Мой спасательный круг

Лили медленно моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд. Комната была погружена в полумрак, и лишь слабые, будто живые, огоньки плясали на потолке, отражаясь от огромного окна. С трудом, издавая тихий стон, она приподнялась на кровати, осматриваясь. Небольшое помещение, ничего знакомого. Собравшись с силами, Лили встала и подошла к окну. За стеклом раскинулся вид на высокие, незнакомые здания, а внизу, словно муравьи, сновали люди по улицам. Лили услышала, что кто-то открыл дверь в комнату и резко обернулась. По спине пробежали мелкие мурашки, предвещая что-то важное. Перед ней стоял Стив. Его волосы заметно отросли, а на лице появилась легкая борода, которая, надо признать, ему очень шла. Внешне он казался абсолютно спокойным, но внутри бушевал настоящий шторм. Все эти шесть месяцев он жил одной лишь мыслью — встретиться с Лили. И вот теперь, когда она была так близко, он чувствовал себя неловким мальчишкой, совершенно не зная, что сказать или сделать. — Привет, — только и смог выдавить он, голос прозвучал чуть хрипло. Сердце Лили забилось с бешеной скоростью, отдаваясь гулким эхом по всему телу. — Шесть гребаных месяцев! Ни звонка, ни сообщения, и просто «привет»? — возмущенно выпалила она, слова вырвались сами собой. Стив прекрасно понимал Лили, и от этого ему было еще больнее. Она злилась на него, и он был виноват — виноват в том, что даже не мог написать ей. — За мной и Нат следили, — объяснил он, его голос был полон сожаления. — Если бы узнали про тебя, то пришли бы за тобой. Прости… — С Наташей будет другой разговор, — холодно произнесла Лили, но в ее голосе уже не было прежней злости. На самом деле, она давно простила его. Как она могла злиться на него, когда сама прекрасно понимала всю сложность его положения? — Где мы? — спросила Лили. — В Ваканде, — ответил Стив. — Это долгая история, но главное, что здесь Вижн в безопасности. Я нашёл Баки, с ним всё хорошо, он успел подружиться с Нат, — заранее отвечая на вопрос девушки. Кивнув в ответ голубоглазому мужчине, девушка отвернулась обратно к окну, но в ее душе уже не было места обиде. Только облегчение. Роджерс остановился рядом с Лили, его взгляд скользнул по ней. Русые волосы девушки небрежно обрамляли плечи, а зелёные глаза, казалось, стали ярче обычного, устремлённые куда-то вдаль. На её лбу виднелся небольшой порез. — Мы с Наташей направлялись к вам, чтобы забрать вас, — начал Роджерс. — По дороге нам встретился седой. Он рассказал, что вы сделали с Вандой, ещё один камень. А когда мы прибыли, увидели приспешников Таноса. — Таноса? — переспросила Лили, в её голосе прозвучало удивление. — Именно его. Он собирает камни, и ему нужен камень Вижена. — Но если он заберёт его камень, Вижн погибнет! — возмутилась Лили, повернувшись к Стиву. Тот лишь молча кивнул. В голове Лили начали складываться пазлы. — Камень у вас? — прозвучал вопрос Лили. — Конечно, — последовал ответ. — Я знаю, что с ним делать, — добавила она. Стив на мгновение нахмурился, но доверие к Лили пересилило сомнения. Девушка, окрыленная своей идеей, встала на цыпочки и поцеловала Стива. Он тут же обнял ее, отвечая на поцелуй с такой страстью, словно ждал этого момента целую вечность. Отпустить ее было невозможно. — У нас еще будет время, — прошептала Лили сквозь поцелуй, мягко отстраняясь. Взяв Роджерса за руку, она повела его к двери. Едва они вышли из комнаты и сделали пару шагов, как на Лили набросилась рыжеволосая девушка. Вот только прежних огненно-рыжих волос больше не было. Вместо них — короткие, прямые и совершенно белые пряди. Но главным изменением был даже не цвет волос, а глубокая, почти осязаемая усталость в глазах. Наташа крепко обняла Лили, казалось, еще немного, и кости девушки треснут от силы объятий. Когда Наташа наконец отпустила её, она отстранилась и посмотрела на Лили. — Я рада, что с тобой все в порядке, — искренне улыбнувшись Нат, Лили снова обняла её. *** — Мы заменим Камень Разума в Вижене на тот, что создали сами, — твёрдо произнесла Лили, обводя взглядом всех собравшихся в комнате. — Я уверена, именно для этого он и был нужен. Её слова повисли в