Надежда умирает последней

С того дня прошло уже более двух месяцев. За это время, Намджун виделся с Хери всего лишь раз. Она по уши в учёбе, а он занимается делами своего отца, потому что тот пару дней назад слёг из-за небольшой простуды. Организм старшего Кима был слабым для человека, имеющего отличную физическую подготовку, что очень странно. Но отец никогда не говорил с Джуном на эту тему. Да и тому не особо хотелось знать. Мысли о побеге отошли на второй план – ну не до этого им всем. Хосок с Чонгуком тоже не остались в стороне. За это время они получили все необходимые знания о работе, и теперь отправляются на задания. Сейчас, кстати говоря, они втроём собрались на одно из них. Цель – получить в партнёры известного американского бизнесмена. Проводить переговоры, как самому умному и красноречивому, поручили Намджуну. — Алло. Да? – сидя в машине, ответил на звонок Ким. — Нет, я уже почти на месте. Что? Нет! Не начинайте переговоры, пока я не приехал. Да, я же сказал. Если мы его упустим, отец меня прибьёт. Блин, Чонгук, прекращай ржать. Мы же серьёзные люди. Ой, да заткнись. Трое парней, за время проведённое вместе, очень сдружились. У них есть много общих тем. Сначала Намджун настороженно наблюдал за Чонгуком, будто бы пытаясь его разгадать как самый сложный ребус, который Ким мог расщёлкать за мгновение ока. Но потом понял, что ему можно доверять, и они с Хосоком рассказали ему свою тайну. На удивление, тот их сразу понял и поддержал, сказав только: «Я так и знал, что с вами двумя что-то не так. Вы совершенно не вписываетесь в это общество, как и мы с сестрёнкой. И это, к нашему величайшему сожалению, очень заметно». С того самого момента, Намджун и понял, что ещё не всё потеряно и что они ещё поборются за свою свободу. — Чон, я подъехал. Сообщи об этом нашему потенциальному бизнес партнёру, — именно в такие моменты он становился похожим на своего отца, и это ему не нравилось. «Я не хочу быть таким же…» — Будет сделано, босс, — хохотнул в трубку Хосок. — Да что б тебя, Хосок, мы тут не в игрушки играем, — голос, от которого, волосы от страха дыбом встают. — Кхм, понял. Извиняюсь, босс, — сразу стал серьёзнее Чон. Сейчас его друг исполняет обязанности главы мафии и кому, как не его правой руке, а именно Хоупу, в точности исполнять его приказы. — Он ждёт тебя в кабинете. — Отлично, уже поднимаюсь. Чонгук рядом? – спросил он, на что получил утвердительный ответ. Ким Намджун только что вошёл в свой временный кабинет. Как-никак он не только временный, именно временный, глава мафии, но ещё и директор крупной компании, занимающейся производством и продажей оружия легально (и нелегально). Там его ждал тот самый крупный бизнесмен. — Здравствуйте, — сказал Ким на английском языке, всё-таки не зря учил его так старательно и усердно. — Я Ким Намджун, директор этой компании. Очень рад вас видеть. — Добрый день. Ну, думаю, представляться мне не нужно. Я вот очень удивлён, что такой огромной компанией управляет такой молодой мужчина. Вы очень молодо выглядите. Я прав? – льстит. Намджун видит людей насквозь. Ещё и улыбается. Гость протянул руку для приветствия. — Да, Вы правы. Я очень молод. Видите ли, мой отец сейчас не в состоянии присутствовать на столь важной для него встрече, поэтому я временно заменяю его, — в такой же манере ответил Джун и пожал руку. — Что ж, давайте приступим к делу. Всё это время, Хосок и Чонгук стояли рядом и наблюдали за действиями их друга. Они много чего на свете видели, но чтобы Ким Намджун так ловко изворачивался от неудобных вопросов и красноречиво вёл беседу, они видят впервые. Им тоже пришлось немного поучаствовать, но