Меняемся капитанами!

POV Наруто Неужели меня ждет такой однозначный конец? Умер на миссии. Хах.

«Неважно как живёт шиноби, важно то, как он умирает!»

Кажется, я понял, что имел ввиду мой крестный под словами — славный конец. Но на этот раз судьба имела на меня свои планы, ибо меня ждал…сенсей? — Неужели, мой ученик погиб? — с издевкой на лице, — спросил Тсуиоши. — Зато славной смертью, — ответил я. После чего, мой сенсей присел на…стул? Откуда он тут…хотя. Я начал представлять себе образ стула, и на моё удивление он возник из ниоткуда, как появляется воздух в закрытом пространстве. Недолго думая, я присел на него, слушая елейный голосок старика Тсуиоши: — Я был изумлён, увидев тебя в покрове хвостатого, — сказал он, явно пытаясь завязать продолжительный разговор. — Ты…управляешь им? — Нет. Сотрудничаю, — понуро ответил я, примостившись поудобнее на изящном, бархатном стуле. — Что бы такая букашка, управляла мной? — грозно зарычал Кьюби, покосив свой свирепый взор на мою персону.

«Откуда он тут?»

Явно понимая мое недоумение, он соизволил ответить: — Ты не помер, балбес. Почти. Мы в междумирье — Джодо, кажется. Сказать, что старик Тсуиоши был удивлен, ничего не сказать. Он с такими обезумевшими глазами смотрел на Лиса позади меня, что даже чем-то напомнил мне Ямато. — Э-это и вправду. Кьюби… — заикаясь и запинаясь голосил сенсей. — Раньше я вообще не видел Биджу! Лишь Джинчурики и те всего Мито-сама и Санби. — Так воззри же меня, смертный! — с нескрываемой насмешкой в глазах, сказал Лис.

«Мда, если каким то чудом он стал бы моим другом, он явно бесил бы меня.»

— Так ты тут откуда? — поинтересовался я, смотря прямо в карминовые глаза Кьюби. Тот оскалился и устроил в ответ гляделки. Было ли мне страшно? Чутка, всё-таки я уже немного привык к его обществу. Поняв, что он не сможет меня запугать, Лисенок свернулся в клубочек… — Как я и говорил, ты в междумирье. Мире на границе жизни и смерти, а так как ты-являешься моим джинчурики, то и я могу находится здесь, — лениво слетело пару слов из пасти Кьюби, после он начал пристально наблюдать за Тсуиоши. «Неужели, это и есть — темная сторона Кьюби?» — Эй, старик Тсуиоши ты тут? — заволновался я, махая рукой перед его отрешённым лицом, с которым он прибывал сейчас. — Д-да… — выдохнув, наконец, пробубнил морщинистый старче, переведя взор в мою сторону. — Как и сказал Кьюби, ты в Джодо. Я пришел с единственным намерением предложить тебе выбрать свой дальнейший путь. — Выбрать? — что за странный вопрос? Хотя… — Либо жизнь, либо смерть! — грозно произнёс он, создавая у себя в руке чашку чая.

Над выбором я призадумался. Конечно, я хочу жить, ведь не могу бросить Коноху, моих друзей, учеников и семью!

Но, что ожидает меня в мире смерти? Мои друзья и ученик, клан? Мои руки и так были по локоть в крови, а рождение моего отото-Менмы и выход Кьюби…

Любопытство и жажда спокойствия конфликтовала с желанием жить. Метаясь между двумя мирами, я никак не мог определиться, на какой путь ступить?

Выбрать быстрый путь и покоится с миром или длинный, где я был убийцей известным на весь мир? Находился я, сугубо говоря, между молотом и наковальней, давящие на меня с обоих сторон, ну или меж двух огней, сейчас это для меня было не столь важно.