воздухе. Присутствующие погрузились в раздумья, взвешивая риски и возможные последствия. Тишину нарушил уверенный голос Шури, сестры Чёрной Пантеры. — Как только яд выйдет из его системы, мы можем приступить, — сказала она, и Лили согласно кивнула. — А если мы этого не сделаем? — задумчиво спросил Брюс, потирая бороду. — Что тогда? — Тогда Танос сам вырвет Камень, и Вижен погибнет, — ответила Наташа, её взгляд на мгновение встретился с Шури. — С вашим оборудованием и знаниями, — она слегка улыбнулась принцессе Ваканды, — у нас есть шанс сделать это безопасно. Это был невероятно сложный выбор, и никто не мог с уверенностью предсказать, каким будет исход. — Когда яд полностью выйдет из него? — спросила Лили у Шури. — К вечеру его организм будет чист, — уверенно ответила Шури, сверяясь с показателями на голографическом дисплее. — Утром мы сможем извлечь Камень. Ему просто нужно будет время, чтобы восстановиться. Король Ваканды, Т’Чалла, молча кивнул, полностью доверяя своей сестре. Пьетро подошёл к Ванде и ободряюще сжал её плечо. Она стояла неподвижно, но он чувствовал, как она напряжена. Ванда знала, что это единственный способ спасти Вижену жизнь, и от этой мысли становилось не легче. Лили обернулась и встретилась взглядом со Стивом. В его глазах читалась неподдельная гордость. Он помнил, какой она была в самом начале их пути, и видел, какой сильной стала теперь. — Что ж, до утра у нас есть время, — подвёл итог Т’Чалла. — Отдыхайте и готовьтесь. Танос не будет ждать. — Он кивнул присутствующим, отдал короткий приказ стражнику и покинул помещение. Все постепенно стали расходитися кто куда. Джеймс подошёл к Стиву, что-то у него спрашивая. Наташа молча подошла к Лили, взяла её за руку и тихо повела куда-то подальше. Ее ладонь была теплой и сильной. Они вышли на балкон и уселись прямо на пол, прислонившись спинами к прохладному стеклу. На улице было тепло, летний вечер окутывал город мягким сумраком. Внизу, словно светлячки, двигались огни машин, и вокруг слышался лишь приглушённый шум мегаполиса. — Прости, что долго не выходила на связь, — первой заговорила Наташа, нарушая уютную тишину. Ее голос был ровным, без привычной стальной нотки. Лили повернула голову. Она так долго ждала этого разговора, прокручивала в голове сотни сценариев, готовила обвинения и упреки. Но сейчас, глядя на умиротворенное лицо подруги, вся злость испарилась. — Ты разобралась со своим прошлым? — спросила Лили. Это был единственный вопрос, который имел значение. Наташа кивнула, и в ее глазах мелькнул огонек, который Лили не сразу смогла расшифровать. Это была не радость, а скорее… освобождение. — Да, теперь всё будет иначе, — ответила Нат с лёгкой загадкой в голосе. — Я не злюсь на вас, — призналась Лили, глядя на свои руки. — Ни на тебя, ни на Стива. Я просто боялась. Боялась, что с тобой и Стивом ничего не случилось. Наташа осторожно приблизилась, обняв её. Это было что-то глубокое, искреннее. Лили уткнулась носом в плечо Наташи, вдыхая знакомый запах кожи и чего-то неуловимо-цветочного, и позволила себе расслабиться. Так они просидели почти час, разговаривая. Голос Наташи был тихим, но уверенным. Она не вдавалась в кровавые детали, щадя подругу, но вкратце рассказала Лили о «Красной комнате», о Дрейкове, о своей сестре Елене и о том, что с этим теперь покончено. Она говорила о призраках, которые преследовали ее всю жизнь, и о том, как наконец смогла дать им бой. Лили слушала, не перебивая, впитывая каждое слово. Она чувствовала, как с плеч Наташи спадает невидимый груз, и от этого становилось легче и ей самой. Она больше не была просто шпионкой, Черной Вдовой. Она была Наташей, которая обрела семью и теперь, наконец, обрела и себя. — Пойдем, — мягко сказала Наташа, поднимаясь на ноги и протягивая Лили руку. — Уже поздно. Наташа проводила Лили до её комнаты, крепко обняла её на прощание и пожелала спокойной ночи. Когда Лили тихо приоткрыла дверь, её сердце на мгновение замерло. У окна стоял Стив. Он был одет в простую серую футболку, которая облегала его широкие плечи, и тёмные джинсы. Его фигура, обычно излучающая несокрушимую силу и уверенность, сейчас казалась уязвимой. Он