Хозяин заколдованного замка

             Ладон испустил долгий проникновенный вздох и внезапно устало положил голову ему на грудь.       — У тебя точно получится, если ты будешь действовать такими темпами, — неохотно проворчал он, закрыв глаза.       — Думаешь? — задумчиво произнес Айлад над его головой. — Ты ко мне привыкнешь? И даже к моим прикосновениям? — в голосе его послышались смешливые нотки.       — Если не будешь трогать меня, тогда не привыкну, — проворчал Ладон и, ловко извернувшись, отстранился от его объятий. Встав с кресла, он отошел к окну.       — Я не смогу сделать тебе больно, даже если очень захочу. Тебе не стоит опасаться… — тихо произнес Айлад.       — Люди могут быть жестоки, сами того не осознавая, — тоже тихо отозвался Ладон.       — Разве я жесток с тобой? — юноша повернулся к нему всем корпусом, внимательно глядя ему в спину.       — Ты мучаешь меня, — вздохнул Ладон.       — Чем? — удивился он.       — Своим присутствием. Своими попытками сблизиться. Своими речами. Да всем! — последние слова Ладон почти прорычал. — Я не могу тебе довериться.       — А ты попробуй… — Айлад неслышно соскользнул с подлокотника и, приблизившись к хозяину замка, обнял его за талию. — Разве я хоть чем-то позволил тебе усомниться во мне? Я тебя не испугался. Я не пытался сбежать. Я по собственной воле пришел к тебе служить. У тебя нет повода…       — Перестань! — рявкнул Ладон. — Если ты не испугался моего вида, это еще не значит, что ты можешь полюбить такого монстра, как я! — выпалил он и тут же растерянно замолчал, осознав, что только что сказал.       В следующую секунду он стряхнул с себя руки юноши и исчез.       — Ну давай, беги! — разъяренно воскликнул Айлад. — Ты все время сбегаешь от меня, трус! И хоть бы раз мужественно столкнулся лицом к лицу с правдой!       В ответ тишина.       — С правдой, что тебя можно полюбить! — продолжал распаляться Айлад. — Ты зациклился на своей внешности, совсем не понимаешь, какая прекрасная у тебя душа! Перестань притворяться! Ты вовсе не злой, не жестокий, не такой, каким хочешь показаться, как бы ни старался!       — Ты ничего обо мне не знаешь! — разъяренно прорычал Ладон прямо у него над ухом, и юноша ощутил на себе его горячее дыхание, а затем легкое колебание ветра, словно Ладон метался по комнате, как волк, запертый в клетке.       — А ты ничего не даешь мне о себе узнать! Постоянно исчезаешь, стоит мне задать серьезный вопрос! — разозленно выпалил Айлад, вертя головой во все стороны в попытке уловить перемещения Ладона. — Чего ты боишься?!       В следующее мгновение он увидел, как Ладон проявляется в своем кресле. Одна его лапа лежала на подлокотнике, а второй он устало подпирал голову. Янтарные глаза были закрыты, и дышал он хрипло, урывками.       Айлад приблизился к нему и сел перед ним на корточки.       — Это условие… Оно вовсе не такое невыполнимое, как тебе кажется. Ты сам делаешь способ, с помощью которого смог бы превратиться обратно в человека, недостижимым. Ты не подпускаешь к себе никого.       — Возможно, потому, что у меня есть на то весомые причины? — ядовито отозвался Ладон, открыв горящие янтарные глаза и пристально посмотрев на него.       — Возможно, — спокойно произнес Айлад. — Но я никогда не сделаю тебе больно. У меня этих причин нет! Просто рискни… Поверь мне… Один раз.       Ладон вздохнул и прикрыл глаза лапой.       — Если меня полюбит человек… Смертный человек, то я снова стану тем, кем был, — чуть слышно проговорил он. — Но я… боюсь пустить в свое сердце ложную надежду. Иначе разочарование будет слишком велико. Оно убьет меня… А ты подаешь мне эту надежду! — устало закончил он, и его лапа бессильно соскользнула на подлокотник.       Айлад улыбнулся и взял его лапу в свою руку. Его пальцы скользнули по его когтистым пальцам и переплелись с ними. Тяжелые белые веки поднялись, обнажив взгляд горящих янтарных глаз. Ладон долго смотрел на их переплетенные, словно кружево снежинок, танцующих за окном, пальцы из-под полуприкрытых тяжелых век, и тоже слегка улыбнулся. Его улыбка, конечно, больше походила на волчий оскал, но это не портило общего впечатления.       — Видишь? — тихо прошептал Айлад. — Это не так уж и сложно… Ведь выглядит гармонично?       Действительно, бледная хрупкая рука юноши на фоне белоснежной шерсти с когтистыми пальцами выглядела очень красиво.       — Гармонично… — прошептал Ладон, но тут же отвернулся и поднялся с кресла, отняв свою лапу. С тихим вздохом он направился к двери. — Пойдем. Я покажу тебе кое-что.       Айлад, удивленный, последовал за ним.       