В один момент Тсуиоши топнул ногой, по воображаемому полу и всё вокруг меня растворилось, образовав одинокую пустоту, без ограничений пространства и времени. Находился я, казалось, будто бы в космической прогрессии, намереваясь ухватиться хоть за что-нибудь четно размахивая руками. Голова начала вдруг резко болеть, отдавая в виски. В сознании возникали образы мертвых, которых я убил за всю свою жизнь кровавого лиса. Огромное количество детей, женщин, мужчин разного возраста, начиная с самого первого задания по убийству целой деревне, где никто не мог дать мне отпор. Хаку из страны Волн, тетя из рисовых полей, глава деревни Тоника, Аой Рокушо из деревни Дождя, Нобуру из страны Чая… Было ощущение, что с каждым образом, внутри меня что-то трескается как скорлупа от яиц. Но, с последним у меня всё-таки что-то кардинально изменилось Меня забросило в новое пространство, почти в потёмках, не считая яркого света, как я понял потом в конце кирпичного туннеля, по которому я прошествовал не задумываясь о том:

«А куда он меня выведет?»

Яркий свет солнца ослепил меня быстро, переходя под огромную мятную крону деревьев росших здесь. — Чего ты там так долго копался, установил? Этот голос вводил в меня состояние паники, пробирая до костей, а потому по телу проходил табун мурашек. Машинально, я ответил короткое: «да», смотря всё так же далеко вдаль, не обращая внимания на сокамандника. — Тогда вперёд, — сдержанно отвечает парень позади, спрыгивая с ветки дуба, — нам давно пора проникнуть в семью Вагараши и освободить мир от Кюроку, любой ценой! Обернувшись через плечо, я потупил свой обезумевший, пустой взгляд на Итачи. В недопонии хлопая ресницами, словно меня застали врасплох. В руках моего товарища красовался изображение, а нет, набросок Нобуру, которого я прикончил. Выцветшая бумага придавала шарму наброску, хотя и портила его превосходный тон кожи. На нем был человек, возраста двадцати пяти — тридцати лет. У него были близко посажены миндалевидного цвета глаза, ниспадавшие темно-русые волосы заслонявшие брови и изящные уши. Всё это было покрыто его проницательным, задумчивым взглядом, которому мог позавидовать любой. Воспоминания от этого творения, как и ливень ранней осенью, нахлынули внезапно. Дыхание участилось, став почти поверхностным, из-за чего пришлось, буквально ловить воздух ртом. Уже не справлялся с чувствами, возникшими в результате столь резких наплывов былых воспоминаний, я отошёл на несколько шагов вбок, опираясь о молодую липу. От пристально наблюдающего за мной Итачи не ускользнула даже эта мелочь, которая бы в настоящем времени уплыла бы у меня из рук, как рыбка в воде. — С тобой всё в порядке? — одарив меня пытливым взглядом, отчеканил он, приближаясь ко мне. С моей стороны последовал резкий кивок. — К-как это в порядке? Почему ты вдруг так побледнел?! — задал вновь волнующий вопрос Учиха, дожидаясь от Наруто какого-то ответа, с изумлением на него таращась. Я так же продолжал стоять остолбенев у деревца и смотреть сквозь него, словно он прозрачный мираж в песках страны Земли, вглядываясь в досье музыкального убийцы из страны Чая. — Мне уже лучше. — отрешённо сморозил я, дабы не тревожить моим состоянием психики напарника. Словно сонная муха Наруто отошёл в противоположную от пещеры сторону, бредя куда-то в гущу леса.

» Ксо… будь они неладны, я чуть не поддался всем воспоминаниям. Но что произошло? Моя память как фотоплёнка отматывала кадры из моей жизни, полные мутных, нечётких моментов.»

