Больше, чем любовь.

Четыре дня спустя Порыв холодного ветра обдувает лицо, раздувая светлые волосы и пробиваясь в ноздри, заставляя меня раскрыть глаза и вяло посмотреть на серое небо Москвы, полностью затянутое грозными тучами, что невольно наводит на мысль о скором дожде и плохом настроении. Небольшие капли дождя капают на зелёный газон, после чего ещё одна капля попадает на меня, и я недовольно шикнув, испуганно разглядываю хорошо знакомую мне фотостудию, в которой уже находилось множество фотографов, редакторов и девочек с проекта. Волнение жгучей лавой расползается по всему телу, когда я не вижу рядом с собой Анжелику. Она собиралась принести мне стакан чая, обещав, что обязательно вернётся и не бросит меня одну. Но стоило девушке отойти на пару минут, как неуверенность сполна одолевает меня. Пробегаюсь глазами по студии и печально поджимаю губы, наткнувшись совершенно случайно на татуированную брюнетку , держащую журнал в руках. Внутренности сильно стянуло из-за страха. Страха, что она увидит меня. После того вечера, когда Костья дерзко прижимала меня к стене, мы больше не пересекались. Что очень радовало меня. Мне не не хотелось даже видеть её, но умом я понимала, что наши съёмки только начинаются и вечно бегать от неё мне не удасться. — Эй, Бэллка, ты в порядке? — поворачиваю голову вправо и чувствую лёгкость, увидев перед собой встревоженную Кузнецову со стаканом чая, как та и обещала. Неуверенно киваю и забираю напиток, задержав взгляд на задумчивой Каспер, но после отдёргиваю себя и делаю глоток обжигающей жидкости. — Ты такая бледная... Пожимаю плечами и закрываю глаза, намереваясь расслабиться хотя бы на секунду. Мне предстояло несколько раз фотографироваться с девочками, без перерывов, да ещё и в откровенном платье, что сразу не вызвало у меня восторга. Сегодня очень холодно и гадкое чувство мне подсказывало, что я обязательно замёрзну, чего делать категорически нельзя. Я должна заботиться о здоровье. — Ты виделась с ней? — я медленно раскрываю глаза и с минуту разглядываю лицо смутившейся Лужанской, взгляд которой был направлен на Костью. Нахмуренные брови и сердитый взгляд выдавали всю злость, что испытывала девушка по отношению к ней, и иногда мне казалось, что она больше не изменит о ней мнения. Тогда чувство вины все больше разъедало остатки самообладания надо мной. И хоть обида, чуть ли не кричащая во мне, ликовала, но здравая часть подсказывала, что как бы я не была обижена на Каспер, это не она заставляля меня эротично обниматься с Даяной. Что очень раздражало. Потому что с новым днём рассудок как будто медленно возвращался ко мне, а в голове постоянно проносились одни и те же мысли: «Во всем виновата только ты. Наивная идиотка». — Ты постарайся не волноваться лишний раз и не перенапрягаться. Сегодня будет не самый длинный день. Анжелика пыталась всеми силами приободрить меня, и я конечно же не могла не ответить ей милой улыбкой, но этого было мало, чтобы поднять мое настроение, которое постоянно менялось. Я никогда не старалась вести себя, как истеричка, но с расставанием с Кас во мне словно что-то сломалось, все прежние эмоции просто спутались в большой клубок. — Лик, спасибо тебе за чай, я ценю это, правда. Но сейчас мне нужно побыть одной. Ты не обидишься? Лужанская, вздохнув, собирается только что-то сказать, но замолкает, после чего просто помотав головой, улыбается. Закутываюсь в большую толстовку и не сказав ни слова больше, разворачиваюсь и направляюсь в костюмерную, на ходу стирая солёные капельки, капающие из глаз. Стук в дверь, нарушающий тишину заставляет меня вздрогнуть и открыть глаза, сфокусировав зрение, а