Мой асгардский принц

      Трандуил повернулся к сыну, что застыл перед ним, склонив голову. Старший эльф лишь глубже вздохнул, снимая с себя маску короля и оставаясь просто отцом. — Посмотри на меня, ion-nin. Однажды я тебя уже отпустил за границу леса и сейчас не буду тебе препятствовать, если таково будет твое решение, — успокаивающе сказал Трандуил, отвечая на безмолвный вопрос сына. — Арвен обеспокоена нашим будущим. Лорд Элронд и леди Галадриэль уже давно готовятся ко дню отплытия. Но… — сказал тихо Леголас, прервавшись в конце. — Но я знаю, что ты решил остаться здесь и наша разлука рвет мое сердце, — признал принц, отводя глаза.       Трандуил подошел к сыну, обхватывая руками его лицо и всматриваясь в яркие голубые глаза. — Ты так вырос, Листик, — тихо улыбнулся Трандуил. — Пусть печаль не занимает твое сердце, Леголас. Мы еще вместе, но не губи свою жизнь, цепляясь за прошлое. Твое место рядом с Арвен, а за меня не волнуйся. Я не останусь один.       Леголас моргнул и обхватил пальцами кисти отца. Несколько секунд эльфы так и оставались неподвижными в подобии объятий, а потом оба медленно отстранились. Трандуил знал, что сын когда-нибудь покинет его, а не будет вечно цепляться за его подол, как бывало в детстве. Непреднамеренно Леголас стал косвенной причиной некоторой задержки лорда Элронда, а также леди Галадриэль, которые покинули бы эти земли еще столетие назад как минимум. Но Арвен теперь проводила больше времени в Зеленолесье с мужем, чем в Ривенделле и Лориэне вместе взятых, что так неожиданно сказалось на сроках отбытия эльфов в Валинор. Впрочем как тоненькие ручейки наполняют реки, так и эльфы медленно, но необратимо верно стекались к гавани, уплывая к жизни на запад от новой эпохи. Трандуил же не мог так поступить. Его сердце принадлежало Эрин Ласгален. Он был неотделим от леса, а лес от него. И пусть он родился в Дориате, застав его расцвет и падение, но именно Зеленолесье стало его настоящим домом. И он не соврал сыну, сказав что не останется один даже если все до единого эльфы покинут дворец. Габриэль, его Солнце, будет с ним, а это было все, о чем он мог мечтать.

***

      Как и говорил Габриэль, Гандбанд вернулся к границе их леса. Все также воинственно настроенные люди столкнулись с колдовством, от которого только судорожно открещивались. Они знали, что тут должен быть густой лес, но перед ними была все та же равнина, а никакой шапки листьев не было вплоть до хребтов гор. Кони взрывали копытами землю, но не могли перейти определенную черту, люди же не могли ясно мыслить, все чаще задумываясь о том, чтобы уйти из этого странного места, что вызывало у них безотчетный страх. Но Гандбанд отказывался отступать, яростно тряся головой, отгоняя от себя чужие мысли, нашептываемые демонами леса.       Габриэль взволнованно наблюдал за этой картиной. Чары были хорошим подспорьем, но и они могли дать осечку при должном упрямстве людей. Ведь стоило им переступить черту, они увидели бы Эрин Ласгален, а отталкивающие чары больше на них не действовали. Это было слабое место защиты, поэтому недальновидно было бы пустить все на самотек. — Стоять до конца! Это испытание. Демоны искушают вас страхом, так боритесь с ними! — крикнул полководец. — А по мне так лучше бы прислушались к нашим словам, — сказал Габриэль.       Только теперь люди заметили, что перед ними снова стоят две фигуры. Трандуил и Габриэль были готовы к возвращению людей и собирались сделать так, чтобы они к ним больше не возвращались. — Нас не запугать! Я вызываю тебя на бой, король, — пренебрежительно сказал человек, запальчиво обнажая свой меч. — Интересно, — протянул Трандуил. — Я согласен. Скрестим мечи один на один и если ты победишь, смертный, то войдешь со своим войском в Зеленолесье, а если нет, то я убью тебя, — размеренно сказал Владыка, выдвигая свои требования. — Тогда пусть твой демон не вмешивается, — сказал Гандбанд, указывая мечом на Габриэля. — Также как и твои воины, — сказал Трандуил. — Согласен, — запальчиво сказал Гандбанд, спускаясь с лошади.       Трандуил же переступил через границу Зеленолесья навстречу человеку. Гандбанд лишь закрыл забрало шлема, обхватывая свой меч двумя руками. Бесшумно рассекая воздух, эльфийский меч блеснул в свете дня. Еще мгновение в воздухе повисло предвкушение, а потом начался бой. Если полководец надеялся без особого труда выиграть, то сейчас мог лишь обороняться. Доспех пока спасал его от скользящего по металлу эльфийского меча, но скорость и, притаившаяся в существе напротив, мощь, стали неожиданным открытием для человека. С каждой секундой боя гул войска менялся. Радостные и бравые кличи сменились подбадривающими с нотками неверия. Гандбанд пробовал подойти ближе к эльфу, делал выпады, воспользовался кинжалом, но все было впустую. Эльф двигался намного быстрее, сильные удары меча отводил без усилий, а сам все наступал и наступал. Трандуил видел сквозь щели забрала глаза человека, из которых быстро ушла бравада и уверенность в легкой победе. Эльф не позволял подойти ближе и задеть себя. За плечами Трандуила был огромный опыт сражений и глупо было смертному так необдуманно бросать ему столь дерзкий вызов и грозиться спалить его дом.       Владыка не упустил момента и ранил соперника, достав лезвием меча стык частей доспеха. Гандбанд продолжил отбиваться, но раненое плечо обожгло болью от холодной стали. Не прошло много времени, как человек не увернулся и от второго выпада. Ранение прошло по касательной, но нога подогнулась в раненном сзади колене. В следующую секунду Трандуил выбил меч из рук Гандбада да так, что тот разбился от соприкосновения с эльфийским оружием.       Владыка подцепил кончиком меча шлем, снимая его с человека. Карие глаза смотрели на него зло и напряженно. — Последнее слово? — спокойно сказал Трандуил, даже не запыхавшись от боя. — Вы будете гореть в пучине огненной за свои грехи!       Смертный едва успел закончить фразу, как меч эльфа окрасился кровью. Широко распахнутые карие глаза за пару мгновений потускнели, а потом голова Гандбада скатилась на землю, а вслед за ней с лязгом упало и тело в тяжелом доспехе. Трандуил повернулся к чужому войску, но несколько стрел не долетели до него, сломавшись в воздухе. Габриэль держал поднятую руку, наблюдая за настроением воинов. Теперь часть стрел полетела и в него. Только вот также безрезультатно. — Не тратьте стрелы. Мой муж стоит целого войска. Забирайте то, что осталось от вашего лидера и уходите. Придете сюда еще раз и можете не рассчитывать на пощаду, — холодно сказал Трандуил, повернувшись к людям спиной.       Крики и гомон стали громче, а свист стрел чаще. Только вот магия супруга защищала его спину. Трандуил не оглядываясь прошел через невидимую границу, а еще через секунду они с Габриэлем исчезли.