эта роль была незначительна. *** Трое молодых людей сидят в свободной, хорошо обставленной квартире одного из них, и празднуют удачно прошедшие переговоры. — Это было невероятно, Джун, — эмоционально сказал Хосок, — ты так ловко его уделал, когда он начал выставлять свои условия. — Да, я думал, что сейчас всё полетит к чёрту, и мы его упустим, — поддержал его Чонгук. — Ой, да прекратите. Это оказалось не так просто, как я думал. Ещё бы немного, и мы бы точно проиграли. — Тебе…понравилось? – увидев искорки в глазах лучшего друга, спросил Хосок, но сразу пожалел об этом. — Честно говоря...да, — ответил Джун, и данный ответ удивил всех троих. — Если бы мои обязанности состояли только в этом… И никакой там мафии бы не было… Я бы с радостью поддержал отца во всех его делах, и сам бы с удовольствием ими занимался. Немного поник, когда вспомнил об этом. — А знаете, сегодня я почувствовал себя таким значимым в этом мире, будто реально совершил какой-то подвиг, — улыбнулся Ким. — Эй, ты чего? Никто не сможет так, как ты это делаешь, Намджун. И да, ты нужен этому миру, — улыбнувшись, сказал Чонгук, и похлопал того по плечу, — нужен нам с Хосоком. И нужен Хери. — Вот кто-кто, а она без тебя точно не сможет, — рассмеялся Хосок и сразу получил удар под дых от Намджуна. — Ай, больно же. Ты силу-то рассчитывай. Не грушу бьёшь. — Я бы с этим поспорил, — иронично произнёс Чонгук. — Заткнись, мелкий! – крикнул на него Чон и, повалив его на диван, начал щекотать. Чонгук начал истерически смеяться – он терпеть не может щекотку, и об этой его слабости знают только Хери, Хосок, ну и теперь Намджун. К их шутливым боям присоединился и Ким. Это веселье продолжалось от силы минут десять, пока Чонгуку кто-то не позвонил. — О, вспомнишь солнышко, вот и лучики, — сказал Чон, увидев, кто ему звонит, поставил на громкую связь и ответил. — Приветик, солнышко. — Эй, я же просила меня так не называть! – прикрикнула Хери. — Привет, Чонгуки. Ты где? — Я в своей квартире, а что? — Просто ты обычно дома торчишь в это время. А что ты там забыл? Опять кого-то привёл? Чонгук, я же просила воздержаться от этого. — Эй, ну я же не виноват, что ты пришла тогда именно в этот момент. Предупреждать надо, — сказал он и посмотрел на Намджуна, который ни с того ни с сего начал смущаться. — Фу, не напоминай. Ну так что? Что ты там делаешь? — Отмечаю удачную сделку, — ответил и услышал молчание в ответ. — Хери? — Сделку? А, точно. Стой, подожди. Намджун тоже с тобой? — с детской наивностью произнесла девушка. — Да, Намджун, — специально выделив имя, сказал Чонгук и посмотрел на Кима, который ещё чуть-чуть и точно превратится в помидорку, а потом на Хосока, которого скоро разорвёт от беззвучного смеха, — тоже здесь. Приедешь? Давно же с ним не виделась. — Выезжаю, ждите, — бросила трубку. Три…два…один… И Хосок начинает смеяться в голос, да так громко, что Джун чуть не оглох, так как сидел рядом. Младший тоже рассмеялся. — Вот, скоро твоя ненаглядная приедет, — сказал Чон Хосок. — Соскучилась. Все мозги мне уже проела, — добавил Гук. «Отлично, я тоже скучал…», — подумал Намджун. С каких это пор парни начали подшучивать над Кимом и младшей Чон, спросите вы?! А с тех самых, когда Хери нашептала Джуну на ушко, что он ей симпатичен, и тот сильно покраснел, а парни услышали это и рассмеялись от такой милоты. Намджун уже сам признал, что разделяет её чувства. Но до любви ещё далеко. Или нет? В дверь бесцеремонно долбятся уже добрые десять минут, но никто не открывает. За ней очень громко играет музыка, которую включили парни, совершенно не задумываясь о последствиях. Они совсем забыли, что