Надежда умирает последней

— Подождите, что?! — спросил Ким, находясь в полицейском участке. Сразу после того, как им удалось выбраться из той передряги, буквально полчаса назад, Чонгук и Намджун приехали сюда, а Хосока попросили отвезти Хери домой. — Что значит нет записей с камеры наблюдения? Это же шоссе! Там должны быть десятки камер! — переходил на крик парень. — Не кричите, пожалуйста, — попросил его дежурный. — Я вам понятным языком сказал, что записей нет. Вчера был сильный ливень, уничтоживший эти самые камеры именно на том участке шоссе, про который вы спрашивали. Ничем не могу помочь! — Чёртовы... — начал было Ким, но Чон положил руку ему на плечо и тихо сказал: «Пошли отсюда, Джун. Они нам помочь не смогут. Нужно брать выше». И они вышли из помещения. — Я не могу понять, что это такое! — сказал Намджун, опираясь на перила у входа в здание. — Нас преследовали несколько машин, но, кажется, целью были не мы. Что стало с моим отцом? — Я думаю, ты догадываешься, — послышался голос сзади парней. Это был господин Чон, заместитель отца Намджуна. — Господин Чон? — тихо произнёс Чонгук. — А вы что здесь делаете? — Мне позвонил начальник полиции, — начал он. — Я узнал о случившемся от него. И я предполагал, что такое может случиться. Почему я сразу не понял… — Что Вы имеете в виду? Но мужчина не успел ответить, так как у Кима вдруг зазвонил телефон. — Алло? Да, Хосок, я слушаю. — Намджун, возвращайся скорее домой, — говорил он беспокойным голосом. — У нас гости. Он очень спешил домой, наплевав даже на правила дорожного движения. Голос его лучшего друга не внушал ничего хорошего. Что за гости? А вдруг это те люди, подстроившие нападение на них? А вдруг это глава противоборствующего клана? Или полиция? К сожалению, путь был не такой короткий, как казалось раньше. За это время, парень успел забить свою голову мыслями. И самое главное, – что с его отцом? Жив ли он вообще? Не исключено и того, что в них стреляли лишь для отвлечения внимания, а главной целью был их с Тэхёном отец или даже сам Тэхён… Дверь он открыл так, что она чуть не слетела с петель. Разозлившийся на весь мир Ким Намджун, растерянно разглядывал гостиную и наткнулся на незнакомую фигуру, удобно расположившуюся на кожаном кресле. Это был мужчина лет сорока, который своим видом совсем не внушал парню доверия. Может ли он сказать, что его догадки оказались правильными? — Кто Вы? — наградил его грозным взглядом Джун. — И что Вам нужно? — Мин Юнги, — мужчина протянул руку Киму, но тот даже не шевельнулся. — Нотариус, который работал с вашим отцом. — Нотариус? — удивились все присутствующие, в том числе и Хери, которая подслушивала за дверью, боясь входить в гостиную. Её до сих пор трясло. — Да, — кивнул Мин. — Я пришёл, чтобы отдать Вам кое-что, да и выполнить свои прямые обязанности. — Обязанности? — повторил Намджун, сердце которого забилось чаще. — Вы же не хотите сказать, что он… — Именно это я и хочу сказать, Намджун, — перебил его нотариус. — Он заранее предупредил меня обо всём и попросил кое о чём. — Не нужно, не говорите этого, пожалуйста, — умоляюще произнёс парень. — Я должен… Его больше нет... И я здесь, чтобы исполнить его последнюю волю. Мне очень жаль, Намджун. Кажется, Намджун сейчас потеряет сознание. Его сердце разбилось, а мир разрушился. Как такое может быть? Человек, которого он сильно ненавидел, который испортил его жизнь, но которого он всё-таки любил больше этой самой жизни, исчез навсегда. Он потерял обоих родителей. У него больше нет никого ближе по крови, чем Тэхён… Тэхён! А что с ним?! — Где Тэхён? — громче, чем нужно было, спросил Ким, на что все остальные посмотрели на него. — Что? — Что с Тэхёном? Он в порядке? Жив ли он? Не ранен? — Приторомози, парень, — сказал