Конфеты и букеты

Лань Сычжуй медленно прошёл внутрь своего жилища и осмотрелся. Домик, который поставили специально для него, был небольшим, даже очень небольшим. Его нельзя было сравнить с цзинши Ханьгуань-цзюня и Вэй Усяня, а уж тем более, с домиком, где временами обитал Глава ордена Гусу Лань со своим юньмэнским супругом. Но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Это лучшее место, куда он мог пригласить свою молодую жену, которая, к слову, и сидела посреди жилой комнаты, повернувшись спиной к молодому человеку и яростно раскидывала одежду по полу. То, что характер у молодой супруги Молодого господина Ланя не сахар ни для кого не было секретом. В этой жизни ей рот могли закрыть лишь два человека: её дядя, Глава ордена Юньмэн Цзян, а так же собственный супруг. – А-Лин, что ты тут безобразничаешь? – Сычжуй оставил у порога свой меч и прошёл к обожаемому супругу, присаживаясь рядом с ним и заглядвая в эту надутую моську. Они поженились три дня назад и, в качестве свадебного подарка, отец А-Юаня Лань Ванцзи преподнёс в дар приёмному сыну его собственное отдельное жилище. Правда, жили молодые люди, на два дома. Точно так же как и дядя Цзян с дядей Лань Сиченем. Какое-то время они обитали в Облачных глубинах, а порой и в Ланьлине. Там-то теперь им придётся бывать чаще, ведь вот-вот Юный господин Цзинь должен будет занять пост главы ордена, а Сычжуй станет Первой леди Ланьлина. Это будет ему платой за то, что он взял на себя такую тяжёлую ношу и стал супругом этого вредного и наглющего мальчишки. – Я пытаюсь отыскать колокольчик, чтобы повесить его себе на пояс! – пропыхтел Господин Цзинь, уже покраснев от перенапряжения. – Так он не здесь. – А-Юань поднялся с пола и направился к небольшому шкафчику. Хоть этот молодой человек не был истинным Ланем, всё же, его главным примером для подражания на протяжении практически всей жизни являлся Второй Нефрит ордена Гусу Лань. И манеры поведения, привычки – всё мальчику досталось от него, от человека, которого он везде смело называл своим отцом. Поэтому, он и знал, что ценные и хрупкие вещи сразу же нужно определять в надёжное место, где посторонние их не смогут тронуть или чтоб они не повредились. Этот колокольчик он сам подарил своему, на тот момент, возлюбленному жениху и знал, как данная вещь дорога А-Лину, поэтому и спрятал её сразу же подальше от остальных вещей, что молодой человек притащил из башни Золотого карпа в их скромный домик. – Вот, он? – Сычжуй протянул любимому человеку искомую вещицу и, заметив, как светятся счастьем его глаза, не удержался от того, чтоб присесть рядом с ним и не завлечь в поцелуй. – Спасибо… – отводя взгляд, проронил Цзинь Лин. Он до сих пор стеснялся подобного, хоть они с супругом уже неоднократно целовались и даже занимались любовью, подсмотрев некоторые фишки этого офигительного процесса у родителей Господина Ланя, которые поставили себе цель родить ровно десять детишек и в данный момент активно к ней подбирались. Но мальчишку в этом никогда не упрекали. Его супруг и сам не особо был опытен в подобных делах… В плане практики, правда. С теорией А-Юань был знаком настолько, что впору самому писать книги с порнографичным содержанием. Ещё бы! А как иначе, когда твоя мать Вэй Усянь? К нему ж очередь даже из сотрудников борделя выстраивается, для, так сказать, прохождения курсов повышения квалификации. Да и Лань Ванцзи уже недалеко от него ушёл. Муж и жена – одна сатана! – А-Лин, а где же «я люблю тебя, мой дорогой супруг»? – Да иди ты! – всё, вообще бедолагу в краску вогнал. Это признание он произносил лишь дважды. И не потому, что не чувствует того, о чём говорит, а всё дело в стеснении. И было это в порыве страсти, в то время, когда оргазм захлестнул этих двоих тёмной ночью, когда не то что не было видно, куда вставлять и что трахать, но и друг друга было не различить. – Сейчас я на тебя Фею натравлю и будешь ты тогда знать, как издеваться. – Ну-ну, не горячись! – ручки А-Лина накрыли тёплые ладони его любящего супруга. – Наша дочь меня точно не укусит. Стоило Сычжую произнести это «дочь», как его возлюбленный вновь оживился. – Ты же не хочешь реальных детей?... – испуганно прошептал Молодой Господин Цзинь, а после добавил: – Пока что? – Сейчас мне хватает и одного ребёнка. – тепло ответил ему А-Юань. – Пройдёт немного времени и, когда мы поймём, что готовы к потомству, пройдём курс молодых беременных у моей мамы, а пока что можно тренироваться на наших племянниках и двоюродных братьях. Кстати, не слышал новость? Точнее, это не совсем новость, скорее сплетня, но таковой её назвать нельзя, ведь в Облачных глубинах сплетни запрещены. Молодой Господин Цзинь заинтересованной и, даже, с открытым ртом, уставился на своего супруга. Что опять? Снова кто-то кого-то не того трахнул? Или кто-то где-то чего-то украл? Или, быть может, Лань Цижэнь опять решил вешаться? Или же подружку себе завёл, кроме Правой и Левой? – Мой дядя – Глава ордена Гусу Лань и твой дядя – Глава ордена Юньмэн Цзян, вроде как, решили третьего ребёнка завести. Решают теперь, кто будет его вынашивать. Господин Цзян кричит во всё горло, что он хочет, ибо ему понравился период беременности, хотя, на тот момент, он тщательно это скрывал. А Господин Лань швыряет в него посуду и вопит в ответ, что выносить малыша должен именно он, потому что прошлая беременность твоего дяди вышла на серьёзные осложнения. Они оба усмехнулись комичности этой ситуации. А ещё, вот всё то, что было сказано Сычжуем про дядю Цзяна, очень даже походило на правду, но чтоб Лань Сичень швырялся посудой и повышал голос… – Я надеюсь, у нас не будет вопросов на этот счёт и нашего ребёнка ты позволишь выносить мне? – Безусловно, любовь моя! – и губы А-Юаня сомкнулись на самых сладких лепестках – на губах его обожаемой второй половинки, показывая этим самым поцелуем все свои чувства к Юной Госпоже Цзинь, к такой наглой и бестактной.