к ним сейчас должна приехать девушка, которая очень страшна в гневе. Её последние ниточки самообладания и спокойствия, на исходе, но упорное игнорирование трёх взрослых, но не совсем, парней совершенно не напрягает. Она прекрасно знает своего брата и его привычки – он без зазрения совести благополучно может забыть о том, что было хотя бы полчаса назад, просто потому, что не считал это важным. Хери уже начала подбирать в голове способы убийства, тихо и без свидетелей, «трёх тупорылых баранов», как дверь внезапно открылась, и показался мило улыбающийся Ким Намджун. — Привет, невестушка, — пьяным голосом произнёс он и полез обниматься, — проходи или я сам тебя затащу. Да вот только девушке эта идея показалась не очень заманчивой, и она, оттолкнув от себя Джуна, вошла в квартиру. И перед ней оказалась следующая картина: Чонгук, стоя на столе, пытается спародировать лунную походку Майкла Джексона, а Хосок подбадривает его не очень хорошими словами, хлопая в ладоши. Да, и в этом весь он. Хери бы посмеялась с этого, если бы была здесь с самого начала, да вот только она пришла в самый разгар празднования. Она выключила музыку и грозно посмотрела на парней. Сначала под прицел попал один Чон, тот который показывал свои умения в танцах на столе. Потом второй Чон, который весело хлопал в ладошки подобно маленькому ребёнку, и только потом Ким, который сразу же съёжился от такого взгляда. Последнего, от необдуманных действий, могло остановить только одно – грозный взгляд женщины, которую он звал своей матерью. Да вот только она покинула его несколько лет назад, и больше он этого не видел. Но сейчас, в глазах его будущей жены, он видел нечто подобное – взгляд, который мог принадлежать только женщинам Чон. Тут это заметили и остальные двое, и сразу притихли. — Что здесь происходит? – выделяя каждое слово, сказала Хери. — Что непонятного в предложении «Дождитесь меня. И чтоб без глупостей»?! Так трудно не нарушать спокойствие своих соседей? А, Чон Чонгук? — Ты так похожа на мою маму, — тихо произнёс Намджун, когда неловкое молчание затянулось, — ты так похожа на неё… Его голос задрожал, а девушка лишь с сожалением взглянула на него. В её сердце что-то болезненно кольнуло, и она вспомнила, что её мать предупреждала не затрагивать его самую больную тему. Ей ведь тогда никто и не объяснил, что случилось с этой бедной женщиной, и почему это так ранило такого сильного человека, как Джун. Что же произошло? Раскроют ли ей карты? Что она может сделать, чтобы облегчить боль человека, которого она только-только начинает любить? В эту же секунду Хосок срывается с места и подбегает к своему другу, который начинает задыхаться и терять сознание. — Намджун, ты слышишь меня? Намджун! – тот начинает трясти его. — Не отключайся! Ты слышишь меня? Намджун, открой глаза! Ким наконец реагирует на слова и резко распахивает глаза. К нему подбегает Чонгук, и они вместе с Хосоком перекладывают его с пола на диван. — Намджун, всё хорошо. Дыши. Давай, ты сможешь, — нервно произнёс Чон и обратился к шокированной девушке. — Хери, подойди. Возьми его за руку. Это должно помочь. Чон беспрекословно выполнила все поручения своего двоюродного брата. Хосок буквально учил его заново дышать, помогая другу успокоиться. Прошло ровно пять минут. Ким Намджун успокоился и смог уснуть. Трое молодых людей молча сидели на кухне. Каждый думал о своём. Но Хери прерывает тишину: — Что случилось с его матерью? Расскажи нам, Хосок. Пожалуйста. — Намджун бы не хотел… — начал было Чон. — Послушай, будет лучше, если мы с Чонгуком будем знать, чтобы такого больше не повторилось. — Ладно. Вы знаете, что Джун