позже поджать губы. Агрессия начинает поглощать разум, но я быстро подавляю в себе желание крикнуть Лужанской что-нибудь грубое. Она просто волнуется. Хоть и я просила оставить меня, но её тоже можно понять. — Да блять, Лика, входи! Слышу массивно открывающуюся дверь и только собираюсь спросить брюнетку, что ей нужно, как удивление застывает на бледном лице, и я просто теряю дар речи. — Я не Лика, — нахальным тоном заявляет Костья, дерзко ухмыльнувшись, заметив, как я обескуражена её появлением. — Что тебе здесь нужно? — Пришла поговорить. Сжимаю руки в кулаки и сердито прожигаю девушку взглядом, надеясь, что та уйдёт. Но Купер не из тех, кто сдается так просто. В этом и проблема. — Ты всё сказала ещё тогда. Что ещё тебе надо? Живи спокойно. Без меня. Костья издаёт рык, за секунду оказываясь рядом со мной и хватая меня за руку, облокотив о стол. — Я не договорила. Пытаюсь выдернуть руку, но сильная хватка брюнетки не даёт мне этого сделать, поэтому перестаю противиться и с ненавистью поглядываю в глаза девушки. — Я хотела извиниться за то, что не поверила тебе тогда. За то, что на эмоциях сказала тебе, что устала от отношений. Прости меня, — сглотнув, честно говорит Кас, чем удивляет меня, но боль, с которой я жила последние недели берёт верх, и я холодно отвечаю: — Как это мило, что ты все осознала, Кость. Но сейчас уже слишком поздно. Знаешь, что мне пришлось пережить? Знаешь, каково это жить с болью в груди, которая разбивает тебя на миллион мелких частей? — кричу, больше не стараясь держать в себе всё, что накопилось. Слёзы текут по щекам, оставляя незаметный отпечаток на щеках. Купер сдавливает руку, от чего я издаю болезненный всхлип, и вдруг замечаю озорные огоньки во взгляде татуированной. — Ты думаешь, мне было легко? Я искала тебя по всему городу! Ты даже не сообщила мне, где ты блять! Я чуть с ума не сошла! Ты строишь из себя обиженную, хотя и понятия не имеешь, что со мной было все это время! Ты вообще понимаешь, что мне, бля, тоже может быть больно, и ты — не единственная, кто имеет эмоции! Сука! Испуганно сглатываю и собираюсь с мыслями, после озвучивая их: — Ты не выслушала меня. Не поверила мне. Да, я признаю, что совершила глупость, пойдя с Даяной, но поверь мне, я не хотела этого. Я перебрала и... Честно, я... я...не хотела..., — взахлёб тараторю, задыхаясь от собственных слёз и нехватки воздуха. Каспер отпускает ладонь, потирая немного посиневшее место, и я чувствую, как земля уходит из-под ног, когда Костья нежно посмотрела на меня, улыбнувшись. — Прости меня,зай. Я верю тебе. Я так тебя люблю, прости меня, —судорожно мотаю головой, отодвигаясь на безопасное расстояние, облизывая губы от нахлынувших эмоций. «Нет, нет. Только не это. Я не могу снова поддаться ей. Господи, нет. Она не может снова ворваться в мою жизнь и перевернуть её.» — Нет, нет. Мы не можем... Слишком поздно.. Мы не можем.. Я не готова, прости, — разворачиваюсь и отхожу от девушки, но меня внезапно прижимают к себе, и в то же время холодные пальцы приподнимают подборок, а затем полные губы накрывают мои, сразу пробивась в рот и сплетаясь с моим языком. Мычу сквозь поцелуй, попытавшись освободиться, и начинаю бить мощную грудь Костьи кулачками, но большая ладонь перехватывает мои руки и заводит их мне за спину, тем самым не давая вырваться. Ладонь Купер обхватывает мою тонкую шею и сжимает её, заставляя меня подчиняться ей. Отвечаю на поцелуй, с замиранием сердца ощущая, как возбуждение затмевает рассудок, а тело начинает гореть адским пламенем, вынудив меня закрыть глаза от удовольствия и простонать в поцелуй, а позже осознать, как же мне хорошо в данный момент.