Действовать
31 декабря 2020 г., 21:19
Кэмерон не интересовался тем, что было в те годы между братом и ФБР. И между братом и Таинственной Женщиной, чье имя ему все так же не известно, тоже. Кэмерон старается не думать о подобном — это дело дней минувших, не так ли? А сейчас у них вполне хватает работы. Джонни все твердит, что пора бы восстановить свою карьеру иллюзиониста и дать представление. Не сказать, что он не прав. Даже наоборот. Команда много говорит, он ведь не глухой — слышит. Кэмерон лишь вздыхает. Кэмерон мало в чем уверен с тех пор, как решетки камеры оказались позади. Джонатан наблюдает.
Проходит чуть больше пары месяцев, прежде чем ФБР вызывает их в отдел. Кэмерон поражается тому, сколь спокоен брат. Джонни молчит, сохраняя холодную сдержанность. Он же наоборот — мельтешит, не находит себе места, да и слов тоже найти не получается. То самое паршивое чувство тошноты возвращается. Его мутит от одной мысли, что он встретится с этими людьми. Они — лгуны и предатели — оставили его брата и самого Кэмерона на произвол судьбы, после того как оба они не единожды помогли им. Фокусник не берет в расчет, что все это время Джонатан работал не без ФБР и что Таинственная Женщина была поймана не только с помощью умелых чар брата. Но нет! Кэмерон в очередной раз делает глубокий вдох, силясь успокоиться. Тошнота подкатывает к горлу. Джонатан наблюдает.
— Все будет хорошо, — решает сказать Джонатан прежде, чем брата успеет все-таки вывернуть на не столь старый ковер в гостиной. Смотреть на него сейчас себе дороже, будто бы только приехали из больницы. Не хватает только тремора. Но тот, как видно, проявляет себя в тот самый момент, когда близнец роняет принесенный ему бокал с водой. Джонатан вздыхает, присаживаясь перед ним на корточки, обхватывает своей ладонью его и смотрит в глаза, — Все будет хорошо, Кэм. У них ничего на нас нет.
Брат кажется ему совершенно неисправимым ребенком, ведь Кэмерон делает очередной вдох, поднимая не разбившийся бокал. Ставит его на столик и уходит в комнату, чтобы подготовиться прежде, чем за ними обязательно подъедет машина из ФБР. Одно упоминание этой службы уже выводит из себя и Джонни с трудом сдерживается. Сейчас брату нужен адекватный близнец. Проломить голову агенту ФБР у него всегда найдется время, но лучше не думать об этом и уж точно не отсчитывать минуты. Он ведь не убийца, не так ли? Кэмерон появляется через десять минут, показывает себя донельзя серьезным и сдержанным. Джонатан наблюдает.
***
— Кэмерон, — почти не сдерживает эмоций агент Кей, стоит им появиться на пороге нужного этажа. Девушка едва ли изменилась с последней их встречи, думает Джонатан, но Кэмерон явно думает иначе. Он рассматривает девушку словно впервые видит, во все глаза и с совершенно детским восторгом. Улыбается так, как улыбнулся ему, родному брату, спустя только неделю их воссоединения. А не с ней ли он прощался навсегда? Не ее ли обвинил в обмане? Джонатан ни сколько не ревнует — он совершенно точно знает это. Близнец обнимает Кей, словно ничего и не было. Джонатан наблюдает. — Ты изменилась, — говорит Кэмерон, когда брат уходит в соседний кабинет, чтобы подписать несколько последних документов. На этом, его работа и работа Кэмерона уж точно может считаться законченным. У них есть пара минут для разговора. Было бы о чем говорить… — Повышение? — Можно и так сказать, — не скрывая радости от встречи, отвечает бывшая напарница. Иллюзионист оглядывает ее мельком, подмечая только больше ранее не виденных деталей. О одна из них точно твердит о том, что Кей… — Вышла замуж? — Помолвлена, — так быстро отвечает агент. Кэмерон без слов знает — просто не хочет говорить. Он убирает руки в карманы джинсов, переминается, пытаясь собраться с мыслями. Но девушка его опережает, — Ты не захотел со мной говорить там, в… в тюрьме из-за произошедшего с Джонатоном? Из-за того, что пришлось поменять вас? Кэмерон усмехается криво, совсем без радости или смеха. Усмехается вымучено. Как, казалось бы, все просто. Просто сказать, просто найти слова и просто забыть все. — Я до конца не знал, что это ваш план, что он вообще есть, — говорит наконец-то с предельной честностью парень, — Я… Я просто не хотел говорить. Не было, кхм, настроения. Они еще какое-то время смотрят друг на друга, одновременно начинают улыбаться, но едва ли это говорит об их обоюдной радости встречи. Джонатан не слышит их разговора, хотя они обязаны сказать что-то. Да и вид из окна кабинета кажется в этом момент намного интереснее братских недоотношений, которые еще за тюремной решеткой показались ему банальщиной: Кей не в его, брата, вкусе. Он ведь говорил… Когда документы подписаны, он выжидает пару секунд, прежде чем появиться перед близнецом. Джонатан не говорит ни слова, когда Кэмерон спешно покидает этаж, а затем и офис ФБР. Джонатан нисколько не ревнует, что какая-то девушка вызвала в его брате больше чувств, нежели он сам. Джонатан наблюдает.***
— Спи ты уже, господи, — бурчит сонно Джонни, отворачиваясь от брата к стене. Мало того, что вечер после посещения ФБР вылился в попойку на весь их скромный коллектив. Так еще и его, Джонатана, комната оказалась ближе. Кэмерон еще собравшись всем своим духом, на восемьдесят процентов состоящего из алкогольных паров, дополз только до нее. Перетаскивать его оказалось просто лень. Да и не привыкать им спать вместе. Но то, что он оставил его подле себя и не выгнал спать на коврике — не означает что он… — Да прекрати ты уже пинаться! Резко поворачивается к брату Джонатан, придавливая того телом прежде, чем он успеет выбить ему своими конечностями пару-тройку зубов. Кэм по-видимому просыпается, дышит так, словно марафон бежал. И совершенно не выглядит адекватным, стоит ему уставиться на брата почти что стеклянным взглядом. Джонатан не может разобрать эмоции в глазах близнеца, но тот смотрит и не моргает. Только дыхание успокаивается постепенно. — Тебе приснился кошмар, видимо, — решает прервать показавшейся неуютной тишину Джонни, — Пинался ты, Кэм, так, будто драться умеешь. Но на Кэмерона это не имеет силы. Тот также смотрит на него. И как только глаза не слезятся… Брат смотрит и смотрит, будто бы другого ничего не умеет. Он полностью спокоен. Прежде чем сердце его пропускает серию резких ударов, словно прямиком в грудную клетку Джонатана, лежащего поверх, до близнеца доходит, что — это конец. Ведь то, что в следующий момент Кэмерон касается его рта своим знаменует их падение. Джонатан так долго наблюдал… Пришло время действовать, думает он, отвечая на поцелуй и прижимая брата плотнее к себе. Да, точно, действовать.