достиг своего совершеннолетия уже без матери, — получив два утвердительных кивка, он продолжил, — её убили. Прямо на его глазах. Вот только он не знал, что на них покушаются не в первый раз. Она уже была при смерти раза четыре – два раза до рождения Джуна и два после. В этот раз, меры были настолько жестокими, что даже мистер Ким ничего не смог сделать. Он не смог снова её спасти. Когда Намджун узнал об этом, он впал в истерику и возненавидел отца. С тех самых пор, у него и появились эти панические атаки. Они появляются пару раз в год и чаще всего, когда он в состоянии алкогольного опьянения. Именно поэтому он практически не пьёт. — Ты… - робко спросила Хери, — ты не в первый раз такое видишь, да? — Да. Каждый раз, когда это с ним случалось, я был рядом. Поэтому я научился некоторым психологическим приёмам, чтобы облегчить очередной приступ и помочь ему. — А когда в последний раз с ним такое случалось? – спросил Чонгук. — Два года назад… Мы думали, что всё закончилось. — Когда он посмотрел на меня, он представил её… Это я виновата! – воскликнула Хери. — Нет, никто здесь не виноват. Если бы он не был пьян, этого бы не было. В адекватном состоянии, он может перенести все свои болезненные воспоминания, если они не слишком сильные. — Не бойся, сестрёнка, — сказал Чонгук и обнял девушку, — мы ведь сможем ему помочь? Хосок кивнул. «Мы сможем. Мы всё сможем…» *** Каждый сегодняшний день, был похож на предыдущий, а предыдущий на следующий. Намджун вставал, шёл на работу, возвращался обратно, ложился спать. Он бы соврал, если бы сказал, что ему этот образ жизни не нравился. Рядом с ним были его друзья, преданные подчинённые и девушка, что внесла яркие краски в его жизнь. Всю эту неделю он занимался делами, касаемыми только компании. Он чувствовал себя её полноценным хозяином. Но было одно большое жирное НО – дела хозяина компании заключались не только в ней самой. Вы же не забыли, да?! Намджун вот забыл. Будучи погруженным в бизнес, он и не заметил, как прикипел к нему. Уже планировал свою будущую жизнь – вот он признается в чувствах Хери, женится на ней, будет возглавлять огромную компанию, своих друзей поставит на какие-нибудь возглавляющие должности, заведёт кучу детишек и будет жить-поживать, как говорится, добра наживать. А что с отцом? А что там с ним? Ах да, он уже второй месяц лежит в больнице, и об этом стало известно прессе. Они достают его своими звонками и просят дать интервью о том, что будет дальше с компанией, кто будет возглавлять (хотя понятно же), чем болен отец. Но самое интересное, что Джун сам не знает что с ним. Секретарь его отца тщательно всё от него скрывает и подговаривает врачей делать то же самое. А ему разрешено лишь только посещать его время от времени. А тот ведь так радуется, наглядеться на своего сына не может – какой он красивый вырос – весь в свою любимую мать, умный тоже в неё, и характер тоже материнский, а вот лидерские качества у него от отца. Ему и компанию и дела мафии оставить не страшно, хотя видно, что последнее ему совсем не нужно. Да и зачем ему это?! Ким-старший и сам не знает. Просто решил, что это должен быть его старший сын и всё на этом. Да, у Намджуна есть младший брат, но ещё совсем мал для того, чтобы управлять таким огромным бизнесом. Его мать была неизвестна. Никто так и не понял, откуда этот мальчишка появился вообще. Много слухов ходит до сих пор. Может усыновил, может это была случайная связь и вот получился ребёнок… А может, вообще, попросил кого-то выносить для него ребёнка. Бред. Намджун всё знал и всё слышал. Он однажды сам лично спросил отца – правда ли то, что у него есть младший