задумчиво глядел улицы города. Казалось, он был так глубоко погружён в свои мысли, что не заметил, как она вошла. Лили бесшумно закрыла за собой дверь. Каждый удар её сердца отдавался в ушах. Она знала этот взгляд. Взгляд человека, который несёт на своих плечах груз всего мира, который видел слишком много потерь и слишком мало покоя. Она сделала пару шагов к нему. Стив через их связь, почувствовал её и обернулся к ней всем телом. Его голубые глаза, обычно ясные и твёрдые, как лёд, сейчас были полны такой нежности, что у Лили перехватило дыхание. Они смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Тишина в комнате стала плотной, почти осязаемой, наполненной всем, что они не могли или не решались сказать вслух. Слова и не нужны были. В его взгляде она читала усталость от бесконечных битв, страх потерять то немногое, что ему было дорого, и отчаянную, всепоглощающую потребность в тепле и близости. В её глазах он видел понимание, принятие и обещание тихого убежища, где ему не нужно быть Капитаном Америкой. Где он мог быть просто Стивом. В одно мгновение, словно по невидимой команде, они сошли со своих мест, направляясь друг к другу. Расстояние между ними сокращалось, и вместе с ним таяли все барьеры. Стив протянул к Лили руки, и его ладони легли на её талию, притягивая к себе. Он обнял её так крепко, словно боялся, что она растворится в воздухе, и в этом объятии была вся его накопившаяся тоска. А потом он поцеловал её. Это был не нежный, робкий поцелуй. Он был страстным, отчаянным, почти голодным. Лили ответила без малейшего колебания, обвивая его шею руками и прижимаясь к нему всем телом. Она чувствовала, как напряжены его мышцы, как бешено колотится его сердце в унисон с её собственным. Её пальцы зарылись в его светлые волосы, и она отвечала на его поцелуй с той же силой, вкладывая в него всю свою любовь, всё своё желание защитить его от этого жестокого мира. Стив издал тихий стон, не разрывая поцелуя. Его руки скользнули ниже, и он легко, словно она ничего не весила, поднял Лили за бёдра. Её ноги инстинктивно обвились вокруг его талии. Не отрывая своих губ от её, он сделал несколько шагов и осторожно опустил её на мягкое покрывало кровати, нависая сверху. Поцелуй становился глубже, жарче, стирая границы между ними, оставляя в этой комнате, в этой вселенной, только их двоих. Комната исчезла, растворившись в вихре их страсти. Одежда, небрежно сброшенная на пол, стала последним напоминанием о мире, который они оставили за дверью. Стив и Лили отдавались друг другу с отчаянной жадностью, словно пытались восполнить бесконечные дни и ночи, проведённые врозь. Их поцелуи были глубокими, требовательными, заглушая любые звуки, кроме биения их сердец. В этот момент существовали только его руки на её коже и её дыхание на его шее. Они навёрстывали упущенное время, сжигая в своём огне всю боль долгой разлуки. *** За окном едва начал виднеться рассвет, окрашивая небо в нежные, перламутровые тона, но в их спальне царил уютный полумрак. Стив и Лили не спешили вставать, цепляясь за эти драгоценные минуты, пытаясь украсть у наступающего дня ещё немного времени — времени, чтобы просто быть вдвоём. Лили, свернувшись калачиком, нежилась в кольце его сильных рук. Она чувствовала, как его пальцы осторожно скользят по её хрупким плечам, зарываются в волосы, и это простое прикосновение говорило о любви и защите. Подняв голову, она встретилась с его взглядом. На лице Стива застыла тень глубокой задумчивости, его мысли были уже далеко, там, где снова ждали опасность и долг. Лили знала это выражение лучше, чем своё собственное отражение в зеркале. — Снова в бой? — её голос прозвучал почти шёпотом, но в тишине комнаты он был оглушительно ясным. Стив медленно повернул к ней голову. Его глаза, полные нежности, остановились на её лице. Он наклонился и мягко, почти благоговейно, коснулся губами небольшого пореза на её лбу — немого свидетельства недавних событий. Им не нужны были лишние слова, чтобы объясняться. Их души давно научились говорить на одном языке — языке прикосновений, взглядов и общей тишины, в которой они понимали друг друга. *** Стив и Лили уже ждали в