Эпп смотрела куда-то далеко. — А ты меня разве об этом спрашивала? — Я тебя обо всем всегда спрашиваю, даже когда не надо, просто из вежливости. Запомни это — Эпп резко встала и на каблуках своих сапог повернулась к своей палатке.

***

      Ямала, будучи ещё в шоке от произошедшего, поднялась к себе. Дрожащими руками она достала последнюю в пачке сигарету и зажгла. Выдохнув клуб дыма, девочка откинулась назад. «Надо бы к Весусу сходить, ещё за пачкой» — подумала она и прикрыла глаза. — Опять, опять, опять — повторяла девушка — Опять я не тому доверилась. — Как я не догадалась, что она от засранца Худа — из глаз Ямалы потекла предательская слеза. — К тебе можно? — послышался стук в дверь и хриплый голос Геры. — Заходи. — Ямала рывком вытерла слезу, потушила бычок о железный каркас кровати и снова села. — Не очень хочу тебя донимать, но там есть небольшая проблемка.

***

      Селеста Бойд сидела у своего спальника рядом со старшей сестрой Труди. Селеста согнула ноги и провела рулей по шее, она сама отказалась сидеть у костра, а теперь сидит и зябнет, можно сказать, что одна. Труди раньше была такой разговорчивой и оптимистичной, что у окружающих всплывала улыбка только от одного упоминания девушки. Труди любила всех и все, что её окружало. Но со смертью родителей, она переменилась. Раньше, будучи поддержкой Селесте, теперь даже не замечала её. Труди чаще всего молчала или говорила только по делу. Селеста потянулась за термосом с чаем, но зацепилась рукой за свой зубчатый амулетик. Этот амулетик в виде странного человечка с открытом ртом, ей и Труди дали родители. Труди ударила себя по голове и бегом вышла из палатки. — Наверно пошла к Ирме или Пали, а может и ещё к кому-то. — подумала Селеста. — Дай бог к утру придёт. Селеста распустила свои чёрные кудрявые волосы, раскрыла спальник и наконец закрыла глаза. Спустя двое суток беспрерывных поисков этой девчонки и околачивание около Худа, она наконец могла заснуть. Завтра она и часть других шмелей поедет в город на свой концерт, и такой плотный график Селесте не подходил, но что поделать. Но спать спокойно ей не удалось. Посреди ночи Селесту разбудил ее друг — Эйш. Возможно он не хотел, Эйш просто сел рядом и положил руку на волосы сопящей девушки, но и этого хватило. Селеста вскочила и начала осматриваться, нервно дыша. — Э, тихо, тихо, ты чего? — Зачем, зачем ты пришёл? — Селеста протерла лицо замерзшей рукой. — Я это, ну в общем просто посидеть, поиграть может, мне одному неловко и одиноко. — Эйш опустил взгляд. — Спи.

***

      Пали Милтон с ужина ушёл в свою палатку. Дождь, который шёл весь день ухудшил его состояние. Его астме ингалятор уже не помогал, парень буквально задыхался от кашля. Было поздно, и Пали не хотел сильно кашлять, чтобы никого вокруг не разбудить, но ничего не мог с собой поделать. Его глаза сильно слезились, что делало его вид более болезненным. Пали вышел из своей палатки и направился к угасающем костру, от которого совсем недавно ушли Худ и Эпп. Пали подбросил пару еловых лап в огонь и посильнее закутался в шарф. Огонь вспыхнул, и языки пламени заиграли в веселом хороводе огоньков. — Пали! — парень обернулся и увидел, как из своей палатки выбежала Труди с кульком в руках. — Ты почему на улице? Тебе же и так плохо! Тебе же ещё завтра играть! — В палатке ещё хуже, здесь хоть светлее и не так промозгло, благодаря огню. — Пали немного подвинулся на бревне, которое он использовал в качестве скамьи, жестом приглашая Труди присесть. Девушка по привычке приподняла бровь и присела, протягивая Пали свой кулёк.

***

      Элвин Дебни и Марвин Скотт спали в одной палатке, запустив руки под кофты друг друга. Элвин вроде спал, а Марвин нет. Его мучила дикое желание, желание, которое он никак не мог сейчас исполнить. Как назло он не взял с собой ни грамма героина, и теперь лежал и мучался. Элвин ничего не знал о зависимости своего парня, хотя возможно догадывался. Догадывался из-за податливости, успокоения и даже в некотором роде подчинения, которые приобретает Марвин при эйфории. Марвин наплёл Элвину что-то про сахарный диабет, что ему надо часто брать кровь или вводить препараты, чтобы у того не возникало лишних вопросов.       Марвин, в попытке отвлечься, прошёлся рукой по торсу Элвина, а потом подул, что не слишком длинные рыжие пряди немного разметались. Марвин вспомнил их первую встречу. К тому времени он был в группировке шмеля уже около полугода, когда Элвин только пришёл. У Марвина была свободная кровать, поэтому Элвина на время перевели к нему. Марвин помнил, будто это было вчера, как он попивал свое любимое белое полусухое, закинув ноги на бортик кровати, как в комнату зашёл Элвин со старой дырявой сумкой на плече. Марвин не горел желанием начинать разговор, но необъяснимое влечение к новенькому решила все за него. В тот же вечер парни поцеловались. Прошло 7 месяцев с тех пор, юноши до сих пор разделяли между собой пылкие и страстные чувства, но тем не менее ещё ни разу не признавались в чувствах, даже в самых экстремальных ситуациях.

***

 — Тебе Гера передала? Ему не лучше? —       Паола показала Ямале свои записи на счёт отравления Грэка.  — Да, но мне кажется нам с тобой лучше — Ямала мельком заглянула за угол — обсудить это не здесь. Не хочу огорчать кое-кого.  — Грейс все поймёт и…  — Лучше не рисковать. В «Игуане» как раз завтра днём концерт каких-то фриков, а на сегодня на меня хватит.