брат. И если да, то где он, как его зовут, сколько ему лет, почему он живёт не с нами и так далее по списку. Джун всегда мечтал познакомиться с Тэхёном, так звали его брата, который был младше него на десять лет. Но вся информация о нём была засекречена, как ни странно. И вот, когда Ким Намджун в очередной раз пришёл навестить отца, тот наконец рассказал ему. — Сынок, ты всегда знал, что у тебя есть брат, — лёжа на больничной кровати, хриплым от кашля голосом, сказал он, — я хочу, чтобы ты знал о нём всё. На тот случай, если я… Но не договорил свою мысль. Намджун лишь выжидающе посмотрел на него. — Ему одиннадцать лет, активный такой мальчишка, вечно мне улыбается, — посмеялся он, а Джун лишь грустно усмехнулся, — любит рисовать, танцевать, а ещё фотографировать. Представляешь, он даже стихи пишет. Его мама мне рассказывала, что за ним девчонки толпами бегают. Симпатичный, видимо. За тобой бы, наверное, тоже бегали, если бы я тебя из дома выпустил. И сразу помрачнел. Ким не знал, что ответить. Молчание длилось не дольше двух минут. — Но знаешь, он мне тебя в детстве напоминает. Тоже такой же улыбчивый и смышлёный. Сам скоро увидишь. — Ты познакомишь меня с ним? – с нотками радости в голосе произнёс Намджун. — Да. Думаю, время пришло. Я должен предупредить, — голос стал тише, — он слабый. Здоровьем имею в виду. Этим он в меня пошёл. Он часто болеет. И протянул ему папку. — Что это? — А ты глянь. Он открыл папку. Там было около 10 фотографий. Оттуда на него смотрел светловолосый мальчик с квадратной улыбкой. А ещё, Намджун успел заметить горящий взгляд и маленькую родинку на кончике носа. На первой фотографии он ослепительно улыбается, на второй задумчиво смотрит куда-то за объектив камеры, на третьей дует щеки и старается не расплакаться. Ким даже умилился этой картине. На четвёртой он сидит за столом и что-то ест с аппетитом. На пятой спит. И тут Джун понял, что видимо, этот мальчишка действительно очень дорог отцу. Он пересмотрел все фотографии и не смог сдержать слёз. Он уже его любил. Но в папке было ещё кое-что. Больничная карта, на которой осторожно большими буквами выведен диагноз «Атопическая бронхиальная астма». Намджун удивлённо посмотрел на отца, тот кивнул. — Как ты понял, у него астма. Его привозят на осмотр пару раз в месяц. Выписывают таблетки, лечение и там дальше не интересно. — Почему не сказал раньше? – немного обижен, что он не рассказал ему такую важную новость. — Не хотел пугать. И вообще, о Тэхёне знают все. Но никто не знает, как он выглядит, как его зовут и кто его мать. Я не хотел, чтобы что-то плохое с ними произошло, понимаешь? — Конечно. Кстати на счёт… — Матери? Я угадал? – кивок. — Не волнуйся, всё было законно. Она работала у нас раньше. Закрутился роман, ну и вышло то, что вышло. Я отослал их подальше, предварительно удалив всю информацию об этой женщине. Ты тоже её знаешь, я уверен. Она жива, здорова. Живут с сыном в Тэгу. Там спокойнее всего. И есть кому присмотреть за ними. — Когда мы сможем съездить к ним? — Через пару дней. Намджун уже почти вышел из палаты, как его отец прикрикнул: — Он знает о тебе. Он мечтал о вашей встрече сразу, как узнал о твоём существовании. И он счастлив, что у него есть ты. Счастлив ли Ким Намджун сейчас? Да. Отличная работа, мистер Ким, теперь можно спокойно умирать. *** Намджун стоит у зеркала уже более двадцати минут. Буквально через пару часов, они с Хери договорились встретиться. Отец попросил его взять девушку с собой в Тэгу – на встречу с маленьким Тэхёном. Мистер Ким тоже собирается ехать, естественно в сопровождении своего личного телохранителя – Ким Сокджина. Когда