Sky in your palms

— Пожалуйста, пойдем на каток. — уже отчаявшись, тянул Эрика за руку Пьетро в сторону катка. А Леншерр сопротивлялся, так как ну никак не планировал пойти на каток когда либо. И дело было даже не в страхе. Мужчина просто-напросто не умел кататься на коньках, и не хотел позориться этим перед новообретённым сыном. Да и собственно, когда ему было учиться? Сначала война, холокост, потом жизнь одной местью, позже борьба против людей за права мутантов и лишь после тёмного феникса Магнето смог зажить спокойно. Подумав об этом, мужчина незаметно сплюнул три раза через левое плечо, чтобы не сглазить. — Пьетро, нет, я не хочу туда идти. — вырвав свою руку из хватки подростка и скрестив руки на груди, ответил металлокинетик со стальными нотками в голосе. Максимофф прищурился и оглядел отца задумчивым взглядом. — Погоди, я понял. Ты боишься или не умеешь кататься на коньках! — с тоном учёного, который открыл что-то новое, произнёс парень с полуулыбкой на лице. Лицо мужчины резко поменялось с безразличного на слегка возмущённое и гневное. — Я не боюсь и умею кататься на коньках, просто не люблю. — бессовестно врал Эрик, глядя в хитрые глаза напротив. — Тогда пошли. — произнёс Ртуть, взял своего отца за шею, как когда-то в Пентагоне и быстро привёл их к катку. Со стороны Леншерра послышался обречённо-возмущённый вздох. — Ненавижу, когда ты так делаешь. — пробурчал себе под нос мужчина, потёр шею и быстрым шагом пошёл за сыном, дабы не потерять его из виду. А Пьетро уже тем временем стоял у входа в раздевалки с двумя парами коньков. С улыбкой протянув нужную пару Магнето, парень умчался переодевать обувь, а металлокинетик очень сильно хотел сбежать отсюда подальше, ведь это же будет такой позор перед сыном. Но понимая, что Пьетро его в любом случае догонит, Эрик прошёл следом. Выйдя на каток, Эрик первым делом вцепился в бортик, потому что ноги уже разъезжались, прямо у входа на лёд. Сзади его подначивал Пьетро: — Давай, ты же умеешь кататься, сам говорил. Леншерр уже успел проклясть тот момент, когда согласился пойти на каток с сыном. Оттолкнувшись от бортика, ноги мужчины начали разъезжаться в разные стороны, но Магнето он или нет? Вот именно, что да, поэтому мутант взял под контроль лезвия коньков. Максимофф же почуял неладное, потому что слишком быстро встал ровно на коньках человек, который явно никогда не катался на коньках ранее. Да, подросток знал, что его отец не умеет этого, потому что умом понимал, что некогда ему было, да и к тому же, бегающие глаза, слегка трясущиеся руки и отказы говорили сами за себя. Подъехав свободно к отцу, Ртуть предложил свою помощь: — Давай научу, видно же, что ты не умеешь. Эрик опустил голову, чтобы скрыть едва заметный румянец стыда перед сыном. — Ладно. — кратко ответил Леншерр и стал следить за движениями парня. Сначала, когда мужчина сам начал их повторять, он подстраховывал себя своей мутацией, ну потому что кто захочет падать, да ещё и в таком возрасте? Решив для себя, что он освоит и готов уже без подстраховки ездить, Эрик перестал контролировать железо в коньках и чуть не упал. Оглядевшись, он не заметил сына поблизости и спокойно выдохнул, ведь Пьетро тогда не видел этого ужаса, называющегося «Магнето на коньках». Но он кстати ошибался. Максимофф не то что видел попытки отца нормально кататься, он ещё и заснял их, чтобы потом показать Чарльзу. Потерев хитро ладони и радуясь своему прекрасному плану, парень решил снова подъехать к Эрику и помочь, но тому помощь уже была не нужна. И нет, не подумайте, он не убился, пока подросток слегка злорадствовал. Он просто и медленно катался по льду, радуясь и смеясь как ребёнок, хотя со стороны выглядело на радостную акулу. «Вау, он ещё смеяться, улыбаться и радоваться умеет. А вроде такая скала неприступная», — удивился Ртуть и начал кружить около отца, наблюдая за его успехами и делая фото дальше. Примерно спустя часа 2, Эрик и Пьетро вывалились с катка уставшие, но очень довольные. Леншерр был доволен тем, что смог научиться кататься на коньках, а Максимофф тому, что смог сделать много фото неудач Магнето. Сам он об этом не знал пока что, и имея хорошее, даже прекрасное настроение, купил себе и сыну по стаканчику глинтвейна, так как на катке они замёрзли, а напиток очень хорошо согревал. И да, Ртути Эрик взял глинтвейн без алкоголя, не хотел же он спаивать своего сына раньше времени. И не то чтобы вообще когда либо хотел. А Пьетро тем временем, пока пил напиток, не переставал удивляться доброму Магнето и старался как можно дольше продлить это состояние своего отца. И парень смог это сделать, потому что когда они пришла обратно в особняк Ксавьера, Леншерр даже помог кому-то из детей украсить часть комнаты, чего он никогда не делал, да и вообще предпочитая держаться подальше от всей праздничной суеты. — Пьетро, спасибо за этот день и прости, что был, мягко говоря, отвратительным отцом. — с виноватой улыбкой-оскалом произнёс тихо Эрик, когда собрался заходить в свою комнату, и потрепал сына по голове. От этого Максимофф впал в лёгкий шок, а Магнето поспешил скрыться у себя в комнате.