большой комнате, где до этого проводилась встреча. Остальные тоже стали подтягиваться. Напряжение витало в воздухе, тяжелое и осязаемое, как предгрозовое облако. Каждый понимал, что сейчас решается судьба Вижена. Наконец, в дверном проёме появилась Шури. Ее лицо было серьезным, но в глазах мелькнул огонек решимости. — Яд полностью вышел из Вижна, можно извлекать камень, — сказала Шури, смотря на Ванду, ожидая ответа. Ванда кивнула в знак согласия. Ее сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Она переживала за Вижена, за его жизнь, за то, каким он станет после этой «операции». Никто не знал, как отреагирует его тело на новый камень, на эту чужеродную, но жизненно необходимую замену. Шури развернулась и направилась в соседнюю комнату, где был Вижн. Дверь за ней бесшумно закрылась, оставляя остальных в томительном ожидании. Минуты тянулись бесконечно, каждая секунда казалась часом. Стив погладил Лили по плечу, пытаясь успокоить ее. Прошло около тридцати минут, когда Шури вышла вновь. Ее взгляд скользнул по лицам присутствующих, и она позвала всех. — Заходите, — тихо произнесла она. Все поспешили в комнату. Вижен лежал на койке, его глаза были открыты, но взгляд казался немного затуманенным. Лазер над камнем в его голове чуть жужжал, испуская тонкий луч света, который пульсировал в такт невидимому ритму. — Ванда, как только камень можно будет изъять, сразу приготовься заменить на другой, — голос Шури был спокойным, но в нем чувствовалась стальная решимость. — Хорошо, — взволнованно сказала Ванда, подходя ближе к Вижну. Она взяла его за руку, ее пальцы слегка дрожали. Кожа Вижна была прохладной, но в ней чувствовалась слабая пульсация. Он посмотрел на нее, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на надежду. Шури кивнула, затем повернулась к одному из мониторов. — Начинаем, — произнесла она, и жужжание лазера стало чуть громче, а луч света — ярче. Все затаили дыхание, наблюдая за этим критическим моментом, когда старый камень, источник его силы будет извлечён, а на его место придет новый, обещающий новую жизнь. Ванда сосредоточилась, чувствуя, как энергия начинает собираться в ее ладонях. Она знала, что должна быть предельно точной, любое промедление или ошибка могли стоить Вижну жизни. Ее взгляд не отрывался от камня, который медленно, миллиметр за миллиметром, поднимался из головы любимого под воздействием лазера. Стив и Лили стояли чуть поодаль, их лица были напряжены. Они видели, как Ванда дрожит, но ее решимость была непоколебима. Наконец, Шури произнесла: — Камень готов к извлечению. Ванда, сейчас! Ванда глубоко вдохнула. В тот же миг, когда старый камень, пульсирующий жёлтым светом, полностью отделился от Вижена и завис в воздухе, она выбросила вперед руку. Из ее ладони вырвался поток алой энергии, который окутал новый камень, лежавший на подносе рядом. С невероятной скоростью и точностью, Ванда переместила новый камень, идентичный по форме, но излучающий мягкое, красно-зеленое свечение, в освободившееся место. Все произошло за считанные секунды. Старый камень, лишенный поддержки, упал на пол с глухим стуком, его свет мгновенно померк. Новый же, едва коснувшись головы Вижена, тут же слился с его плотью, словно всегда был там. Лазер над ним тут же выключился. В комнате повисла тишина. Все взгляды были прикованы к Вижену. Его глаза оставались открытыми, но теперь в них не было той затуманенности. Они были ясными, глубокими, и в них читалось что-то новое — спокойствие, умиротворение. Внезапно тело Вижена начало меняется. Процесс был плавным, почти гипнотическим. Багровый оттенок его кожи стал бледнеть, сменяясь тёплым, живым цветом. Трансформация началась с головы: на ней появились мягкие, короткие волосы светлого оттенка, а губы обрели естественный розовый цвет. Самое невероятное произошло с камнем — он не исчез, а словно растворился, и кожа на лбу сомкнулась, не оставив после себя даже шрама. Когда последняя искра синтетического свечения угасла, перед ними лежал обычный человек. Он медленно моргнул, его глаза, теперь полные не аналитического холода, а человеческого любопытства, обвели комнату. Затем он сел, его движения