***
Василиса проснулась. До восхода солнца ещё оставалось 2-3 часа, и девушка решила, что самое время мешать исполнению чужих планов. Она встала и поняла, что что-то опять не так. — Каждый день интересней другого. Что на этот раз? — заинтересованно произнесла она почему-то вслух, но тут же улыбнулась: паранойя начала развиваться, всё время ищет какие-то подвохи. Всего лишь-то снега намело побольше, да и всё. Но, подумав ещё немного, решила, что пусть лучше она будет всего опасаться, чем недооценивать противника. Ведьма побрела в сторону чёрного рынка: надо же забрать нового раба — при этом слове Василиса скривилась, слишком властно оно прозвучало. «Такими темпами можно и совсем очеловечиться.» — прозвучало в её голове, но как-то чуждо, неправильно, не по-Василисенски. «А может оно и не звучало?» — у ведьмы опять начали зарождаться самые невероятные подозрения. Выкинув из головы всякую чушь, она в довольно плохом настроении, и, сетуя себе под нос про то, что летающие метлы — это выдумка для устрашения людей, отправилась выполнять свой план.***
Василиса быстро открыла клетку своего нового раба и негромко сказала: — Вставай, нам до восхода солнца ещё дойти успеть нужно. Но раб даже не пошевелился. Он лежал, свернувшись из-за тесноты клетки в три погибели. Василиса присела и пристально посмотрела на него. — Он в беспамятстве. Или мёртв. С утра самого лежит, — раздался хрипловатый, но весьма приятный голос. Василиса обернулась на звук. В другой клетке, стоящей в некотором отдалении, сидел, ухмыляясь, человек. Вот уж кто точно не казался холопом. Тонкие, аристократичные черты лица, темные волосы, дерзкая и одновременно загадочная улыбка. Василиса отметила про себя что этот человек в целом похож на князя тьмы, или что-то подобное, но сильно это девушку не впечатлило. Явно попал недавно. Вчера же его не было. — Тебе рот ещё не заткнули? — Спросила Василиса. — Не осмеливаются. — Хмыкнул он. — Если бы они тебя боялись, то ты был бы на свободе. Разве нет? — Как видишь, нет. Василиса решила больше не задавать вопросов: всё равно это её не касается, а излишнее любопытство карается недоверием. Она потрогала руку холопа. Теплая, и пульс прощупывается. Живой. Василиса с усилием перевернула его. — Отравили значит. — тихо пробормотала она себе под нос. — Кому-то, значит, это выгодно, но неужели они догадались. — Кто «они», девушка и сама не знала. Кто-то. На лице Василисы появилось испуганное выражение, внутри у неё бушевала паника и страх. Через несколько секунд это чувство превратилось в гнев. Ведьма с трудом начала сдерживать себя, чтобы не разрушить всё вокруг. Такие приступы случались у неё очень редко и буквально не из-за чего. — Эй! Что с ним? И что с тобой? — голос мужчины прозвучал обеспокоенно. — Тебе-то какое дело?! — Ярость всё больше и больше овладевала девушкой. — Не хочу, чтобы ведьма разнесла здесь всё к чертям. — спокойно произнёс он. — Я тоже не хочу, поэтому, прошу, не отвлекай! — Истерично ответила девушка. — Да как ты смеешь?! Обращаться ко мне на ты, глупая девчонка?! — резко и зло прозвучали слова, которые до этого никто бы не посмел сказать ведьме, но, видимо, не в этот раз. — Ну и как же Вас зовут, о, Великий? — язвительно спросила быстро успокоившаяся Василиса. — Надо же, как быстро меняются эмоции. — спокойно отозвался человек. — И правда, хочешь прекратить истерику — сам поистери. Сначала твоё имя. — Василиса, но тебе это ничего не даст, по крайней мере, не должно. — Даст или не даст — это моё дело. Тесар. Что с Данилой? — Видимо он успел узнать имя, в отличии от Василисы. — Тебе-то наверное лучше знать, ты здесь ночью был, не я. — немного с издёвкой произнесла девушка. — Отравлен. Не смертельно. — Разве для ведьмы вылечить человека проблема? — Для меня — да, я в этом особо не сильна, да и от ядов противоядие дольше варить, чем подождать. Да и вообще, с чего ты решил, что я ведьма? — Ну знаешь ли, когда обычные люди истерики закатывают, пол, потолок и стены не трясутся, а объяснив, что вылечить человек для тебя проблемы, ещё сильнее убедила меня в этом. Ну и зачем тебе раб, разве ведьмы не предпочитают делать всё самим? Проснется. — Да тебе-то какая разница? —Ну, как видишь, я сам не свободен и не прочь вылезти из этой клетки. — Знаешь ли, я не слишком-то богатая, чтобы второго купить. — Они только рады будут от меня избавиться. Бесплатно отдадут. — Да ладно? Ну что же, сам напросился. Какая только тебе выгода? Но, уже не слушая ответ, Василиса ушла за торговцем. Как ни странно, Тесар почти угадал: торговец взял подозрительно мало. Также Василиса взяла коня Тесара, который попал на невольничий рынок вместе с хозяином.***
— Ты должен проводить одну девочку, до её дома. Скакать до туда дня три-четыре, если лошадей конечно не загонять, карту и деньги я дам. Сейчас приедем на постоялый двор, я должна вещи забрать и уеду. Добираться будете сами. Дождёшься, пока проснётся, скажешь, что я уехала, надо будет — силой увезёшь, Дашка слово, наверное, дала, не захочет уезжать. Понял? — Чуть-чуть подумав, Василиса тихо добавила: — Обидишь её, или кто другой обидит, дорого заплатишь. Ты меня понял? — Да. — Довезёшь её — и свободен. Иди на все четыре стороны. Василиса остановила коня и, не обратив внимания на протянутую руку Тесара для спуска, легко спрыгнула сама. Тесар, похоже, немного расстроился или был недоволен манерами Василисы. Но девушка всё равно не обратила внимания. — Жди тут, коня прогуляй пока. — Сказала она и направилась в сторону дверей. Мужчина вздохнул. Зайдя в помещение, Василиса услышала голос хозяйки. Быстро, чтобы её не заметили, она шмыгнула в комнату, где осталось ещё несколько нужных для неё вещей и где должна была спать Даша, но девочка была бодра и встретила Василису приветливой улыбкой. У Василисы рухнуло сердце: опоздала.