Но вот опять, закололо в висках, я схватился за голову упав на землю. Воспоминания. » Девочка аккомпанировала на струнном инструменте, мужчине игравшем на черном рояле. В доме была слышна монотонная музыка, режущая слух. Атмосфера стояла неприятная, никого не было в комнате, кроме этих двоих. — Ты снова ошиблась! — вскрикнул мужчина, резко прекратив нажимать на клавиши и встав с виртуозного стула, подошёл к ней. — Я виновата! Извините! Я так больше не буду! — процедила девочка сквозь зубы, потирая свои маленькие рученки друг о друга. Суровый вид мужчины возвышающимся над её лицом напугал её, как маленький паучок перед сном грядущим. Неожиданно из соседней комнаты раздаётся пронзительный звон стекла, вынуждающий его отвлечься от угроз члена семьи Вагараши, Кюроку. Пройдя на кухню, он осматривает обстановку, увидя осколки вазы, он наклонился, чтобы собрать их. Но прежде обернулся. — Ку-ку Сзади возвышается темная фигура незнакомца с катаной в руке. Доля секунды и он разрубает Нобуру напополам. Слышен пронзительный крик, потом труп падает на деревянный, трухлявый пол, откуда никогда не встанет. Кровь алой краской стекала с маски Лиса, скрыв её почти без остатка своей палитрой.» Дыхание вновь участилось, переведя и сердце в такой непокладистый режим. Глаза затуманили навязчивые слезы, по одной появляясь из слёзных желез, создавая неприятные ощущения в носовой полости. Ко мне тут же бросился Итачи, заметив в каком положении я нахожусь. Схватив меня за руку он уже более требовательно спросил: — Что с тобой происходит? «Девочка завизжала, при виде этого трупа и упала на колени перед ним. Её тело было испещрено синяками, а руки были в красных пятнах, видимо, её часто били!» — Я виноват, прости меня! — повторял эти фразы я не переставая, словно бредил. При этом скрестив ноги и подтянув их к себе, предварительно обхватив руками колени, сотрясаясь изнутри. Итачи смотрел на Лиса с небольшим страхом в глазах, не осознавая всей сути происходящего. — Поднимайся! — схватив его второй рукой, подтягивая на себя, но парнишка не поддался его энтузиазму, оставаясь в той же позе. «Катана вошла в плоть Хаку, попав прямо в печень, после я отбрасываю его бездыханное тело. Всё это происходит в необъятной стране Волн. Опять хлоднокровно убил, сожгя последний мост, вернутся на путь сенсея этих ребят.» Моё тело было скованно высшей силой, не поддаваясь мне, сквозь меня пролетели все мои убийства оставив после себя чёрное пятно на сердце. Своенравно, голос всё же у меня поддался контролю и я заговорил. — Итачи, ты никогда не вспоминал ту боль, которую… причинил… жестокими. убийствами? — О чём это ты? — недопонимающе спросил парень, чьи волосы были как смоль, приняв ошарашенный вид. — Не.приходилось ли тебе вспоминать умерших от твоей руки, за что ты очень жалеешь. Ты ведь не первый год уже в АНБУ? — Нет. — строго ответил он, вспоминая некоторые из приказов Хокаге-сама. — Не забывайся, ведь нас двоих выбрал Хокаге, лишь по тому, что речь зашла об этих двух воюющих семьях и прекрати уже страдать фигнёй! — последнее он произнёс с различимым, смысловым акцентом, оторвав свои тонкие руки от моих и открыл досье семьи Вагараши, вчитываясь и всматриваясь в портреты.       Через десять вдохов и такого же количества выдохов, я всё же осмелился подняться, хотя был недостаточно уверен в своих силах. В этот момент в моей голове бушевал ветер, отметая в сторону ненужные эмоции.

«Надо сконцентрироваться на выполнении этой чертовой миссии! Приди в себя, ты не восемнадцатилетний подросток только выпущенный из-под материнского крыла в свободную жизнь, а двадцатишестилетний мужчина — капитан команды генинов.»

