Оранжевые цветы по твоему запястью

      Лучи восходящего солнца забрались в твою комнату в шесть утра, тонкой полоской падая на глаза и нарушая чуткий сон. Однако несмотря на лёгкое пробуждение ты вовсе не выспалась. Устоявшийся из-за стримов Эйдана и переписки с Майком, режим не давал тебе заснуть до полуночи. И вот ты, чувствуя смертельную усталость, выходишь на кухню, чтобы обнаружить своего соседа в состоянии не лучше. Однако если насчёт его состояния вопросов не возникло, то твоя сонливость удивила Эйдана.       —А ты чего не могла заснуть? Ты же в этом часовом поясе всю жизнь жила,—вопрос подростка встретил удивительную искренность. Твоё плывущее сознание в столь ранний час не могло придумать ничего, кроме как сказать правду, от которой Галлахер, казалось, опешил.       —Я привыкла переписываться с Майком и смотреть твои стримы до полуночи, но их отсутствие не спасло мой убитый режим,— и игнорируя заинтересованный взгляд, ты прошла к кофемашине, чтобы наконец привести себя в работоспособное состояние. Пара нажатий и комнату заполнил уже родной аромат. Однако в это мгновение ты заметила, что он не совсем появился, он усилился. Только сейчас ты подметила, что Эйдан, как и ты, пропитался ароматом этого приятного напитка. Но вот спустя пару глотков ты осознаёшь одну глупую деталь, доселе не имевшую значение.       —Чёрт,—тихое ругательство вырывается из твоих уст, когда смотря под ноги, ты понимаешь, что по привычке натянула пижаму с утками. Заметив твою панику сонный парень усмехнулся, ероша твои и без того спутанные кудри.       —Не парься, по-моему это очень даже мило,—и стараясь спрятать подступающую панику, ты убрала свою кружку на стол, занимаясь приготовлением завтрака и кофе. Второе, кстати, Галлахер схватил ещё до того, как ты закончила, допивая напиток за пару минут.       —Ладно, поешь, а я пока пойду собираться,—и сбежав под таким предлогом, ты схватила школьную форму и заскочила в ванную. Там ты залезла в душ в одежде, ощущая как сердце бешено колотится. Ты уже успела допустить две промашки: сказала Эйдану что смотришь все его стримы и вышла в этой дурацкой пижаме. Холодная вода к счастью успокоила тебя, перетягивая внимание на себя.       Наконец сняв и кинув пижаму в стиральную машину ты решила принять душ. Под руку попался твой гель для душа с запахом яблока с корицей. Обычно ты использовала его зимой, подстать холоду и уютной атмосфере, однако сейчас этот аромат почему-то сочетался с начинающими желтеть деревьями. И с уютом который ты ощущала в компании парня, сидящего сейчас на кухне.       Вновь вспомнив Галлахера, ты прижалась к холодной плитке на стене, столь контрастирующей с горячей водой. Как бы ты ни старалась подавить свою симпатию, понимая что фанатская влюблённость не то, что можно назвать любовью, но чувства вновь заполняли сердце всё с большей и большей силой. Ты понимала что от столь тесного общения твой фанатизм перетекал в нечто большее, ты и в правду влюблялась в Эйдана. Но уже в того, которого действительно знала.       Выбравшись из душа, ты быстро просушила волосы натянула школьную форму. В этот раз ты забила на жилетку, просто надевая штаны с рубашкой. Однако с причёской возникла проблема: ты залезла в душ с собранными в хвост волосами, отчего резинка промокла.       Выйдя из ванной, ты столкнулась с Галлахером, который удивлённо вздёрнул брови. Сначала ты не поняла, что привлекло его внимание, но спустя секунду молчания вспомнила про распущенные кудри.       —Почему ты вообще их собираешь?—на вопрос ты вновь ответила без фальши. Смысла скрывать эту информацию не было.       —Привычка. В прошлом классе неопытная классная руководительница строго следила за дресс-кодом и требовала собирать длинные волосы,—на этих словах парень провёл рукой по твоим волосам, убирая спавшую на лицо прядь и вновь вгоняя тебя в панику. Задумчивость подростка свидетельствовала о том, что он наконец проснулся до конца и, осознав это, ты понадеялась, что Эйдан не помнил твоих слов про стрим.       —Оставь их так, тебе идёт,—и снова ты заливаешься краской, отводя взгляд в сторону и пытаясь скрыть это. Галлахер лишь улыбается и уходит в душ, после чего ты возвращаешься на кухню.       Быстро перекусив, ты решила выйти и покормить Черныша. Кот, прибившийся к вашему двору раздражал соседей, однако ты, как человек добродушный, решила подкармливать бедняжку. Тем не менее сегодня старого пушистика ты не обнаружила.       —Должно быть гуляет,— заключила ты, собираясь покинуть закоулок, однако обернувшись, наткнулась на взрослого мужика. Чувство страха постепенно начало расти. Криминальные банды тусовавшиеся в разных частях города и называвшие себя производными от места названиями были знакомы тебе не по наслышке. Пару раз увидев их на улице в действии, ты предпочла не иметь с ними дела, но лица запомнила, чисто ради безопасности.       —Что тебе нужно?— небрежно бросила ты, стараясь не вести себя излишне любезно. Тем не менее приставленный к горлу нож заставил тебя поменять свою тактику, переспрашивая уже более культурно.       —Ты вчера отшила деда?—сердце упало в пятки, а на лице проскользнула истерическая улыбка. Ты поняла всё практически сразу, узнавая в мужчине домогавшемся до тебя вчера одного из кормильцев, покрывающих подобные группировки. Таких людей в деятельность не вовлекали, но выручкой делились, а всё потому что предоставление алиби было бесценной и опасной деятельностью.       Ты промолчала и ощутила как холод лезвия у горла отступил, сперва выдыхая, но после вскрикивая. Нож полоснул по щеке, оставляя небольшую отметину чуть ниже скул. Угрозу ты слышала словно из под воды, но всё же мутный тип тебя отпустил и ты поспешила забежать в дом.       К твоему счастью Эйдан всё ещё был в душе и ты успела заклеить порез и придумать оправдание. И вот парень показался сперва с улыбкой на губах, а после, нахмурившись. Пластырь ты скрыть не старалась и, бросив что просто упала и ударилась о стол, поспешила забрать рюкзак и направиться в школу. Конечно парень тебе не поверил...       Галлахер не стал ничего выпытывать, однако сделал в голове пометку о мужском одеколоне, аромат которого внезапно начал исходить от тебя, и о том, что ты куда-то выходила и на кого-то наткнулась.       Дорога в школу была нудной и долгой из-за повисшего молчания. Проходящие в сонном бреду мимо вас, школьники не замечали ничего. Однако вот вы входите в здание и происходит сама собой разумеющаяся вещь.       Толпа учеников, узнавших о прибытии Эйдана обступила его, отталкивая тебя куда-то назад с приличной силой, из-за чего ты упала на пол. Парень тут же подал тебе руку, помогая встать, после чего вы с трудом, но всё же прошли в кабинет, где парень сел рядом с тобой за третьей партой ряда у окна.       В тот момент в голове вперемешку с выученным стихотворением вертелись слова нападавшего. Ты вновь ощутила ужасную усталость и подпёрла голову рукой. Но у Галлахера на все твои проблемы находилось лекарство, состоявшее в введении тебя в состояние паники или смущения. Этот раз не стал исключением...       —А какой у тебя ник?—этим вопросом парень очень ясно показал что не забыл о том, что ты сидела на его стримах. Ты лишь залилась краской, продолжая молчать. Эйдан бы так и продолжил бы спрашивать, если бы не появившиеся Кэт и Майк. Ребята расположились сзади, предварительно возмутившись, что они бы хотели сидеть не так, а по степени знакомства. Однако даже своему другу подросток не уступил, говоря что будет сидеть только здесь.       Ты лишь ухмыльнулась, понимая что разрушила все шансы Кэт одним фактом того, что она стебёт тебя за веганство. А вот девушка пока с трудом осознавала причину отказа в соседстве с ней. Майка же просто расстроила невозможность сесть с тобой, но ты его чувств не разделила, постепенно присыпая за партой.       