Намджун был на пять лет младше, чем сейчас, они вместе отрабатывали друг на друге боевые приёмы, а ещё, ходили на охоту. Вообще, Джин, так называли его друзья (Джун, конечно же, тоже входил в этот небольшой кружок), очень улыбчивый и весёлый парень, кажется, будто он никогда не будет выглядеть серьёзным, но стоит ему приступить к работе, как его лицо становится каменным, и он ничего не видит, кроме своих прямых обязанностей. Он работает в их доме больше шести лет и уже успел обзавестись семьёй – его жена работает врачом в местной больнице и нередко появляется в доме Кимов. Есть ещё прекрасная дочь, которой вот-вот исполнится пять. Намджун часто видит её и иногда даже играет с ней в догонялки и строит замки из песка (пока никто, кроме Джина, не видит). Она очень похожа на своего отца – такая же болтливая. И Джун часто думал о том, будет ли у него такая прекрасная девочка, и будет ли вообще возможность воспитывать её в тишине и спокойствии. А потом горько вздыхал, вспоминая, что он не просто телохранитель. Джин его понимает, но ничего не может с этим поделать. Он работает в спокойное время, ведь получил всего-то пару небольших ран. Его жена рада этому, хотя особой симпатией к профессии мужа не прониклась, приговаривая при каждом удобном случае: «Тебе бы моделью быть или актёром, а не живым щитом». А он вечно ворчит на неё. Вот такая смешная, но крепкая парочка. Вдруг Ким слышит знакомую мелодию. Ему звонят. Взяв трубку, он старается не улыбаться, но ничего не выходит. - Алло, это Джун? – слышится нетерпеливое, - Так он или нет? — Нет, не он, — хихикает, ему нравится её дразнить. — Ох, ты в своём репертуаре. Ты готов там или как? — Да, я готов. А ты готова? — Намджун, я уже десять минут жду тебя в кафе. — Ой, чёрт, я забыл, прости. Уже выхожу. — Невероятно. Девушка я, но опаздываешь ты. — Да всё-всё, я уже выехал. — Учти, я жду тебя ровно двадцать минут. Ни минутой позже. — Окей, босс. Девушка лишь закатила глаза на такие детские выходки. Сам же назначил встречу, так почему опаздывает? Не прошло и десяти минут, как какой-то парень влетает в кафе и чуть ли не сшибает официанта. О, явился. Но стоило ему лишь улыбнуться, как всё раздражение сошло на нет. — Привет, я здесь, — сказал он. — Да я вижу. Ну, так что, зачем пригласил меня сюда? Явно же не на свидание, — фыркнула. — Да, не свидание. Кое-что получше, — заинтриговал. — Ну что там? — Хочешь познакомиться с моим младшим братом? — Ты не говорил, что у тебя есть брат. С этих слов началось увлекательное путешествие Ким Намджуна и Чон Хери в Тэгу. С ними увязались ещё и Чонгук с Хосоком. У младшей Чон оказался слишком длинный язык и она не смогла удержать в секрете тот факт, что они едут на встречу с младшим братом Джуна. Итог: в машине Кима теперь сидят четверо молодых людей, вместо двух. — Ким Намджун, почему ты молчишь? — одновременно сказали представители семейства Чон. — А что я должен сказать? — грубо ответил тот. — Вас двоих никто не звал. — Эй, ты что, променял лучшего друга на девушку? — обиженно произнёс Хосок. — Невесту вообще-то, — исправила его Хери. — Невесту, — кивнул Хоуп, — но это не отменяет того, что он нас на тебя променял. — Я лучше промолчу, — встрял Чонгук. — Помолчи-помолчи, — сказал Хосок и сразу замолчал, заметив грозный взгляд Намджуна, но не удержался и всё-таки спросил: — Почему ты не говорил нам раньше, что собираешься на встречу с младшим Кимом? — А должен был? — с таким же хмурым лицом, произнёс он. — Это семейная встреча, к тому же, тайная. А вы нашли способ и сюда пролезть. Пресекая твои вопросы, Хосок, почему я взял Хери, сразу скажу, она уже член моей