Особое задание: влюбиться

День на базе начинается с тренировки. Да-да, тренировки, каждый день так, хоть Уманова и отвыкла. Однако приятные нагрузки напрягают мышцы, разливая по телу тепло, а потом и хорошее настроение. Однако его очень профессионально портит фраза Тарасова «Уманова, иди отдыхай, кому сказал!» и его чуть ли не пинок с тренировочной площадки. Ну не идти же на базу, правильно? Зачем идти на базу, если можно спокойно пробежаться у базы? Хотя… Приказ нарушать нельзя, учитывая то, что вчера Ионов облил девушку холодной водой в душе за то, что отказывалась уходить с тренировки. Правда потом он ее ещё грел… но это уже другая история! Дойдя до входа, Олеся вспоминает не очень хорошие ощущения от сидения в пустой комнате Нерп, поэтому она резко разворачивается и возвращается к Бизону, садясь рядом на ещё зеленую, колючую траву. Солнце несильно обжигало, точнее, скорее, делало только вид, или ему усиленно мешал ветер, в общем, светило, но не очень сильно грело. Пока Бизон всячески «издевался» над Нерпами, Олеся сорвала последний одуванчик и зацепила его за кармашек камуфляжа. — Уманова, ты не замерзла? — произвел откуда-то сверху снисходительно-добрый, но с усмешкой голос Тарасова. — Не-а, — по-детски ответила она и поймала на себе взгляд Ионова. Тот лишь улыбнулся. — Ума, а сходи-ка, чайник поставь, а то к нам сейчас Батя приедет, а мы его даже чаем не угостим, — Олеся кивнула и встала с травы. — А мы пока ещё по подходу сделаем. Да, база военная, но, как говорит Бизон, война войной, а обед по расписанию! Так и с чаем. От того, что работа проходит на базе и работники — военные люди, человечность у них не пропала, да и ощущение семьи в компании сослуживцев тоже. Каждый раз, когда приезжает Батя, Багира или Пригов, уже даже стало традицией наливать им чай, а оправдываться словами «это не то, что ваше автоматное невкусное кофе!». Словами Бизона, кстати. Олеся глянула на часы. Пять минут до конца тренировки. Девушка заходит в здание базы, ставшее уже давно родным и, следуя по коридорам, проходит в комнату Нерп. Девушка набирает воду в чайник, включает его, расставляет кружки и раскладывает заварку. Пока электрический чайник нагревается, девушка выходит из комнаты в коридор, но тут же жалеет. — Девушка! — протягивает уже, к сожалению, знакомый голос, а Олеся мечтает испариться. — Вот мы и встретились, как я говорил. — Что тебе надо? — грубо проговаривает Ума, пока тот подходит всё ближе и ближе. — Как что? Познакомиться! — Я уже говорила, что не знакомлюсь, — чуть ли не сквозь зубы проговаривает девушка, наблюдая за движениями парня. Тот, нарушив уже всё личное пространство, подходит слишком близко. — Ну это дело поправимое, — резким движением, парень прижимает Олесю к жёсткой бетонной стене и удерживает рукой за горло. — Отпусти, мразь, — проговаривает Ума, пытаясь пнуть Павла коленкой, только вот он ограничивает какие-либо движения ногами. Если раньше девушке нравилось, что коридоры базы всегда пустовали, то теперь она это ненавидит. Ровно так же, как и невозможность в данный момент ничего предпринять. — Ну же, скажи мне своё имя и всё, — противным приторно-сладким голосом проговаривает Павел прямо в лицо девушке, пока его руки уже во всю блуждают по ее телу и расстегивают кофту камуфляжа. По щеке Олеси стекает слеза. — Лиза? Нет, может быть Мария? Или Анна? Ума пытается дернуться хоть немного, хоть как-нибудь, чтобы врезать этой наглой морде, но он настолько сильно прижимает ее к стене, что ничего не получается. Олеся закрывает глаза и пропускает ещё слезу. Да, это сейчас не выход, но нервы отчаянно сдают и другой реакции организм не выдает. Остаётся надежда, что в коридоре кто-то появится. Сейчас девушка уже не слышит, как Павел перебирает имена, пытаюсь подобрать именно ее. Сейчас она лишь слышит, как на пол падает кофта, которую он стянул. Резко Ума перестает ощущать на своей коже его руки, перестает ощущать, как он держит ее за горло и прижимает ноги к стене. Девушка открывает глаза. Над Павлом навис Ионов и бьёт того в лицо. Снова и снова. Кажется, она его ещё таким злым не видела. — Вася, остановись! — она как в бреду