Не верю. Не надеюсь. Люблю.

Чонгук был сильно разгневан. Его брови нахмурились, оскал ожесточился. - Ты трахался с кем-то еще? - рычит он, оглядывая комнату и принюхиваясь. - Как ты мог так подумать, - говорит грустно Ким, вгрызаясь зубами в мягкую кожу и без того пожёванной губы. - Ты ведь знаешь, до тебя я ни с кем не был.. Чонгука это не убедило, он прошелся по комнате, заглядывая под каждую занавеску, проверяя шкаф и кровать. - Я чувствую чужого, - он хватает трясущегося Тэ за воротник расстёгнутой рубашки, исследует взглядом шею и плечи на предмет засосов. Ничего. Только темнела метка на шее, оставленная его зубами. - Отвечай, - он трясет Тэхена как безвольную куклу, и как у такой куклы у тэхена болтается голова, трепещут ресницы и по щеке течет слеза. Он знал, что его альфа жесток, но это словно чересчур. - Ты спас меня, - лепечет он тихо сквозь слезы. - Ты забрал меня от пьющего отца, подарил щенка, показал, что может быть не так темно как было раньше, ты.. - заплаканный Тэхен заливается краской. - Ты показал мне мир удовольствий. Я бы не смог с кем-то кроме тебя - Жалкий обманщик, - Чонгук выпускает его рубашку из рук толкая Тэ на кровать, начинает расстёгивать свой ремень. - Хорошо, не сознавайся, я трахну тебя так, что ты и думать забудешь про своих подстилок. - Мне нельзя, - Тэхен вытирает слезы и шмыгает носом. - Ты прав, теперь тут пахнет иначе, - Чонгук зло и ликующе оскаливается. - Потому что я.... Тэхен разводит полы рубашки - его всегда восхитительно красивый пресс с шестью кубиками исчез, теперь над поясом домашних штанов выступает небольшое пока округлое пузико - Я ношу твоего ребенка, Гуки.