семьи, хоть пока и не официально. А вы двое мои лучшие друзья, и вам тут делать нечего. Но выгонять я вас не собираюсь. — Почему так грубо? — спросил Чонгук. — Мог бы сразу сказать, мы бы ушли. Намджун вздохнул. — Я просто не хочу его напугать, — грустно произнёс он, — я сам его видел только на фотографиях и безумно хочу познакомиться. А вы своим напором и напугать можете. — Напугать его можешь только ты своим ужасным настроем, — решила вмешаться Хери, — поэтому прошу тебя, не злись на них. Это я виновата в том, что не закрыла рот вовремя. Так что, если хочешь поорать на кого-нибудь, то ори на меня. — Как раз на тебя, я орать не смогу, — усмехнулся Ким, — уж прости. Выдохните, ребята, я не злюсь. И все по команде действительно выдохнули. Эта недружелюбная обстановка всех напрягала и нужно было как-то её разрядить. — Эй, Ким Намджун! — вскрикнул Хосок так громко, что Намджун чуть было не свернул на соседнюю полосу. — Давай, как в старые добрые?! — Как в старые добрые, говоришь? — рассмеялся тот. — Ну давай! В следующую секунду салон машины наполнился хохотом, ведь эти двое начали наперебой зачитывать рэп на мотив известной корейской песни. Слова были сильно исковерканы и не произносились до конца, но зато настроение улучшилось у всех. — Спасибо за шоу, парни, — задыхаясь от смеха, сказал Чонгук, когда очередная песня закончилась, — я бы не прочь посетить ваш концерт на олимпийском стадионе. Позовёте? — Да, конечно! Только билет заранее купи и первый ряд тебе обеспечен! — в такой же манере ответил ему Чон. — Я не знала, что вы так умеете. Это правда было так круто! — честно призналась девушка. — Я поддерживаю Гука всеми руками и ногами. Рассмеялись. — Ну что, мы приехали точно по адресу, — остановив свою машину и заметив машину отца, сказал Намджун, — вылезаем по одному. Когда Чонгук, Хосок, Хери и Намджун, наконец, вылезли из салона, в первую очередь они огляделись. Перед ними оказался небольшой двухэтажный домик с большим двором и детской площадкой в придачу. На ней было пару качель, горка и футбольное поле, огороженное заборчиком. — Ничего себе дворик, — присвистнул Чонгук, — особенно футбольное поле. — Ага, — подтвердил Хосок. — Ему, наверное, весело здесь играть, — предположила Хери. — Не думаю, — сказал Джун, — он здесь один. А когда ты один, никто с тобой в футбол не поиграет. Да и вообще не поиграет. Взрослым это не нужно. — Ну не скажи, — из-за спины Кима появился телохранитель Ким Сокджин. — Я же с тобой играл. — Ну, хён, не подкрадывайся так, — пожали друг другу руки. — И тебе привет, Джун. Хосок, Чонгук и вам привет, — тоже пожали руки и коротко кивнули в знак приветствия. — А это, кто тут у нас? Та самая Чон Хери? — Да, здравствуйте. А Вы Ким Сокджин?! — скорее не вопрос, а утверждение. — Верно-верно. Я телохранитель отца Намджуна и ваш на сегодняшний вечер. Рад познакомиться. — Взаимно, — смущённо улыбнулась она. — Странно, что вы не встречались, — сказал Хосок. — В последнее время мистеру Киму всё хуже, поэтому я, как его личный телохранитель, постоянно нахожусь рядом, — объяснил Сокджин. — Ах, да, я что-то отвлёкся. Пришёл сюда, чтобы проводить вас в дом. Идёмте за мной. Они зашли в дом и тут же их встретили гувернантка, которая обучает Тэхёна, и телохранитель по имени Пак Чимин, следящий за спокойной жизнью живущих здесь людей. Так им объяснил Джин. Забавно, но их лица показались Намджуну очень знакомыми. — Здравствуйте, господин Ким, — вежливо произнесла уже не молодая женщина и поклонилась им, тот немного удивился такому приветствию, — меня зовут Хван Минджу, я присматриваю за господином Кимом младшим. Мы рады приветствовать