За крылом архангела

      Гейб сказал, что он скоро придёт. Но уже сутки прошли и я очень сильно волнуюсь. Уже прошло две недели, как улетели с бункера Винчестеров. Вчера Гейб сказал, что кое-что доделает одно дело и я его отпустила. Но уже прошло столько времени и я близка к сердечному приступу. Я была так счастлива, что Гейб был цел и жив. Жив… И я не знаю где он сейчас. Вдох и выдох, успокойся, Изабелла. Мои руки трясутся. И я пугаюсь от стука, как будто что-то упало. И слышу как что-то разбивается. Я бегу в зал и вижу такую картину: Гейб опирается на стол, на полу разбитый стакан и кубик рубика. Но что самое главное — он ранен! — Гейб! — я бегу к нему, а он медленно садится на диван. У него на животе сбоку рана, — что с тобой случилось? Он только усмехается и я злюсь от того, что он так спокоен. Но это было в его стиле — переводить всё в шутку. — Ты не представляешь, что я сейчас пережила! Я испугалась за тебя! Тебя не было целые сутки! — я на повышенном тоном ругаю его. — Извини меня, карамелька, — он виновато взглянул на меня, — я не думал что так долго пропаду. Я принесла аптечку и аккуратно расстегиваю его рубашку. Пора обрабатывать рану. — Я жду объяснений, — мне интересно где он поранился. Он только вздыхает и думает с чего начать. Я тихо жду и медленно обрабатываю рану, чтобы не причинить ему боль. — Восемь лет назад я встретил Локи и его сыновей, — этого достаточно, чтобы понять всё, благодаря сериалу, — они обманом меня похитили и отдали Асмодею. Ну вот я им отомстил, убив его сыновей и самого Локи. Правда небольшая рана… — Ты идиот, Габриэль, — он напрягся от того, что я его назвала полным именем, — ты ещё слаб и мог умереть! Я… — Меня никто не может убить, Иззи, — успокаивающе сказал он. И он терпит боль, которую я нанесла перекисью на его рану, — только архангелы могут. — Может! У тебя мало благодати и ты потратил много благодати, чтобы перемещаться туда-сюда! — и я немного успокоилась. Я обработала его рану. — Извини меня, Иззи, — он похлопал по дивану рядом с собой и я опустилась рядом, — я не хотел тебя беспокоить, признаюсь я глупо поступил, но не мог иначе. И с этими словами он обнял меня одной рукой. Я расслабилась в его объятиях. Некоторое время мы сидели в тишине, до тех пор пока Гейб её не нарушил: — Джек Клайн, сын Люцифера, — он усмехнулся, — ты можешь поверить в это? — Я уже ничему не удивляюсь, Гейби, — я ему улыбаюсь, — ты же знаешь, я знаю будущее. — Да, я помню… — он призадумался, — всё идёт как надо? — Скажи, Джек сейчас в этом мире? — мне интересно, ведь я знаю что случается после стычки с Асмодеем. — Да, вроде он с Мэри и Винчестерами выбрались из Альтернативной вселенной, — пауза, — а что? — Значит изменилось что-то… — я нервно вздыхаю, — извини, я не могу сказать что именно. Его любопытство забавляет меня. Что-то изменилось, это ты — Габриэль… Меня радует, что он сейчас не читает мои мысли. — Асмодей мёртв, что ты чувствуешь по этому поводу? — мы не притрагивались к этой теме практически две недели. — Меня радует, что он больше никому не причинит боли, Гейб, — он грустно улыбается, — я здесь с тобой и счастлива, что ты вернулся домой. — Я так сильно виню себя и оставил тебя на целых восемь лет. Я столько причинил тебе боли и страданий. Если бы я мог… — я его перебила. — Гейб, пожалуйста, успокойся! — быстро поцеловала его, — я рада, что пережила этот период. Все позади. Самое главное — ты здесь. Ты дома. Не вини себя, пожалуйста, виноват только Локи. — Про Локи ни слова в этом доме, — стальным голосом, но улыбаясь, сказал он. — Согласна. — Я люблю тебя, карамелька, — он поцеловал моё ухо, бесшумно вздохнув, — Я клянусь, я тебя больше никогда не оставлю тебя. — Ловлю на слове, — сильнее прижалась к нему, — и я тебя люблю. Я пью кровь в стакане с трубочкой. Интересно, что будет дальше? Ничего не изменится в будущем, кроме Гейба? Или изменится? Вот в чем вопрос… — Вечно ты о чем ты думаешь, — усмехаясь, орлиным взором смотрит на меня, — ты похожа на отца своего, карамелька. Я только пожала плечи. Я шатенка и глаза зелёные, как у Сэма. Характер унаследовала как у мамы, но в то же время бывает общие черты характера с Сэмом. У меня низкий рост, унаследовала гены мамы также. Я ниже Гейба чуть ли не на голову. — Тебе стоит поговорить с Винчестерами, Изабелла, — серьёзно говорит мой муж. — Не думаю, что это хорошая идея, — я ерзаю на диване. Я избегаю эту тему, признаюсь, — не думаю, что я вообще готова. — Они твои родственники, — он вздохнул, — думаю, они были бы рады тебе… — Да? Но, что насчёт тебя? Моей сущности? — О сущности ты можешь не говорить, а насчёт меня? Сэм смирится, а вот Дину точно не понравится, думаю будет забавненько, — он усмехнулся и гладит только что спрыгнувшего на колени Феликса, — люблю этого кота. — Ладно, я может быть, смогу поговорить с ними, но позже, — Гейб только с радостью кивает, — Насчёт нас — ты говоришь, — резко добавляю я, — остальное, наверное, я скажу сама… — Хорошо, — он ухмыляется. Наверное, он думает как будет стебать Дина. — Я, конечно, не против, что ты будешь шутить над Дином, но над Сэмом… — Карамелька, расслабься, я не трону Сэма, — пауза, — пошли спать, уже поздно. И правда поздно, час ночи. Кажется, пора баиньки. Мы молча, абсолютно без слов, встаём и вместе шагаем в спальню. Ох, устала я за сегодня. Теперь я буду спать спокойно…