Love Scenario

После выписки Джисон вернулся на учёбу, так как вскоре будут контрольные за семестр, оценка должна быть высокой. Придя в школу, Чэнлэ он не застал. Он достал из кармана телефон. Начал что-то быстро печатать. В миг его настроение упало ниже плинтуса. Альфа сидел под домашним арестом, занимаясь только исключительно с гувернантками. Это был настолько нудный процесс, что тот чуть ли не засыпал на уроках. Но Джисон ему упрекнул что как-никак, а он должен учиться. Даже в такой форме. На вопрос "как долго это будет продолжаться?" Чжон ответил "Не знаю". Когда все контрольные были сданы, работы проверены, ученики со спокойной душой могли идти на каникулы. Джисон надеялся, что его любимый хоть как-то попытается прийти, но тот сидел под строгим присмотром, будто между ними поставили Китайскую стену. Рождество прошло уютно и по домашнему. Мама не хотела готовить много блюд, так как вдвоем они это не осилят. Поэтому посидев немного возле телевизора, женщина предложила пройтись в центр на рынок. Мальчик хотел хорошо провести время, да ещё с родной мамой, так что любезно согласился. Холодный ветер дул в лицо, вынуждая окутаться в шарф сильнее. Пак чувствовал тепло ладоней женщины, что держала его возле себя. – Хочешь пуноппан?- вдруг спросила. Глаза омеги засияли, когда тот услышал притягивающий к себе запах свежеиспеченных булочек. – Конечно хочу! Держа в руках горячую закуску, он с нетерпением откусил кусочек, затем взглянул на нежное лицо мамы, что так и излучало любовь и заботу. – Мам, возьми.- протянул ей одну "рыбку". – Нет, сынок, ешь. – Бери. Женщина не могла спорить с ним, поэтому сдалась и взяла еду в руки. Они гуляли до двух часов ночи, наслаждаясь Рождественскими украшениями и настроением. Снег хрустел под ногами, предавая атмосфере загадочности и сказки. Джисон думал, было бы классно если б он так сейчас с Чэнлэ гулял, вот так вот за ручку, вдыхая морозный воздух зимы. Ожидать альфу на Новый год было бесполезным делом, так что омега даже не думал. Он и вовсе не собирался праздновать, планируя пролежать в кровати из-за переменчивого настроения и временами болей в спине и внизу живота. Что удивительно, парень так и сделал.

