Я могу помочь тебе

      Нет, все-таки он сказочный долбоеб. Это всегда было понятно, но прямо сейчас это понятно настолько, что хочется биться головой о клавиатуру. Причем так, чтобы клавиши отлетали как можно дальше. Как его вообще смогли уговорить сыграть «одну единственную катку, ну давай, ты и так слишком редко играешь с нами»? И ведь он согласился на это. Серьезно, он согласился на это, когда у него каменный стояк. Гениально.       И, хоть и сложно это признать, но в обоих пунктах виноват его братец, который сначала слишком откровенно ходит по квартире в одном полотенце на бедрах, заставляя украдкой любоваться им, а потом, буквально через несколько минут, невинно просит Ясуо: «как нужно играть на этом чемпионе, можешь показать, чтобы я хоть немного понял?» Стоило бы отказать, но одно дело сказать «нет» любому, а совершенно другое — своему брату, в которого, ко всему прочему, влюблен.       — Это даже звучит как пиздец, — бубнит Ясуо.       — Что ты сказал? — недоуменно переспрашивает Енэ, усаживаясь на соседний стул.       Ясуо качает головой и возвращается к самокопанию.       — Тебе, кстати, и правда удобно сидеть так?       Конечно ему удобно сидеть с подушкой на бедрах, о чем ты вообще? Которая к тому же мешает по-привычному согнуть ноги, а еще хоть немного ими двинуть — тут же упадет.       — Да, я всегда так сижу. Ты не замечал?       Следом наступает гробовая тишина. Атмосфера в комнате становится все тяжелее, а может быть Ясуо только кажется, но желание вылететь в окно, чтобы это все прекратилось, не утихает. Нет, лучше, для начала, подрочить, а уже потом лезть в окно.       Из очередного потока мыслей и самобичевания вырывает брат с просьбой выбрать, наконец, чемпиона, за которого он будет играть, иначе они вылетят прямо сейчас и будут ждать ближайшие пять минут. На секунду проскальзывает мысль, что лучше так и сделать, а потом пулей улететь в ванную, но следом наступает понимание, что это его не спасет. Енэ такое странное поведение просто так не оставит, обязательно попытается узнать, что с его братом не так.       Тупик.       Игра тем временем начинается. И с каждой ее секундой Ясуо все отчетливее вспоминает, почему отказывался играть с этой компанией. Их навыки были настолько ужасны, а может быть они сами были слишком тупыми, но факт оставался фактом — его, уже как несколько лет, дохлая собака играла бы лучше, чем все его тиммейты вместе взятые.       Это злит, очень мягко говоря. Единственное, что действительно радует во всей этой до ужаса бредовой ситуации — его мозгов хватило, чтобы отказаться идти с ними в дискорд, иначе бы сейчас все четверо союзников уже вышли из игры от количества яда, который Ясуо сейчас выливает на них.       — Я не скажу, что они играют хорошо. Но явно лучше, чем то, как ты их сейчас описываешь.       Честно говоря, хочется начать плакать. Эта идея спонтанная и глупая, но с каждой секундой нравится ему все больше и больше. Ей, однако, сбыться не суждено. Жаль. Очень жаль, потому что так, может быть, могло бы стать чуть легче.       А нервы тем временем растягиваются в тонкие-претонкие струны, которые от напряжения вот-вот порвутся, уничтожив последние крупицы здравого смысла, если он все еще был, конечно. Или они уже самоуничтожились от глупости данной ситуации, заставив Ясуо скинуть подушку с колен в порыве очередной ярости.       Занавес. Лучше уже не будет.       Енэ, видимо, заметил некоторые проблемы брата, потому что с его стороны послышался ехидный смешок. Нет, прямо сейчас Ясуо ничего не стоит просто уйти, оставив брата играть вместо него, но что-то еще держит. Наверное, нежелание портить статистику своих игр — Енэ не сможет сыграть так же хорошо, как сам Ясуо хотя бы потому, что прямо сейчас сидит и учится играть на этом самом персонаже.       Проходит одна минута, две, три, а оба парня молчат.       — Знаешь, я могу тебе помочь.       Эти слова удивляют настолько сильно, что Ясуо отрывается от игры прямо во время командного сражения, лишь бы увидеть лицо брата в этот момент. Который не менее ехидно улыбается, сощурив глаза, и смотрит, смотрит, смотрит прямо на Ясуо. Будто уже знает все его чувства к нему, будто все прекрасно понимает. От этого бросает в дрожь.       Спустя несколько десятков секунд приходит понимание, что из-за Ясуо его команда проиграла бой.       — Блять, я из-за твоих прикольчиков сейчас похоронил игру. Смешно тебе, да?       — Продолжай играть, а то предупреждение за афк дадут.       Ясуо вздыхает и отворачивается от брата, чтобы быстро закупиться и выдвигаться страдать дальше, когда чувствует прикосновение к своему бедру. От неожиданных прикосновений, так еще и настолько откровенных, парень вздрагивает и опускает взгляд, всего на секунду, чтобы удостовериться, что у него нет галлюцинаций. Рука Енэ. Ага.       — Что ты делаешь?       — Не отвлекайся.       Действия команды снова отвлекают Ясуо от разговора с братом, поэтому он решает игнорировать происходящее. А его брат тем временем уже оказывается под столом, что проигнорировать крайне сложно. Вернее, невозможно.       — Да что ты..       Договорить он не успевает, потому что чужие руки оказываются на его члене. Не успевает, потому что неожиданно для себя его слова прерываются его же стоном от безобидного, в рамках данной ситуации, действия.       Енэ на этом не останавливается — воспользовавшись глубоким удивлением брата и тем, что больше половины его внимания сейчас уходит на крайне напряженную игру, он заставляет его приподняться всего на секунду. Но ее хватает, чтобы стащить с парня домашние спортивки и трусы.       Ясуо не может понять, когда обычная игра превратилась в это.       А Енэ берет в руку вставший член и проводит ею по всей длине, выбивая из брата еще один полу-хрип, полу-стон. Эта реакция полностью устраивает, поэтому он продолжает уже увереннее.       Руки у него холодные, но это, на удивление, не доставляет дискомфорта — наоборот, накаляет чувства до предела, делает приятнее.       Решив, что останавливаться на этом будет слишком глупо и просто, Енэ наклоняется вперед и проводит языком по стволу, останавливаясь на головке, после чего берет член в рот. В нем влажно и горячо, а еще настолько приятно, что Ясуо кажется — он в раю.       Он все еще отчаянно пытается уследить за игрой, но не получается — действия брата настолько умелые, что руки начинают дрожать, перестают попадать по кнопкам. Уровень его игры заметно падает, но каким-то чудом усилий его команды хватает, чтобы защитить базу.       Енэ проводит языком по стволу, вновь задерживаясь на головке, облизывая, заглатывает полностью и обхватывает член губами у основания. Действует умело, будто уже был опыт в подобном. От этого на секунду становится неприятно, но Ясуо быстро забывает об этом под напором всех тех ощущений, что ему доставляет его брат.       И вскоре кончает, потому что его не хватает надолго — слишком приятно. Слишком.       Игра заканчивается проигрышем, но Ясуо все равно. У него есть дела намного интереснее, чем видеоигры.       Он глубоко дышит, пытаясь отойти от того, что только что было, отодвигается на стуле, чтобы посмотреть на своего покрасневшего брата. Понимает, что сам сейчас выглядит точно также.       — Я тебя люблю.       — Тебе не кажется, что тебе стоило сначала мне это сказать, а уже потом брать мой член в рот? — хмыкает Ясуо и тянет Енэ за руку, чтобы тот поднялся с пола.       И тут же усаживает себе на колени, кладет свои ладони на его щеки, большим пальцем пытаясь избавиться от остатков спермы на его лице. И даже так, смотря на своего заляпанного и красного брата, Ясуо не может понять, как можно быть настолько красивым, а еще милым и сексуальным одновременно.       — И я тебя.       А потом целует в лоб.