Они шли по длинным извилистым коридорам замка, которые петляли и заворачивались странным образом. Если бы Айлад захотел вернуться обратно, он бы не смог этого сделать. Он понял только, что они идут по восточному крылу замка в самую его глубь. Вскоре они остановились наконец перед массивной дверью из красного дерева. Перед хозяином замка она отворилась сама собой, хотя с виду казалась такой неприступной…       Внутри было мрачно и темно. Слышался писк летучих мышей и шелест их перепончатых крыльев. Повсюду можно было наткнуться на паутину. Айладу сделалось жутко, и он невольно прижался к боку Ладона. В темноте он услышал его тихое фырканье.       — Только не говори, что ты боишься темноты. Ни за что не поверю после того, как ты видел меня, — насмешливо произнес он. В темноте его янтарные глаза светились, как у волка, словно огоньки свечей.       — Боюсь, — тихо вздохнул Айлад, никак не отреагировав на насмешку, и прижался к нему теснее. — С детства боюсь. В темноте прячутся всякие чудовища.       — Никого тут нет, кроме меня, — проворчал Ладон, но отстраняться от юноши не стал.       — Ты теплый, — прошептал Айлад в темноте.       Он ничего не ответил, лишь двинулся дальше, в самую глубь огромной комнаты.       Сняв со стены чадящий факел, который вдруг сам вспыхнул в его лапах, Ладон откинул в сторону бархатную портьеру, всю поеденную молью, и осветил огромный портрет вековой давности. На нем был умело изображен красивый мужчина. Даже не мужчина еще… Но уже и не юноша. Высокий, широкоплечий и статный, с волнистыми черными волосами, спадающими до самых плеч, с ясным взглядом золотисто-карих, почти янтарных глаз, легкой, чарующей улыбкой на соблазнительных губах и золотой сережкой, поблескивающей в ухе. На груди его висел кроваво-красный рубин, в руках он держал красивый обоюдоострый меч. Ноги его были обуты в высокие кожаные сапоги до колен, синий сюртук с золотыми застежками идеально облегал его статную фигуру, мускулистые ноги выделялись в белых бриджах для верховой езды, а алый плащ подчеркивал ширину плеч.       Ладон отвернулся, словно был не в силах смотреть на портрет, и чуть отошел назад. Айлад смотрел как зачарованный на мужчину, изображенного на портрете, и никак не мог оторваться. Он был поистине прекрасен…       — Это ведь ты? Таким был ты до того, как та колдунья наложила на тебя заклятье Оборотня? — прошептал он.       — Да, — ответил Ладон с горечью. — Таким был я… И таким я уже никогда не стану.       Айлад обернулся к нему и пристально посмотрел в янтарные глаза.       — Неправда, — твердо произнес он.       Затем вдруг стремительно подошел к нему и обвил узкий мускулистый торс руками. Голова юноши доставала ему только до груди. Он запрокинул голову и внимательно посмотрел Ладону в глаза.       — В душе ты остался таким же прекрасным, как и на этом портрете, — горячо прошептал он. — Разве можно не полюбить такого, как ты? Ты ведь самый чудесный человек, которого я когда-либо встречал.       Ладон в ответ только глаза закрыл.       — Не трави душу, Айлад. Я знаю, что как бы хорош и добр я ни был в душе, я никогда не стану прежним.       Айлад нетерпеливо схватил его за загривок и притянул его большую мохнатую голову к себе. Прислонившись лбом к его лбу, он тихо проговорил:       — Ничего ты не понимаешь, совсем одичал, чертов оборотень! — И внезапно поцеловал нос. — Ты просто не знаешь, какой ты хороший!       Ладон недоверчиво воззрился на него.       — Ну да. Как плюшевый медведь, еще скажи, — хмыкнул он.       — Прекрати насмешничать, — спокойно сказал Айлад. — Лучше обними меня. Видишь, ты уже и к прикосновениям моим привык.       Ладон только вздохнул и снова прикрыл свои янтарные глаза тяжелыми белыми веками, но все же послушно и бережно обхватил юношу за талию своими огромными мохнатыми лапами.       — Ты не можешь быть серьезным, — прошептал он.       — Почему нет? — Руки Айлада обвились вокруг массивной шеи, покрытой толстым слоем густого белого меха, и он зарылся лицом в его грудь.       — Потому что я…       — Потому что ты страшный монстр и злобное чудовище, которое питается маленькими мальчиками, да-да-да, — пробубнил он, не дав ему закончить.       — Про маленьких мальчиков ты придумал, — ухмыльнулся Ладон, подхватывая его на руки и вставляя факел обратно в скобу.       — Я был бы не против, если бы ты захотел меня съесть, — рассмеялся Айлад. Смех его прозвучал приглушенно, потому что он зарылся в густую шерсть на его груди.       — Не говори глупостей, — нахмурился Ладон, неся его обратно в светлую гостиную.       — Ну не в буквальном смысле же, — пробормотал юноша, по-прежнему не отнимая головы от его груди.       Ладон остановился как вкопанный.       — Ты безрассуден еще более, чем я думал, — произнес он тихо.       — Нет, — усмехнулся Айлад. — Я просто хочу, чтобы ты доверял мне настолько, насколько это возможно.       — Ты заходишь дальше, чем нужно, — прорычал Ладон и отпустил его на диван не слишком бережно.       Айлад плюхнулся на мягкие подушки и невозмутимо посмотрел на него.       — Я так не считаю, — медленно растягивая слова, произнес он, раскидываясь на диване в соблазнительной позе.