повторяет это, пытаясь остановить парня, но это особо не помогает. Сколько он ему ударов нанес? Два? Три? Четыре? Оттаскивают Кота только Опер с Тигром, и то с большим усилием, пока Дана проверяет состояние потерпевшего. — Живой, нос сломан и губа разбита. Две, — делает вердикт Вика, отдавая парня прибежавшему врачу. — Что произошло? — повышает голос Бизон. — Ионов, ты вообще с катушек съехал?! — Но Васю всё ещё удерживают парни, пока тот косится на Павла. — Он приставал ко мне, — встаёт перед Бизоном Ума, стирая следы слез. — Подними голову, — уже тише говорит Тарасов. Олеся выполняет сказанное, совершенно не заботясь о недавних следах ночей, они уже более-менее прошли. — Черт, надо холодное приложить, я сейчас, — Вика тут же куда-то убегает. Кот освобождается от хватки Опера и Тигра, притягивает Уму к себе, обнимая. Его сердце бьётся очень часто, он так же часто дышит. — Прости, — шепчет она, а он в ответ тихое «Тшшш…». Бизон подходит к до сих пор сидящему Павлу и что-то ему кричит, но Олеся не обращает внимания. Тут же прибегает Дана со льдом, прикладывает холодный пакет у горящей коже. Ума видела, как вышел командир Павла — Согласов, как Тарасов что-то ему говорил, видела, как приехал Батя в самое пекло, видела, как Дана разливала чай, видела, как пришел злой Бизон. Олесе казалось, что тут все перепугались больше нее, хотя она сама ещё не могла выйти из шока. В зеркале девушка увидела красный отпечаток руки Павла на своей шее, потом она оттирала и обрабатывала разбитые костяшки кулаков Васи, который тоже молчал. Чтобы хоть как-то прийти в себя, Олеся умылась холодной водой. Осознание пришло не сразу, но всё-таки пришло. Сначало было страшно за себя, потом за Ионова, что ему теперь будет? Ещё Булатов приехал, вообще вовремя. Ушла чайник поставить, называется. Вернулась девушка в комнату Нерп минут через десять, но кроме Бати и Бизона там уже никого не было. — Ты как? — спросил Тарасов, а Олеся бессловно показала ему знак «хорошо». Но было ли хорошо? Позже зашёл Вася, видимо тоже приводил себя в порядок, по крайней мере выглядел он спокойнее. Немного. Бизон вышел из комнаты, где остались только Батя, Кот и Ума. Последние молчали. — Олеся, точно всё нормально? — поинтересовался Булатов. — Что теперь будет Коту? — вместо ответа ответила она. — Ничего не будет, Бизон договорился с начальником того подразделения. Этого лейтенанта ждет наказание, — Олеся облегчённо выдохнула. — А вообще я приехал сюда с вами поговорить, но представлял это себе по-другому, — Батя отпил чай из кружки, а Кот пододвинулся ближе. — Только давайте договоримся сразу, сейчас мы с вами поговорим, не как начальник и подчинённые, а как друзья или коллеги, в общем, называйте как хотите. — Бать, пугаешь, — ответил Кот, посмотрев на Уму. Булатов замолчал, вроде как что-то раздумывая или выясняя, как поступить. — В общем так, — он замолчал и обвёл глазами ребят. — Вы встречаетесь? Вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Олеся мысленно убеждала себя в том, что это галлюцинации, а Вася нахмурился. — Что? — спросил он, мельком глянув на девушку. — Что, что? Лучше бы сюда приехала Багира, — Олеся никогда не видела Булатова таким растерянным. Это было не в его характере, не в его правилах. — Отправляя вас на задние в Питер, мы с Приговым прекрасно понимали, чем это может закончится… — Чем? — перебил Кот. — Романом, — ответил Батя. — Ну и раз мы это понимали… в общем, вы встречаетесь? Только врать не надо, от глаз Багиры такое сложно утаить. Олеся посмотрела на Васю. Тот кивнул. — Я готов писать рапорт на перевод, — тут же добавил он, а Олеся сильно сжала его ладонь. Булатов усмехнулся. — Подожди ты с рапортом. В общем, грубо говоря, начальство знает о вашем романе, поэтому скрывать это от нас смысла нет, а вот от остальных — постарайтесь. Служебные отношения это лишний повод для расформирования группы, — Батя допивает чай и движется по направлению к двери. Ума сидит и вообще ничего не понимает. Что произошло? Как они узнали? — Бать, — раздумья прерывает Кот. — А рапорт-то писать? — Кот, угомонись ты со своим рапортом! — отвечает Бизон, а Булатов улыбается