***

Чэнлэ собрал все в красивую коробочку, по быстрому оделся. Вышел с комнаты, проходя на цыпочках по коридору к прихожей. Свет был выключен, было вдвойне страшно, ведь вдруг в один момент из-за угла может выйти мама и до смерти его напугает. Но все прошло удачно, он накинул куртку и выбежал из дома. Месяц освещал ему дорогу, куда он направлялся. Наконец добравшись до нужных квартир, подбежал к домофону. К счастью, какой-то мужчина открыл дверь, выходя на улицу, тем самым пропуская парня внутрь. Альфа пешком поднялся на пятый этаж, и тяжело дыша, нажал на дверной звонок. Спустя несколько минут дверь открыла женщина в длинной ночной рубашке. Она ласково улыбнулась и слегка кивнула. Чэнлэ отдал ей коробочку. – Передайте это ему. Пусть знает, что я постоянно о нем думаю. – Обязательно. – До свидания. На утро Джисон чувствовал себя плохо: голова ужасно болела, боли в спине продолжались, заставляя сделать массаж по линии позвоночника. Парень вышел с комнаты в гостиную, где он застал маму. – Доброе утро, солнышко. Как спалось? Пак протёр глаза и ответил: – Так себе. – Да? - она обняла его, – Тогда может небольшой подарочек от Санты поднимит тебе настроение? – Мам, я уже не маленький и не нуждаюсь в подарках от выдуманного дяденьки. – Ты открой. Мальчик всё же согласился, не поддаваясь своим чувствам. Коробочка, лежащая возле маленькой ёлочки, так и манила к себе своей красочной упаковкой. Джисон аккуратно взял её в руки, медленно разрезая разноцветную бумагу. Слегка выдохнула, отклал крышку коробочки, смотря внутрь. Там лежало что-то на подобии брелка. В тот момент Пак понял от кого это. – Он передавал что постоянно думает о тебе. От этих слов парень улыбнулся, ему на душе стало тепло, он будто позабыл о всех болях, что его волновали. Рассматривал брелок, сделанный вручную. На небольшом кусочке пластика при свете солнца из окон блестели блёстки, наклеены в разброс. Среди них красовались буквы J и C, что предавало большей значимости этой подвеске. Проходили дни, недели, месяц, два. Чэнле по прежнему сидел на домашнем аресте. Он целыми днями зубрил уроки, а если всё было сделано – спал. Кун думал что брату плохо, что он заболел и ему было больно смотреть на отчаянного парня, что уже откинул желание выйти в свет. Омега направился к матери в офис, намереваясь изменить ситуацию. – Мать, мне нужно с вами поговорить! Женщина подняла глаза, кидая суровый взгляд и намекая на то что у нее нет времени с ним разговаривать. – Выслушайте меня! Я понимаю что всё пошло не так, как вы хотели сделать для своего младшего сына, но примите уже наконец тот факт что у него есть возлюбленный и не только. С ним он очень открытый и любящий, а значит всё будет хорошо. Они любят друг друга... – Цянь Кун! - она встала и стукнула руками по столу. – Мне никогда не понять настоящей любви! Мои родители поступили со мной также как и я с Чэнлэ. Я никогда не знала что такое любовь, никто мне его не дарил! И теперь ты смеешь говорить мне такое?! Набрался смелости?! У тебя уже давным давно молоко на губах обсохло, а ведёшь себя как малолетний! Возьмись за ум! Если он выйдет замуж за бедного омегу...он потянет нас на дно. – Скажи, тебе деньги важнее собственного сына? Может это ты возьмёшься за ум?! После этого женщина выгнала старшего из кабинета. Она поступками дала понять что подумала над словами Куна и поэтому отпустила Чэнлэ на волю. Даже если Чжон теперь ходил в школу, он всё равно не общался с Джисоном. Тот в свою очередь краем глаза смотрел на парня и сочувствовал. Очень хотел с ним поговорить но постоянная спешка и уроки не давали им это сделать. Вскоре на омегу накинулся бунт и буллинг: с него начали смеяться, тыкать пальцем, обсуждать и даже пинать, так как живот вырос до среднего размера. Паку было буквально наплевать, он ни на кого не обращал внимание. Чэнлэ, видимо, это не нравилось. Кто посмел оскорблять его парня? Да ещё и беременного! – Джисон-хён~, скажи, а тебе удобно с этим..- девушка указала на опуклость,– кавуном? После этих слов раздался громкий смех. – Да ты похуже волка из красной шапочки!- воскликнул какой-то парень. – Ха, это ж надо было расставлять ноги кому попало! Потаскуха! На этом Чэнлэ не выдержал и, ухватив учебник по математике, зарядил им практически в толпу, что обсуждала его любимого. Группа крикнула, не ожидая чей-то такой реакции. – Вы, чёртовы ублюдки! - орал Чэнлэ.– Кто вам дал право говорить такое о моём...- внезапно он уловил взгляд напуганного омеги, – Джисоне. Все стояли в ступоре, удивлённо наблюдая за китайцем. Они не ожидали такое услышать. Что что, а слова Чэнлэ на них подействовали и те сразу же разошлись по своим партам. После Джисона никто не донимал. – Джисон-а, - обратился альфа,– выйдем поговорить. Он ухватил его за руку и вывел на коридор. – Мне не нравиться что над тобой издеваются.- переплёл пальцы. – Прошу тебя, учись пока дома, чтоб тебя окончательно не довели. – Чэнлэ,- Джисон погладил парня по щеке,– по правде мне абсолютно плевать что говорят у меня за спиной. Спасибо за волнение... – Но Джисон, это может сказаться на твоём настроении и нервах. Молю тебя,- Чэнле положил руки омеге на живот. – Ладно, если ты так хочешь, я поговорю с учителями и договорюсь. Думаю, они меня выслушают. – Спасибо тебе.- Чжон опустился на колени и чмокнул небольшую но видную округлость.