Окрепнув морально и переубедив себя в том, что это всего-то повторение той истории в стране Чая, Наруто посмотрел на синие небо, тихо произнеся: — Я больше не поддамся твоим попыткам сломить меня, старик Тсуиоши. Я собираюсь бороться до конца, за своё существование! Итачи даже не обратил на меня и малейшего внимания, когда я произнёс это себе под нос. Смяв листок напополам, его глаза словно заискрились в предвкушении будущего убийства. «Да, наверное, раньше, я тоже так загорался на этот счёт. Пока не получил от отца этих — генинов!» — мрачно подумал парень, приближаясь к товарищу, с умыслом обговорить план. — Нужно проследить за всеми перемещениями Кюроку, куда бы он не пошел, мы обязаны знать! — промямлил Лис, прислонившись к дереву, закинув руки за голову. — Не плохо, не плохо, но нам не удастся смешаться с толпой, так как там почти все знают каждого по имени. И если бы и можно было подобраться поближе, он бы нас заприметил сразу. — размышлял Учиха, говоря медленно и протяжно, делая небольшие паузы, а потом вновь продолжал мысль. — Тогда, самым тактичным вариантом для нас будет наблюдать из тени, находясь на расстоянии броска куная от жертвы. — Пожалуй, возможно, это займёт не один день, так что надо готовится к нахождению в одной позе большое количество часов. — уточнил шаринганистый, отправив бумажку в карман. Самое, что ни на есть неприятное, так это нахождение в данном лесу серых волков, достаточно часто семенивших рядом с нами.       Вот уже два часа я находился на дереве рядом с его домом, неудобно расположившись на искривлённой временем и природными условиями ветке, поросшего шероховатыми ярко-зелеными, троякозубчатыми листьями вяза. Итачи же примостился за приятными, огромными кустами камелии, листья которой сверху были очень темно-зелеными, а снизу светлые, как кожа после загара с внутренней стороны. Он томительно вглядывался в тускло освещённую комнату, скользя взором через окно, с лицевой стороны дома, так что он был как на ладони перед нами.        Движение началось довольно через большой промежуток времени, а именно, когда маленькая девочка лет шести-семи, на первый взгляд, вышла со скрипкой в руках. Держась крохотной ладошкой за руку нашего жертвы, они прошествовали из дома, отправившись вверх по улице.       Далась им эта вылазка, зачем куда-то брести в самое пекло. Пройдя добрую половину деревушки, они остановились у самого крайнего дома, окаймленного цветущим садом с двух сторон. Нам же пришлось проделать весь путь довольно виртуозно, так как под ногами было достаточно много шуршащих листьев, но всё прошло на высшем уровне и нас не заметили. По дороге сюда, мы подметили, что каждый пятый житель деревни шарахался при виде этого человека, в сторону. Ничего не скажешь об этом, но система обращения с людьми здесь явно прогнила. Сам дом был просторным и с виду, новым, а потому доски были не такие трухлявые как у остальных построек. Стояло жаркое пекло и даже изредка, казалось, что маска вот-вот расплавится как масло на сковороде. Находится в тени было душновато, да ещё и эта маска, не давающая стереть набегающий пот с лица. Надо будет обговорить с Хокаге об улучшении масок, а то ведь так и задохнуться недолго. Итачи активировал шаринган, окинув им двух разговаривающих людей и ребенка стоящего рядом. Он сказал, цитирую: — Закончим часа в четыре, не раньше, так что можешь отправляться в подвал! — Ты умеешь читать по губам, что ли? — удивился Лис, смотря в глаза шаринганистому. — Да, я думал ты этому обучен не хуже? — двусмысленно ответил Учиха, покосившись на него. — Конечно, только с довольно близкого расстояния, как и язык немых. Меня одна бабушка научила, так что глухой для меня не помеха, как и немой в принципе! — сфорганил я, наблюдая за тем как небрежно мужчина схватил девочку и скрылся за дверью. Кюроку ретировался задом и повернувшись в обратную сторону, пошагал себе восвояси. День у него был, грубо говоря серый и скучный, неужто он так год за годом проживает? Прошествовав за ним, мы лицезрели как он запер за собою железную дверь подвала, куда наш слух не смог проникнуть. Перед ним возникло препятствие, создающую большую помеху на нашем пути. — Вентиляционная труба! — неожиданно для меня, быстро предложил Итачи. Кивнув Учиха, ребята подобрались поближе усевшись у единственной трубы ведущей из помещения и не прогадали. Теперь был слышен грубый голос мужчины, обращённый к какому-то ребенку, судя по раздавшемуся плачущему гулу. — Забудь про эту девку Кайоши, мы с тобой останемся вдвоём, а дядя Нобуру нам в этом подсобит! — вешал лапшу ему на уши отец, посматривая на своего второго ребенка.

«Дело плохо, похоже они хотят устранить ту девочку! — вспыхнуло в мыслях кровавого лиса.»

