Правда

Признаться честно? Дин отвергал свои чувства как и явную склонность к бисексуальности так упорно, как никогда против монстров не ходил. С ранних лет у него не было собственного мнения во многих вещах. Он воспринимал слова отца как прописную истину и ничего не могло пошатнуть его уверенность в каждом сказанном Джоном слове. Но Дин повзрослел. Во многих вещах он начал замечать неправоту отца, но такая вещь как гомофобия и ненависть к самому себе за каждый неровный взгляд в сторону противоположного пола всё еще терзали его. Не так сильно как в далёком прошлом, но осадок оставался. Неприятный, жгучий, стыдливый. Винчестер смотрел на каждый наполненный любовью взгляд Кастиэля словно не своими глазами. Он смотрел глазами своего отца, в то время как настоящий, искренний Дин, трусливо засевший глубоко в голове страдал от недостижимости. От отсутствия возможности прикоснуться, смотреть в глаза небесного цвета столько, сколько он сам хочет и лишний раз поблагодарить его за всё. Но лишнего и не было бы, Кас слишком много всего сделал для них с братом. Он будто существовал только ради того чтобы они, двое балбесов, жили. Он будто существовал только ради того чтобы жил Дин. Это было глубокой ночью в Лебаноне, штат Канзас. Спустя сутки после охоты на вервольфа, в нескольких десятках миль отсюда. После появления тьмы Дин многое переосмыслил у себя в голове. Он не делился этим с братом, а уж тем более с кем-то другим. Если всё и правда так плохо, как говорил Кас, то в чём тогда был смысл скрывать что либо? Если тьма поглотит вселенную, то не будет возможности вернуться ни у него самого, ни даже у пернатых задниц. Кастиэль заслуживает этих слов. Кастиэль определенно заслуживает любить и быть любимым, хотя бы под конец их жизней. А конец ли? Дин не мог точно знать. Пан или пропал. Дурацкие мысли всё же лезли ему в голову. Дурацкие вопросы. Кастиэль же по сути существо бесполое, получается Дин всё еще гетеро? Нет, черт возьми. Гетеро не будет видеть влажные сны с его другом, пускай даже и в сосуде, пуская слюни как влюбленный подросток. Дин мерил шагами комнату пытаясь собраться с мыслями и выжать из себя те самые слова. Но каждый вариант признания выходил у него хуже предыдущего. Ладони потели, а он начинал нервничать. Эта репетиция выбивала его из колеи. - Кастиэль? - тихо проговорил он - пернатая же ты задница. В общем я просто хотел сказать как многое ты для меня значишь и...Чтоб тебя. Дин подавил нервный смешок и поигрался с желваками какое-то время, перед тем как начать очередную попытку. - Я люблю тебя, Кас - Винчестер снова запнулся - как же глупо это звучит, поверить не могу. Чувствую себя девчонкой. - он решил не выжидать паузы и начать сходу - Давно хотел тебе сказать и наконец-то набрался смелости. Ты появился в моей...Очешуеть, я будто на поминки речь готовлю, подумать только. Само собой, Сэм был большим дипломатом и владел речевым навыком существенно лучше Дина, но он никогда и подумать не мог о том что когда-то всё будет настолько плохо. Он не знал как именно преподнести эту информацию Касу. Лучше со вступлением, или сразу переходить к делу? А надо ли это вообще знать ему? Может у ангелов так не принято? Почему никто к тому времени не додумался создать инструкцию для признания сказочным существам? Сейчас бы это ему здорово пригодилось. Дин усмехнулся и направил свой взгляд в настенное зеркало. - У тебя очень красивые глаза, всю твою суть отражают, ну, небеса там, ты сам...понимаешь - мужчина волнительно сглотнул и смыл натянутую улыбку - знаешь что, Кас? Пошёл ты. Я здесь как малолетка битый час пытаюсь выжать из себя что-то, пока ты пропадаешь черт знает где. Мог бы и первым признаться, знаешь ли. И...ты знаешь, я не буду готовиться и репетировать. Я тебе прямо всё выложу и делай с этой информацией всё что хочешь. Винчестер прочистил горло, прикрывая рот кулаком, после чего поправил воротничок рубашки цвета бордо. Дорога до кухни тут же показалась ему сверхдлинной и долгой. Словно ему нужно не спокойно дойти до туда, а выдержать полосу бега с препятствиями. Сэм такой чушью баловался в ранние годы, забавно было наблюдать за его вспотевшей мордой. Дин улыбнулся, медленно подходя к двери. И всё было более менее радужно, до того как он решился открыть дверь своей комнаты. Стоило ей скрипнуть, а Дину поднять глаза, то сердце его застучало как сумасшедшее. Можно было подумать что он непременно умрёт от того что оно вдруг разорвётся, но он не умирал. Мысли в одно мгновенье смешались в один комок, а потом и вовсе испарились. В коридоре было темно. Не кромешная тьма, но и не светло. По крайней мере света из его комнаты хватило того, чтобы он увидел два ярко-голубых, словно светящихся, глаза, направленных на него с непередаваемым счастьем. Его ангел улыбался и совсем не был похож на того Каса, которого он видел ежедневно. Всего в себе, вечно задумчивого и в каких-то моментах даже вселенско-потерянного. Он смотрел его так искренне и так...сильно? Винчестер понимал что ему тяжело держать такой зрительный контакт, но он не мог пошевелиться. Просто молча смотрел на него, и как ни странно этого хватало им вполне. - Кас я...- начал вдруг Дин, когда силы сдерживать себя у него закончились. Но ангел не стал выслушивать его до конца. Кастиэль подошел ближе и обнял его. Протянул две руки ему под подмышки и крепко прижался, носом утыкаясь ему в плечо. Оно не было классическим, братским, тем к чему привык Винчестер. Но оно так много отдавало ему. Так многое объясняло. Убаюкивало и успокаивало. Впервые за долгое время он отвлекся от ужасов, настигающих их в казалось бы повседневной жизни. Ему не нужно было поцелуев, а уж тем более секса сейчас. Раньше это было неотъемлемой частью любовных похождений Винчестера. Но в тот момент ему было совершенно плевать на рамки и на то, к чему он привык. Мужчина был непривычно для себя терпелив и спокоен. Он оставался прекрасным. Оставался Дином Винчестером. - Я слышал твою молитву, Дин.