Мин Юнги. — С твоим братом всё в порядке. Он сейчас в Тэгу. Они до него не добрались. — Можете ли вы оставить нас? — обратился к прислуге Джун, после чего, в комнате остались лишь господин Чон, Хосок, Намджун, Чонгук и, собственно, сам нотариус. — Ты можешь войти, Хери, — он обращался уже к своей невесте, которая вошла с опущенной головой, боясь посмотреть на них. Он заметил её в дверях, как только переступил через порог своего дома. — Теперь, когда все в сборе, могу ли я начать? — спросил Мин, и после того, как Ким кивнул, продолжил. — Мы с господином Кимом работали около семи лет и я знаю о нём достаточно. Где-то пару недель назад, он позвонил мне и попросил о встрече. В больнице. — Намджун, смотревший всё это время в пол, вдруг поднял голову. — Я был очень удивлён, когда он попросил меня составить завещание. Я спросил его, в чём же дело. И он сказал тогда, что его жизни угрожает опасность. Двойная опасность. Но он боялся не за себя, а за Вас… Когда мы разобрались с этим, он попросил оставить всё в секрете. Даже от Вас, господин Чон, — обратился он к отцу Хосока, — как бы сильно вам не доверял. — Опасность… Вы говорите о его болезни? — спросил Намджун, чувствуя, что находиться здесь становится всё тяжелее и тяжелее. — Не только. На него была охота. И уже очень давно. Он знал об этом, ещё говорил: «Я всё равно умру. Не важно — насильственной смертью или естественной. У меня один конец». Он не сказал, кто стоит за всем этим, врагов у него было много. Даже слишком для одного человека. Честно говоря… Мы до сих пор не знаем кто это. — Вот как значит… — медленно протянул парень. — Всё было сделано настолько чисто, что даже ни одной зацепки не осталось? — Именно так. Работали люди, которые проворачивали такие вещи ни один раз и даже не десять. — А как… — подала голос единственная девушка в этой комнате. — А что именно было целью этих людей? Убить господина Кима или что помасштабнее? — Разрушить самый могущественный клан Южной Кореи, — сказал Мин Юнги, и в комнате повисла тишина, которую нарушить осмелился только Чонгук: — И у них получилось? — Никто этого не знает, — честно признался нотариус. — Возможно, ответ находиться здесь, — достав из своего небольшого чёрного чемоданчика какой-то конверт, протянул его Намджуну. — Это его последнее желание — передать тебе его. Он очень просил тебя его прочесть. А что с ним будет потом — решать только тебе. Парень получил конверт с письмом, а в том, что там именно прощальное письмо, Ким ни капли не сомневался. *** Прошло уже пару дней после похорон. Там были все люди, которые когда-то поддерживали господина Кима, и даже те, которых Намджун ни разу в жизни не видел. Был даже Тэхён, который оказался морально сильнее, чем его старший брат. Он видел, как плакал Джун, но сам не проронил и слезинки. Мальчик был рядом, не говорил ничего, а просто обнимал. Как и Хери, ни на минуту не оставлявшую своего возлюбленного наедине с его горем. Как и Хосок с Чонгуком, которые внешне казались сильными, но изнутри их съедала обида за своего лучшего друга. За что ему, такому доброму и мягкосердечному пареньку, судьба подбросила такое суровое испытание? Мало им было смерти его матери? Намджун был полон желания найти виновника всех его проблем, но потом понял, что виновниками были только они сами, когда выбрали себе такой путь по жизни. Да, выхода у них не было, но это, к сожалению, ничего не меняло. Желание разнести всё в пух и прах превратилось в желание скрыться от проблем в своей комнате или вообще сбежать. Но никто не позволил ему сломаться. Сидя в кабинете своего отца, Намджун продолжал гипнотизировать тот самый конверт, к которому он так и не притронулся. Дождавшись, пока Хери уснёт, Ким покинул их комнату и