— Но, но отец. Так ведь нельзя! — издалека начал отчитывать его парнишка лет пяти, смотря на него с жалостливым личиком. — Не смей перечить взрослым! — вспылил отец, вознося руку над его головой. Его прервал громкий стук в дверь, который вспугнул и нас с Итачи.       Стучал человек высокого роста, стройный, с густыми длинными курчавыми волосами рыжего цвета, большими бегающими глазами с умным взглядом. Узкое квадратное лицо украшал вздёрнутый нос, и толстые губы. Неизвестный оказался представителем семьи Васаби. — Семья Васаби подтвердит акт перемирия в эту субботу, встречаемся в чайном домике, рядом с вашим домом! — Прекрасно и пускай не опаздывают! — прикрикнул мужчина, в ярости захлопывая дверь.       Вернувшись обратно к мальчугану он обменялся с ним парой фраз, положив перед ним свитки переполненные надписями. Было четко слышно, как он прокричал: — Пока все их не прочтёшь, до тех пор даже не думай о ней. Ты меня понял? — Да! — огорчённо прошептал ребенок, окунувшись в строки первого свитка. Ему было очень холодно находиться на ледяном полу, даже несмотря на толстую ткань застилавшую всю поверхность от столика до лестницы. В подвале было много чайных листов разного сорта, аккуратно разложенных на огромных льняных полотнах и различных предметов быта, в том числе маленькие ступки — для размалывания сырья в порошок. На стенах красовались детские каракули, выделяющиеся на свету оригинальным дизайном. Мужчина покинул подвал, сразу после того, как отдал указания сыну и направился в дом, заперев входную дверь изнутри. Что происходило в этой семейке, нам с Итачи оставалось лишь догадываться, строя свои версии и предположения.

«Почему отец так поступил с собственным сыном, зачем наказал его и за что оставляет его в подвале?»

— Подай мне чистый лист! — прошептал Учиха, протянув руку в мою сторону, всё также прижимаясь к вентиляционной трубе, навострив слух до предела. Записав примерное время, он сложил листок напополам и засунул его в карман темно-серых штанов, задев при этом свою экипировку. Через небольшой промежуток времени мы услышали монотонную мелодию флейты, звуки от реверберации превращались в подобие свиста, давящие на нас как многотонный монолит. Завораживающая музыка притягивала к себе, не давая возможности переключиться на главные обязанности АНБУ. — Заткни уши! — парировал товарищ, смотря на то как мелодия подчиняет себе мой мозг. Кое как я смог вырваться из этого транса и задействовать руки, чтобы прикрыть орган слуха. — Неужели, его музыка на столько опасна! — чуть ли не кричал я, стараясь сказать более менее понятно. — Скорее всего, она может подействовать на какой-то механизм защиты мозга, сломив его, заставив покончить с жизнью или тому подобное. — говорил он, пока мы бежали подальше от пронзительных звуков флейты в сторону плантаций риса, где и притаились на время. — Возвращаться обратно будет слишком рискованно, — парировал Учиха, — это равносильно тому если бы ты попытался в открытую сразиться против моего гендзюцу. — присев и нагнувшись чуть ниже, прячась с головой. — Как на счёт проведать ту маленькую девочку, Кайоши, кажется? Быть может мы сможем ускользнуть от его музыки там. — предпринял я, проглатив питательную пилюлю, остерегаясь местных жителей, которые могли разоблачить нас. Сверх всякого чаяния товарищ перестал дышать, остыв как мертвый труп, не двигаясь. " Ну что опять? — взмолился Лис, поднимая вверх голову.» Время переменилось и теперь они не просто не бездействовали, а убегали от разъяренной толпы людей семьи Васаби.

«Играешь не по правилам старик Цуиоши! Ладно, тогда и я не буду.»

До спасительных катакомб оставалось недалеко, но путь нам преградила тетя крепкого телосложения со вспыльчивым характером. Одним метким ударом в сердце и её тело опускается перед нами. Добравшись до туннелей мы сбросили темп, пройдя во тьму почти обычным шагом. Повернув голову я заметил, что силуэт изменился, в особенности его привычные очертания. Не было сомнений, это был не Итачи, а сам старик Тсуиоши, теперь уплетавший за обе щеки печенье. — Ты всё ни как не уймешься! — хихикнул сенсей, медленно проглатывая следующую сладость. — Думал исправить будущее будет просто, раз знаешь прошлое. Но тебе лишь надо принять то, что исправить не суждено и жить дальше без оглядки, если ты этого, конечно, пожелаешь?! — Эхх. Почему вы всегда такой? Сначала, даёте всё поправить, а потом единственную возможность отнимаете! Помните, когда мы тренировались, подобный случай уже был. Тогда вы сказали: " Ниндзя, должен просчитывать шаги противника на перед и не повторять своих ошибок.» — резонансно повторял свои же слова и сам старик. — Было такое, — согласился Тсуиоши. — Возможно в вашей памяти остались воспоминания первой встречи с Шодай Хокаге? — хитро спросил Лис, переведя тему разговора в нужное ему русло. — О, об этом можно рассказывать веками, чего стоила одна их тренировкам! Два могущественных противника Учиха и Сенджу и поле для тренировки. Неповторимые кеккей-генкай ниндзюцу, приводят в неописуемый восторг даже сейчас. — распинался он, произнося всё так протяжно, подходя к самому рассказу. *** «Я тогда еще учился в академии. Наш класс ещё метал кунаи и сюрикены. Один из моих друзей решил покинуть учреждение, пока учитель не видит. Я и еще один мой друг сумели уйти и разбрелись кто-куда. Зайдя в глубину леса, я ничтожным образом пытался пробудить Мокутон, с мыслями:

«Если Шодай-сама смог, это не значит что другие не смогут!»

Как ты понял, ничего из этого не вышло. Насупившись я сидел с грустным лицом, облокотившись на дерево, пока не увидел огромный, гигантских размеров огненный шар. Возможно это враги, а быть может свои. Любопытство преодолело меня и я тихими шагами, мягкой поступью дошел до кустов, и увидел как Хаширама Сенджу и Мадара Учиха тренируются! Ты бы видел, огненный шар Мадары, ни у кого из современных Учих не выйдет такое же. Но и Шодай-сама не отставал. Множественные техники Мокутона, кендзюцу и даже начальное фуиндзюцу! Всё было на высшем уровне, по тем меркам. Аж дух захватывало, когда я увидел его древесные техники, с помощью которых он заполнял всё пространство, не давая Мадаре ступить на землю. — А как же гордость клана Учиха, он пользовался шаринганом? — Естественно, но Хаширама был готов к такому исходу событий и ориентировался лишь по его ногам, не смея устремить свой взгляд на него. Мадара воспользовался Катоном: Хайджингакуре но Дзюцу. Всю местность переполнил пепел, надолго оставаясь витать в воздухе. Стояла мёртвая тишина и я не видел больше их тренировки. Навострив взор, я вновь посмотрел через листья куста на площадку. Никого не было. Тогда я сообразил, что они покинули место спарринга, но не тут то было. Ощутив на своём плече теплую ладонь, я обернулся. Надо мной возвышались эти защитники, нашей пока небольшой деревни шиноби. В тот момент мне в голову пришло, что Учиха почувствовал моё присутствие своей сенсорикой и прекратил бой. — З-здравствуйте-промямлил я.Все же другое дело следить, а другое видить их рядом с тобой.Ох, как мне было страшно… — А что ты делал? -с искренней улыбкой спросил меня Шодай Хокаге. — Я…я-смущаясь, я ничего не смог ответить. — Полагаю, раз не на занятиях, значиться убежал, — строго заметил Мадара, тем не менее практически не удивившись этому, — а сюда пришёл на нас посмотреть? В ответ я робко кивнул переводя взгляд то на него, то на Сенджу. — Но я сам хотел потренироваться, — пытаясь оправдаться, лепетал я. — В Мокотуне и сказать честно, ничего не получалось даже после нескольких попыток. — Этому нужно посвятить безмерное количество времени, ведь ты хочешь совместить две стихии Дотон и Суйтон воедино. Только лишь тогда у тебя получится высвободить Мокотун! — читал натации Шодай Хокаге, присев на корточки подле меня. — Ты знаешь о стихийных техниках? — спросил у меня Хаширама-сан. Я отвел взгляд в сторону. — Еще не учили. — тихо ответил я, почти шепча, но меня всё равно услышали. — А как твоё имя? — задал вопрос Шодай-сама, после увидев клановый герб на спине, расплылся в улыбочке. — Тсуиоши Сенджу! — более храбро отчеканил я. В какой панике я находился, боясь, что Хаширама-сан пожалуется на меня. Мадара явно был недоволен моему присутствию и косо смотрел в мою сторону, так как я помешал их недолгой встречи. Всё-таки политика отнимала большую часть свободного времени, не давая старинным товарищам провести поединок один на один. Я всеми действиями старался быть схожим с Шодай-Хокаге, он был моим героем и занимал большую часть моих мыслей. Поэтому я не мог просто упустить из виду их поединок. Я ведь и не догадывался, что могу всё испортить! Позже они собрались продолжить свою работу, распрощались и покинули это место. Такая была моя первая встреча с основателями деревни, великими людьми того времени. Сейчас занимающие главное место в воле огня в моей душе.» Узумаки стал ярко светится, его материя пропускала через себя взгляд Тсуиоши, давая разглядеть всё вокруг. Медленно, но верно тона́ стали тускнеть, растворяя обладателя Кьюби. — Похоже, мне пора, — с небольшой улыбочкой произнёс Наруто, — всё-таки ты оценил мой выбор, а это значит многое. Уверен мы с тобой вновь встретимся! — Удачи тебе, мой ученик! — горестно изрёк сенсей, смотря уже в пустоту.       Открыв очи я вновь погрузился в беспросветную темноту, слыша где-то сверху капающие звуки. Возможно это был дождь, но я был не уверен. Что я здесь делаю и как оказался в этом странном месте — были для меня таким же важными вопросами, как и сколько Итачи уплёл данго перед сном. Поднявшись предположительно с футона, я резко ударился об полку, по-видимому висевшую над головой.        Отшатнувшись в сторону, рука касается какой-то стекляшки, с металлической оправой. Ощупав её получше, я осознаю — это фонарь. Моих ноги окутывала ледяная жидкость, бодрящая тело как никто другой.        Скрип двери и она отворяется, пропуская тусклый лунный свет в комнатку, довольно просторного размера. Видны очертания силуэта человека, с ведром в руках. Мне пришлось заслониться от такой небольшой яркости руками, глаза сильно болели, да и телу в принципе было не лучше.       Вошедший грозно посмотрел в мою сторону, а потом поставив свою ношу на пол, подошёл ко мне и присев рядом прошептал:

— Не узнал меня Нару?

Этот голос был до боли знакомый, встряхивающий изнутри, до мурашек. — А ты всё не изменился… Нагато, — хрипло произносит Лис, осматривая старого друга, с которым они когда-то впервые повстречались на границе Амегакуре. — Видимо ты не как ни уймёшься, всё также выручаешь меня, — с усмешкой прощебетал Наруто, опираясь руками о матрас, — но право, не стоило так рисковать. Тебя могли пленить приспешники Орочимару! — Вот тут я с тобой не согласен, дорогой друг. Я продумал всё наперед и проверил территорию на наличие какого-либо существа. — твёрдо, вполголоса заявил Нагато, не давая кровавому Лису встать с постели. Помутнение в глазах блондина исчезло и тот смог разглядеть своего друга. Как всегда он был одет в черный длинный плащ, с поясом, сандалии и подсумок. Длинные красные волосы и фиолетовые глаза дополняли его образ. — И что тебя привело ко мне? -заинтересовался Узумаки, доставая таблетку от головной боли. — На моего ученика поставили сильную печать, которой Орочимару может использовать в своих целях и способен управлять им, — в этот момент, таблетка упала с рук Нагато. Он подозревал что бывший друг их сенсея, смог узнать многое о Фуиндзюцу. Но такая печать…-Она похожа на проклятую печать чертового змея, но совсем другая. Нагато взял новую таблетку и вручил ее Наруто, достав из печати флягу с водой и протянул ее блондину, а потом крепко задумался.

«Такую печать снять очень сложно, учитывая, что нету ее образца.Даже если печать снимется, нету гарантий, что она не повлияла на носителя.»