вас, прошу проследовать за мной, господин и госпожа, вас ждут в гостиной. — Как много господинов и госпожей я услышал только что, мой мозг сейчас взорвётся, — тихо прошептал Чонгук на ухо Хосоку, на что тот усмехнулся. Это услышали и стоящие рядом Намджун и Хери, и тихо посмеялись. А после, последовали за миссис Хван. В гостиной сидели мистер Ким, который уже успел коротко поприветствовать только что вошедших молодых людей, а рядом расположилась молодая женщина, видимо и являющаяся матерью Тэхёна. Она заметно нервничала — её руки дрожали и голова поворачивалась из стороны в сторону, будто бы она выискивала кого-то в этой совершенно пустой комнате. Вдруг она неожиданно вскочила, а её лицо выражало испуг. Знакомое лицо. Точно! — Секретарь Хо?! — удивился Намджун. — Так это Вы? — Вообще-то, уже Ким, — улыбнулась женщина. — Здравствуй, Намджун, я рада снова тебя видеть. Хо Джихи, точнее Ким Джихи — женщина, сумевшая украсть сердце столь сурового старшего Кима. Она помогла ему прийти в себя после гибели его первой жены — матери Намджуна, которую он любил, любит и всегда будет любить, как женщину, подарившую ему первенца, ту, что была с ним рядом с самого начала, но, к сожалению, не смогла продержаться до самого конца. Джихи не стала ей, но стала её достойной заменой, утешением в глазах скорбящего мужа. Она также успела запасть и в душу Намджуна. Часто бывала у них дома и подружилась с «самым грустным мальчиком, которого только видела в своей жизни». Она вернула свет в их жизнь, но потом снова исчезла. — Я… Я тоже рад, — дрожащим голосом произнёс Джун, — так вот почему Вы тогда так неожиданно исчезли. — Да, именно поэтому, — таким же невероятно взволнованным голосом, как и она сама, произнесла миссис Ким, — присаживайтесь, пожалуйста. Ой, а это кто? Ты говорил, он будет один. — Я не успел предупредить, — начал было старший Ким, но остановился, дав возможность своему сыну представить «незваных» гостей. — Ох, извините. Это Чон Хосок, мой друг, Вы его знаете, — кивок, — это Чон Чонгук, тоже мой друг, двоюродный брат Хосока, а это Чон Хери — моя…моя невеста, и по совместительству младшая сестра Чонгука. Вот так вот запутано. — Ну чего ты так официально-то, — усмехнулся мистер Ким, — вы теперь не чужие друг другу люди. И прекращайте уже волноваться и переживать! Джун сконфуженно (в который раз за день!) улыбнулся и почесал затылок, а Хери от такого неловкого жеста улыбнулась. Это не убежало от внимательных глаз миссис Ким. — А где… — не успел он договорить, как его перебили. — Тэхён, к тебе гости! Со второго этажа послышались торопливые детские шаги. Он бежал настолько быстро, как только мог. — Кто там, мам? — спросил мальчик, не успев добежать до гостиной. — Хён приехал? От этого милого «хён», у Намджуна сжалось сердце. В этот момент в комнату вбегает широко улыбающийся мальчишка со сверкающими от слёз глазами. Ищет глазами парня, которого столько раз видел на фотографиях и мечтал встретиться с ним, и находит. Бежит в его сторону с этим радостно-грустным «Хён!», падает в объятия старшего брата, а тот, в свою очередь, ловко подхватывает его на руки. — Намджун-хён, наконец-то! — плача восклицает он и крепче обнимает его шею. — Я так долго ждал тебя! Ты здесь, я не могу поверить! Мистер и миссис Ким улыбнулись от этой трогательной картины, а последняя даже прослезилась, в чём её поддержала Хери. А парни лишь рассмеялись такой милой реакции. «Эх, наверное, здорово иметь младшего брата», — подумали они. — Я тоже не могу поверить. И я тоже рад, — сказал Джун, всё ещё не верящий, что кто-то может так сильно ждать встречи с ним. — Рад видеть тебя, Тэхён.