пришёл сюда. Пересилив себя, он всё-таки решил узнать, что там внутри. «Здравствуй, Намджун. Мой старший сын! Мой долгожданный наследник! Если ты это читаешь – значит меня уже нет рядом… Это случилось бы рано или поздно: от болезни или от чужих рук. Знаешь, такие люди как я, заработавшие себе проблем на одно место в таком юном возрасте, долго не живут. Сам знаешь почему. Я был благословлён Богом, имея такого прекрасного и совсем непохожего на меня сына. Ты рос таким любопытным и умным, весёлым и активным, что мне хотелось изначально отгородить тебя от тех ужасов, которые ждали впереди. Я должен был это сделать, но не смог. Тогда бы я пошёл против воли своего отца и сделал бы хуже тебе, твоей матери и самому себе тоже. Но вот, когда его не стало, я понял, что ужасно опоздал. Тебе было восемь, и тебя знал в лицо и по имени весь преступный мир. Другого выхода, как держать тебя при себе и обучать тому, что умею сам, я не знал. Я любил твою маму, я любил тебя. Ты не знаешь, как мне было больно, когда мы потеряли её. Я уверен, что ты винил меня в этом. И ты оказался прав… Я мог уйти, но меня бы нашли. Я мог бы уйти, но тогда бы бросил тебя на произвол судьбы. На моём месте, ты поступил бы также. Когда ты был совсем малышом, я не мог налюбоваться тобой. Как и твоя мама. Я бы сохранил всё, но я стал таким, как он. Я стал таким же, как мой отец, который ничего не видел, кроме работы. Он любил власть и деньги. И я тоже их любил. Но и вас я тоже любил. Для меня семья имела большую ценность. Может ты и не веришь мне сейчас и презрительно улыбаешься, но здесь, действительно только правда. Мне уже нечего терять. Всё, что было дорого, уже бесследно исчезло. Твоя любовь в том числе. И даже Тэхён, когда узнает, кем я был на самом деле, глубоко разочаруется во мне и, возможно, возненавидит. Я груб и жесток. Мной можно манипулировать деньгами и властью. Но, как я уже сказал, семья имела для меня наивысшую ценность. Я продолжаю терять основную мысль этого письма, поэтому перейду к ней. Я прошу у тебя прощения, сынок. За то, что не смог подарить тебе счастливого детства. За то, что не смог уберечь от беды женщину, которую любил всем сердцем. За то, что не познакомил тебя с твоим младшим братом раньше. За то, что скрывал от тебя много всего. За то, что поставил под удар и заставил заниматься тем, что тебе не нравилось. За то, что и Хери могла пострадать. Прости меня! Даже если ты не сможешь этого сделать, я пойму. Это действительно тяжело. Спасибо за то, что не оставил меня! Я знаю, ты хотел уйти, но что-то заставило тебя остаться. Спасибо, что не бросил меня один на один с проблемами и кланом, что вот-вот разрушится. Я принял решение. То, что уже давно должен был сделать. Я распустил клан. Я отпустил их всех, и теперь они свободны. Знаю, что это вызовет много проблем позже, но это лучше, чем гнить в этой лицемерной яме, где все друг друга ненавидят и только единицы по-настоящему преданы своему делу. Рано или поздно, тебя тоже сместили бы таким позорным способом, как и меня. Я видел, как ты справлялся с обязанностями директора нашей компании и подумал, что сделать тебя её полноправным хозяином – самое верное решение из когда-либо принятых мной. Так пусть же теперь она процветает! Я уверен, ты станешь прекрасным директором. Успехов! Береги себя. Береги Хери. Береги ваших будущих детей. Не допускай тех ошибок, что допустил я. Следуй зову сердца, но не забывай про разум. Береги своих друзей и сам будь верным товарищем. И ещё… Береги Тэхёна! Береги своего младшего брата. Его здоровье очень слабое, пожалуйста, сделай так, чтобы он не закончил с этой жизнью, как я. Просто будьте счастливы! Не жалейте ни о чём! Живите полной жизнью, мальчики мои! Ваш отец». Ну вот и всё.