— Возможно, что-то изменится в его поведении или он полностью останется собой, вероятность этого чуда будет в пределах сорока пяти процентов, так что сильно не надейся! — горько изрёк Нагато. — Лишь бы Санин не добрался до него раньше, к примеру в моё отсутствие, — твердил Наруто, ощущая неприятную горечь во рту. Встать он попытался в ту же секунду, но ноги предательски отказали ему в этом и он повалился на мокрый пол. — Не спеши, отправиться домой всегда успеешь! — причитал Нагато. Повисла немая тишина. Каждый обдумывал свое, но оба понимали, что Орочимару достиг иного уровня. Решив разрядить обстановку, Намикадзе спросил: — А где Яхико и Конан? — Они на собрании. — ответил все еще вдумчивый Нагато. — Я думал ты — помощник Яхико. — ответил Наруто, странно поглядывая на Узумаки. — Но сегодня он взял Конан. После собрания, они явно пойдут в другое место. — выдохнув, сказал красноволосый. — Так они вместе? На что, Наруто получил кивок. — А они хоть… — Знают, да. — Наберись сил Нару, ты всё ещё слаб. Вымотал же тебя приспешник Орочимару. — кольнул в больное он и накрыл друга одеялом. — Но как же свитки, я ведь не просто так сюда тащился, а по делу. — не унимался Лис, пытаясь выбраться из-под простыни, которой заботливо укутал его Узумаки. — Спи, я уж сам разберусь. — кинул слова на ветер Нагато, пулей покинув комнатку, заперев дверь на ключ. — Вот же ж человек слова, всегда настаивает на своём. Голова мой друг, но именно она сейчас говорит сама с собой в полный голос. Видимо отдохнуть всё же придется. Устроившись поудобнее он провалился в сон. *** Наступило утро. Приятный, терпкий холодок остужал Наруто. Потянувшись он сделал растяжку, а потом поднялся с кровати. Намикадзе хотел было пойти к Нагато, как красноволосый ввалился в комнату сам. Невыспанный, угрюмый и с кружкой кофе в руке. — Прости, мне не удалось ничего найти. — ответил Узумаки, выпивая несколько глотков кофе. — А что с тобой? — спросил блондин. — Неужели ничем не помочь Какаши? — Я не спал несколько дней подряд, делал всю эту бумажную волокиту. — ответил Нагато, приглашая кивком Наруто, пройти за ним.       Спустя пять минут, красноволосый привел блондина в свою библиотеку. Множество книг и свитков на скудных шести стеллажах. — Я не успел взять много с развалин Узушио, так что и информации мало. — сказал Нагато, присев на стульчик. — Эх, может мне тоже путешествовать как Джирайя-сенсей? — Если соберёшься путешествовать с Эро-санином, то будь готов к пьянкам, подглядыванием за женщинами и походами в бордель… — мрачно ответил блондин, вспоминая свое путешествие. На что красноволосый лишь рассмеялся. — Эро-санин, неплохо, — все еще смеясь, прослезившись голосил Нагато. — А скажика мне, Менма, знает Фуиндзюцу? — Лишь начальное, — изъявляя недовольство шпарил Лис. — Кстати, он сказывал, как на миссии, сторонник Ханзо напал на них. Нагато замолчал, чувствуя некий стыд. Всё-таки, они хотели проверить команду Конохи, а генины чуть не погибли… Узумаки мрачно кивает и поднимет с полки новую книгу, с названием «История Узушио». — Может возьмешь его с собой? — спросил Намикадзе, положив на стол свиток, переключив внимание на родственника. — Все же, он знает лишь начальное Фуиндзюцу. А обучение у мастера позволит ему стать как мама, отец или я. К тому же, это традиция клана Узумаки. Услышав эти слова, он искоса посмотрел на него, призадумавшись. С одной стороны — он возьмет большую ответственность, ведь у Минато много врагов и те наверняка, не будут против пошантожировать Менмой. Да и обучение…он, лишь Наруто обучал и то, двум-трем техникам. С другой стороны — он посмотрит мир и сможет передать знания Узумаки. — Так и быть, я стану его учителем, — уже с улыбкой закончил красноволосый. — Смотри, вот эта печать сможет заблокировать чакру Орочимару, но не искоренит проблему на корню. Намикадзе грустно и гневно выдохнул.

«Любопытно, когда ты додумаешься искать печати в Узушио?» — послышался громкий и басистый голос.

«Кьюби?» — удивился Наруто, но Лис замолк. — А ведь и правда…можно поискать в Узушио, — пробормотал блондин, но красноволосый его услышал. — Точно, в Узушио ведь, еще полно печатей! — радостно воскликнул Узумаки, думая как он сам не догадался. Внезапно, появляется клон четвёртого Хокаге. — Орочимару напал на Коноху. — ответил на немой вопрос клон Минато и растворился в серой дымке небольшого облочка. Оставив ребят со своими мыслями на этот счёт.