были плавными, но немного неуверенными. Пальцы коснулись лба, где раньше сиял артефакт, и на его лице расцвела тихая, счастливая улыбка. — Я… человек, — произнёс он, и в его голосе прозвучали новые, тёплые нотки. Ванда не дала ему сказать больше. Со счастливым всхлипом она бросилась к нему, обвивая его руками. Её лицо было мокрым от слёз, но она улыбалась так, как никогда прежде. — У нас получилось! — прошептала она, крепко обнимая его. Всеобщее ликование, наполнившее комнату, было почти осязаемым. Смех и облегченные вздохи смешивались в единый гул победы, но он внезапно оборвался. Шури, до этого момента разделявшая общую радость, вдруг замерла, устремив взгляд на голографический дисплей своих часов. — Прошу прощения, что прерываю праздник, — её голос прозвучал на удивление спокойно, но в нём слышались стальные нотки. — Но у нас гости на подходе. Одно это слово — «гости» — заставило воздух в комнате загустеть. Улыбки сползли с лиц, а расслабленные позы сменились напряжённой готовностью. Никто не задавал лишних вопросов. Все и так поняли, о ком идёт речь. Словно по невидимой команде, комната превратилась в улей: кто-то натягивал тактическую экипировку, кто-то проверял оружие, щелчки затворов сменили весёлый гомон. — Лили, — окликнула Шури, и девушка обернулась. Принцесса Ваканды протягивала ей аккуратно сложенный комплект одежды из тёмной, ткани. — Мой брат просил передать это тебе. — Ох… не стоило, правда, — смутилась Лили, принимая неожиданный дар. Ткань на ощупь была невероятно лёгкой, но прочной. — А это для тебя, — Шури повернулась к Стиву, вручая ему небольшой, но идеально сбалансированный щит из вибраниума. — Собирайтесь. Времени у нас в обрез. Лили с недоумением посмотрела сначала на новый щит, а потом на Стива. — А что случилось с твоим? — тихо спросила она, пока он закреплял ремни на предплечье. Стив лишь криво усмехнулся. — Тони забрал его. Это долгая история. Обещаю, расскажу всё позже. *** На Шури легла непростая задача: присматривать за Виженом. Он ведь теперь не просто машина, а живой человек. А камень Разума она спрятала в надёжное место. Народ Ваканды, всегда гордый и самодостаточный, теперь стоял плечом к плечу со Мстителями. Это был не просто союз, это было единение перед лицом общей угрозы. На огромном поле, простирающимся перед столицей, собрались воины Ваканды, их вибраниумовые доспехи блестели, и Мстители, их лица были сосредоточены и полны решимости. Среди них, на передовой, стоял Стив Роджерс. Его временный щит был готов, его взгляд — острым, как клинок. Приспешники Таноса, их лица были скрыты под шлемами, их голоса звучали как скрежет металла, произнесли свои угрозы. — Отдайте камень, — прозвучал их призыв, — и меньше жизней будет потеряно. Это ваш единственный шанс на пощаду. Но такой исход был неприемлем. Никто не хотел видеть, как их мир, их семьи, их будущее будут уничтожены. Внезапно, защитный барьер Ваканды, который до этого казался непроницаемым, замерцал и приоткрылся. Это был не прорыв, а скорее приглашение, или, возможно, ловушка. И в этот момент, из разверзшейся бреши, хлынули они. Создания, которых никто никогда не видел. Их формы были чужды, их движения — неестественны. Но народ Ваканды и Мстители не дрогнули. Страх не имел власти над ними. В их глазах горел огонь решимости. — За Ваканду! — раздался клич воина Ваканды, и они бросился вперед. Стив Роджерс, был первым, кто нанес удар. Его щит, сверкнув в воздухе, врезался в грудь одного из пришельцев, отбросив его назад. Началось сражение. Звук вибраниума, сталкивающегося с чужеродной броней, смешивался с криками и грохотом. Наташа Романофф, словно фурия, кружилась в вихре боя. Ее движения были отточены до совершенства, каждый удар, каждый блок — смертоносен. Она сражалась как никогда, ее глаза горели решимостью. Рядом с ней, словно тень, двигалась Лили. Ее новая способность была как никогда кстати. Лили, с невероятной легкостью и изяществом, создавала из чистой энергии клинки, которые, словно серебряные молнии, летели в противников. Каждый клинок находил свою цель, пронзая броню и плоть, оставляя за собой лишь вспышки света и крики боли. В пылу