Будет ли счастье?

А вот и глава, просим прощения за опоздание. В примечаниях написано почему.

***

Стук в дверь - Войдите – проговорила директор в дверном проеме появилась Буше. - Рада Вас видеть, Мари. – стиснув зубы произнесла Лаура. В то время Мария сидела на корточках перед Тиной. - Нам надо поговорить, Лаура Альбертовна – произнесла Мари, посмотрев на тех двоих. - Сейчас не время, попрошу вас покинуть мой кабинет. – провожая Мари взглядом процедила Лаура. - Нет уж, Лаура Альбертовна! Вы же не хотите, чтобы с какой-нибудь девочкой что-то произошло? – с ухмылкой произнесла Буше. Мария обернулась моментально, а Тина заплакала. Вернувшись к мулатке, блондинка начала успокаивать бедную девочку. - Вам не стоит трогать девушек, Вы не имеете на это права. Все на что вы имеете права, это слова. – взгляд Лауры становился устрашающим, ведь ей абсолютно не нужны самоубийства на проекте. - К слову, Вашей Марии Владимировне надо, купить мозги, странно как её сюда позвали. – произнесла с усмешкой Буше. - С каких пор Вы так выражаетесь? Мари, твоё мнение никого не волнует, пошла прочь! – повысив голос произнесла брюнетка. - А знаете, Лаура Альбертовна, я уйду. Только скажу пару слов Машеньке. Они ничего не добилась в этой жизни, ей все легко досталось, она никто. Она просто глупая, лицемерка. А Вы человек, который добился всего сам. – демонстративно развернувшись и захлопнув двери произнесла ходячая декорация. - Маш? – подойдя уже к жене сказала Лаура. - Все нормально, Тина, ты вообще, как? – протараторила Маша. - Все нормально и не слушайте эту стерву – соизволила сказать мулатка. - Тина! – возмущено произнесла Блондинка. - Если ваш конфликт будет обоснован на слове "стерва", то я точно сойду с ума. – тяжело выдыхая сказала брюнетка. Повисло молчание и глупый смешок Маши. - Тиночка, можешь идти, все хорошо будет. – сказала Мария и обняла Тину. Перед выходом и старшая Лукина обняла мулатку. - Она точно ничего не сделает с собой? Лар... – с грустной ноткой в голосе произнесла Маша. - Нет, Мань. Я надеюсь. – ответила брюнетка, обняв за плечо белокурую. Маша упала на колени брюнетки и заплакала. Всхлипы безысходности или же оскорблений? Нет, все вместе. - Это правда? Скажи честно, Лар – очередной всхлипы белокурой. -Конечно, нет. Как ты можешь думать о таком, мой милый ангелочек. Не думай об этом, она не знала, что несет. – поглаживая волосы отвечала Лукина. - Почему она так со мной? Что я ей сделала? – Спросила дрожащим голосом Мария. - Я не знаю, что на неё нашло. - Может у неё проблемы? Может ей нужна помощь? – поднялась на локти блондинка и посмотрела в глаза любимой. - Маш, опять ты со своим добрым сердцем, успокойся. Было бы ей плохо сидела и разбиралась со своими проблемами, а не к нам лезла. – Лаура положила Марию обратно на колени и продолжала гладить блондинистые волосы. Её белокурый ангелок уснул. Опухшее личико, красные глаза, потекшая тушь. Она все равно выглядела прекрасна. Идя по дороге в кабинет у Мари началась истерика. - Боже, зачем. Я же люблю ее... Зачем столько боли приносить ей, бедная Мария надо извинится. Черт, как я поступила слишком подло, нет! – вроде взрослая женщина, а истерика взяла вверх. Когда Тина шла по коридору от кабинетов преподавателей услышала за дверь истошные крики Мари. Крики помощи? Мулатка решила прийти и поговорить с Лаурой Альбертовной по этому поводу. - Извините, Лаура Альбертовна, можно? - Да, войди. - Мм, здравствуй... Те – Франк удивилась, увидев заплаканную преподавательницу на коленях директора. - вообще, когда я сошла по коридору мимо кабинета Мари Буше, то услышала истошные крики Мари. Похожи на стоны, но это был крик. - Надеюсь это не твоя фантазия. - Нет, как вы могли подумать, Лаура Альбертовна, я может и стрипуха, но не лгунья. -Тиночка, на всякий случай. Все же не очень приятная ситуация с тобой произошла. Тем времени в кабинете Мари - Куколка, не сопротивляйся тебе понравится. – все тот же мужчина задирал подол платья Мари и бесцеремонно лез руками к самому заветному. -Пусти, пусти. У меня муж есть, пусти. – кричала Буше с но тот закрыл ей рот. Буше понимала, что бумеранг вернулся. Сначала случай с Лукиной, а потом и с Тиной. - Ничего, перебьется. Скинув с себя джинсы, мужчина достал свой половой орган. - Ну как? Хочешь? Не хочешь, ну хорошо. - Звонкий хлопок, пощечина по лицу Мари. Женщина поняла, что смысла вырываться нет, мужчина был сильным и крепко сжал её обе руки своей одной, а второй раздевал её. Изнасиловать Буше не составило труда, кинув Буше на пол мужчина испарился. Мари встала и начала в слезах собирать и одевать вещи. Как только она одела нежно розовое платье обратно, как в дверь кто-то постучал. Дверь бесцеремонно распахнулась, а на пороге стояла Лукина. - Л.…Лаура Альбертовна? – запнувшись произнесла блондинка. - Да, я. – после хладнокровно ответа брюнетка подошла к Мари и первый удар пришелся по щеке тыльной стороной ладони Лауры. На что блондинка упала, второй удар. - Это тебе за Машу. - ещё один удар, внутри шатенки была злость и чувство что это не справедливо. - Это тебе за ребёнка. - ещё и ещё Лаура Альбертовна била по щекам и по лицу вообще. - Это за всё сказанное. - Прошу, хватит. – задыхаясь, слезно молила Мари. Последний удар и Лукина уходит, будто её и не было. Лаура не жалела не об одном ударе, ей казалось, что Мари просто гнида, которая только завидует. Мари понимала, что теперь не сможет спокойно жить, кровь из носа, верхней губы и ещё несколько незначительных ран на лице. Она за один день пережила всё что переживала весь месяц Мария и ученица. Буше жалела о том, что сделала. Обо всём, мысленно она попросила прощения за всё и встала. Взгляд пал на стол. Ирония судьбы, все как обычно. Но в этот раз канцелярский нож и подоконник. Женщина полностью раскрыла канцелярский нож и приставила к венам, медленно надавливая. Может, она бы всё забыла и жила бы дальше, но ведь при виде Лауры, Марии или Тины будет стыдно, больно и даже как-то обидно. Слёзы катились, истерика, страх, руки тряслись, а глаза слипались от капель солёной воды. Было очень страшно, несовершеннолетние дети останутся без матери и даже не будут знать какая их мать тварь. Только Мари приставила сильнее нож, как кто-то ворвался в её кабинет...