И вот первый урок начался. Всю историю ты суфлировала, переводя своему другу то, что рассказывала учительница. Конечно всех это раздражало, однако ничего поделать никто не мог, ибо в таком случае парень бы попросту не понял информацию, а ты бы не выполнила свои обязанности. Пару раз кто-то цокал, но этим всеобщее возмущение и ограничилось.       Второй урок в твоём переводе уже не нуждался, ибо это был английский, который являлся родным языком Эйдана. Друг часто шутил о чём-то и обсуждал с тобой прочитанный текст, но группа в которой ты училась лишь подключилась к беседе. По сути на этом занятии парень заменил учительницу, ибо ваша классная ничего так и не сказала, лишь поправляла порой орфографию и произношение некоторых ребят. Хотя у большинства это был именно акцент, возникший под влиянием американских песен и сериалов.       Третий урок ознаменовался стихотворениями, которые вы учили. Ты, по привычке, не поднимала руку до последнего, повторяя и ожидая когда тебя вызовут. Однако когда твоё имя прозвучало, ты поняла что эмоционально не готова и еле встала на подкосившиеся от ужаса ноги. Дойдя до середины класса, ты принялась рассказывать его. По началу спокойная интонация всё больше и больше разгоралась по мере продвижения, обретая новые эмоции и краски, через которые ты выражала собственные чувства. И в эти секунды ты обращалась то к Эйдану, признаваясь в самых искренних чувствах,то к Майку, моля о спасении от собственных чувств, но когда всё закончилось ты застыла поражённая произошедшим ровно до момента, когда одноклассники начали тебе аплодировать.       Сев за парту, ты снова подпёрла голову, проваливаясь в сладкий сон и лишь слыша как Галлахер, сидящий рядом, усмехнулся.       И вот четвёртый урок. Заглянув в расписание, ты вздохнула, осознавая, что тебя ожидает шоу. Биология стала проблемной в позапрошлом году, когда к вам пришла новая учительница, ставшая преподавателем хим-био направления. Всё бы ничего, однако красноречивое заявление прежних подопечных этой женщины вас уже насторожило.       "С ней ваши дети не будут знать ни химию, ни биологию!"       Так и вышло, по крайней мере на химии в позапрошлом году ты провалилась с треском, сталкиваясь с нерушимой позицией учительницы и абсолютным неумением преподносить материал. Выйдя с одной тройкой, ты явно была не рада узнать, что она будет вести биологию в новом классе. Но вот к твоему везению ты адаптируешься и учишься списывать и в прошлом году благодаря новой химичке и навыку получаешь пять и по тому, и по тому. Но всё равно с каждым уроком ты убеждаешься в невменяемости этой женщины и наблюдаешь сорок минут дурдома похлеще того, в котором лежал Диего.       И в этот раз главным героем стала ты, которую пожилая женщина постоянно затыкала, когда ты переводила Эйдану её слова. Наконец ты взорвалась, решая выразить всё своё недовольство вопреки советам одноклассников молчать. Ну, как и ожидалось - тебя спровадили в коридор, оставляя твоего друга в кабинете.       Проходит половина урока и к тебе выходит Майк. Парень чем-то крайне недоволен. Сначала ты предположила что причиной была учительница, но тот лишь гневно обращается к тебе.       —И почему ты просто не замолчала?—ты посмотрела на друга как на идиота, после чего оперевшись на стену, спокойно объяснила что обязана переводить Галлахеру все слова учителей,—Ты на такое готова ради него?—сперва ты не понимаешь смысла слов Уиллсона, а после и его самого. Внезапное недовольство Эйданом, которого тот прежде чуть ли не боготворил как-то плохо вязалось в твоей голове,—И не говори что на щеке тоже ради или из-за него?—ты уже хотела повторить утреннею отмазку, однако парень перебил тебя, говоря что не дурак и знает что это не от стола.       Помолчав секунды три, ты наконец спокойно изложила ему произошедшее с тобой этим утром, наблюдая как на лице Майка одна за другой сменяются эмоции от ужаса до злости. Наконец когда ты замолчала, он уже открыл рот чтобы что-то сказать, когда за его спиной открылась дверь и к вам вышел потрясённый Эйдан.       —Т/и, что это значит?— он всё слышал...