сражения, Лили даже не заметила, как к ним на помощь пришел Тор. Его молот, Мьёльнир, свистел в воздухе, разбрасывая врагов, словно кегли. Внезапно, Лили увидела, как Стив, бросился в небольшой лес, преследуя одного из помощников Таноса. Не раздумывая ни секунды, Лили последовала за ним. Ее инстинкты кричали об опасности, и она знала, что Стиву может понадобиться помощь. Лес встретил ее тишиной, нарушаемой лишь шорохом листвы под ногами. Вскоре она услышала звуки борьбы. Пробравшись сквозь заросли, Лили увидела Стива. Он сражался сразу с тремя пришельцами, его щит мелькал, отражая удары. Лили, не теряя ни секунды, бросилась в бой. Ее клинки полетели в противников, отвлекая их внимание от Стива. Когда последний враг был повержен, Лили хотела подойти к Стиву, чтобы убедиться, что он в порядке. Но в этот момент мощный удар отбросил их в разные стороны. Земля содрогнулась, деревья затрещали, а воздух наполнился зловещей энергией. Поднявшись на ноги, Лили и Стив увидели его. Перед ними стоял сам Танос. Его массивная фигура возвышалась над ними, а в глазах горел холодный, безжалостный огонь. Перчатка Бесконечности на его руке зловеще поблескивала, предвещая новую, еще более страшную битву. Стив не долго думая, набросился на титана. Танос, лишь усмехнулся, видя приближающегося человека. Он ожидал легкой победы, очередного поверженного героя, который лишь подтвердит его превосходство. Но то, что произошло дальше, заставило даже его, могущественного Таноса, пошатнуться. Стив, словно вихрь, обрушился на него. Его удары, отточенные годами тренировок и бесчисленными битвами, были не просто сильными — они были точными, что самое удивительное, эффективными. Кулак Капитана Америки, казалось, пробивал не только броню, но и саму уверенность Таноса. Каждый удар, каждый толчок, каждый выпад заставлял титана отступать, терять равновесие. Танос, привыкший к тому, что его противники отлетают от одного его прикосновения, не мог понять, как этот человек, без сверхспособностей, без божественной силы, мог так упорно сопротивляться, так больно бить. В глазах Таноса мелькнуло раздражение, смешанное с легким недоумением. Он не мог устоять. Его массивное тело, казалось, было слишком медленным, слишком неповоротливым, чтобы противостоять яростной грации Стива. В этот критический момент, когда Танос был на грани того, чтобы потерять инициативу, сверху, словно тень, спрыгнул один из его приспешников. Его верный генерал, чье лицо было искажено напряжением. В его руке, словно драгоценный камень, сиял Камень Разума. Словно по заранее отработанному плану, генерал подбросил Камень Разума вверх, прямо в протянутую руку Таноса. Видимо, его приспешники, несмотря на все препятствия, смогли пробраться к Шури. Мгновенная вспышка осознания пронзила Стива — все его усилия, вся его отчаянная борьба, возможно, были напрасны. Танос, воспользовавшись секундным замешательством Стива, оттолкнул его от себя мощным ударом. Капитан отлетел на несколько метров, тяжело приземлившись, но тут же поднялся, его взгляд был прикован к Таносу. Титан, с торжествующей ухмылкой, вставил последний, Камень Бесконечности в свою перчатку. Жёлтый свет камня Разума слился с остальными, и перчатка засияла всеми цветами радуги, излучая невообразимую мощь. Ухмыляясь своей победе, Танос поднял руку, на которой теперь сияла Перчатка Бесконечности, и щёлкнул пальцами. Лили не могла поверить в происходящее. Они проиграли. Когда Танос щёлкнул пальцами, половина Мстителей и жителей Ваканды просто исчезла. Стив видел, как Джеймс бежал к нему, и в следующее мгновение его уже не было. Люди рассыпались в прах прямо на его глазах, и он не мог поверить своим глазам. Он повернулся к Лили. Она смотрела на него, нахмурившись, и сделала шаг, но споткнулась и упала. Стив тут же подлетел к ней, подхватывая на руки. — Что-то не так, — тихо прошептала Лили. Моргнув, она посмотрела в его встревоженные глаза. Тело Лили начало рассыпаться, словно пепел, каждая частичка медленно отделялась и поднималась вверх. — Лили, — моляще произнес Стив, в последний раз видя ее глаза. На его руках ничего не осталось. Только пепел, который ветер унес в небо.