***

      Хмурый юноша стоял перед грудой камней, сжимая пальцами пробитый шлем отца. Ветер трепал отросшие волосы, но ему было все равно на холод и одиночество. Карие глаза горели огнем ярости и жаждой мщения. — Я клянусь, что выполню твою последнюю волю, отец, — сказал юноша, отворачиваясь и идя прочь.

***

      Габриэль не часто бывал в Лориэне, но в этом городе его не покидало удивительно глубокое меланхоличное настроение. Мэллорны и частые туманы делали эти края совсем загадочными. Леди Галадриэль и лорд Келеборн вместе с подданными покидали навсегда эти земли отправляясь в Валинор. Трандуил и Габриэль приехали сюда вместе с Леголасом и Арвен, а также с лордом Элрондом, которого встретили с эльфами из Ривендела по дороге сюда. Сегодня был последний вечер перед отправлением из Лориэна в гавани, поэтому предложение леди Галадриэль Владыкам Зеленолесья не показалось таким уж неожиданным. Золотовласая эллет предложила им заглянуть в будущее вот только вела их не к своему зеркалу, а куда-то вглубь леса. — Свое будущее я вижу в Валиноре, а ваше покрыто завесой, за которую мне не заглянуть, — сказала Галадриэль, оборачиваясь к Трандуилу и Габриэлю. — Воды этого озера необъятно глубоки и хранят и в себе много тайн. Я думаю, что пришло время и вам заглянуть в них.       Трандуил и Габриэль переглянулись, но решили последовать словам леди Галадриэль. Маг конечно до сих пор недолюбливал пророчества, но вот к подсказкам о возможном будущем особенно сейчас был бы только рад. Тем более что и интерпретация видений останется только на его совести. Леди Галадриэль ушла, оставив пару на берегу лесного озера. Трандуил сделал первый шаг и сапог из кожи утонул в холодной глади. Габриэль, не отпуская руку любимого, шагнул следом. Маг и эльф заходили все дальше и дальше. Бодрящая прохладная вода, пропитывала одежду и касалась кожи. Наконец когда вода достигла шеи, Габриэль глубоко вздохнул и окунулся в озеро с головой. Маг открыл глаза под кристально прозрачной водой и столкнулся с взглядом Трандуила, что также задержав дыхание, опустился под воду. Дно глубокого озера терялось в чернильной тьме, а лучи света не пробирались в полной мере сквозь могучие кроны мэллорнов и гладь воды. Время как будто застыло, а Габриэль и Трандуил вместе с ним, смотря друг на друга.

***

— Габриэль! Anor!       Звук был приглушенным и каким-то замедленным. Габриэль моргнул, но глаза столкнулись не с воздухом, а с водой. Маг моргнул еще раз, чтобы убрать расплывчатую картинку, и перед ним оказалось лицо Трандуила. Габриэль непроизвольно улыбнулся, но тревога ни с того, ни с сего поднялась в груди. Знакомое лицо с эльфийскими чертами обрамляли белые пряди волос, что растекались в толще воды. Но что-то было не так. Трандуил подался вперед, железной хваткой ловя кисть Габриэля, а маг лишь удивился, когда это он успел отпустить любимого. Следующим, что отметил маг, была одежда эльфа, которая напоминала по фасону обыкновенный магловский костюм. — Отдай его мне, — сказал Трандуил, что-то вкладывая в руку мага. — Трандуил? — переспросил Габриэль, опрометчиво выпуская со звуками и часть воздуха.       Маг не понимал, что видит перед собой и что сейчас происходит. — Я люблю тебя, nin Anor. Возвращайся ко мне, — грустно улыбнулся Трандуил.