Misfire

Хосок никогда не промахивается. Будучи киллером в сложном мире теневой мафии и обладая сверхспособностью - управление звуком, он считается профессионалом высшей категории и ему заказывают самые дорогостоящие и трудно доступные цели. Хосок никогда не промахивается. Полагаясь на опыт и практику, он думает, что может убить с закрытыми глазами, стоит только взять в руки оружие. На его совести множество смертей альф и омег, которых вычищала мафия, когда они становились неугодными. Политики, оппозиция, попавшие под расправу мужья... Если бы он убивал исключительно холодным оружием, то мог бы купаться в крови, сделав для неё специальный бассейн. Хосок никогда не промахивается. Благодаря его сверхспособности, убийство всегда проходит гладко и без осечек. Жертва никогда не понимает, почему оказывается на мгновение в полнейшей тишине и даже погибает без единого звука. Только губы раскрываются в беззвучном крике. И то, если успевают раскрыться. Все проходит тихо, четко и быстро. Когда ему заказывают мужа-омегу одного из глав противостоящей его клану мафии, Хосок думает, что это плевое дело на пятнадцать минут подъёма на крышу с удобным обзором и сбора любимой винтовки. Но когда пуля обходит по касательной тело его маленькой брюнетистой цели, Чон ахуевает, но повторного выстрела не следует - альфа исчезает. Ему нужно переварить то, что он увидел. Досье на Мин Юнги, кроме пола, возраста и того, что эта зараза почему-то не поменял фамилию при вступлении в брак, ничего не говорит о его интересной, как оказалось способности, потому что подобная информация явно тщательно скрывается от всех. Хосоку впервые за последние пять лет приходится начать активную слежку за этим интересным экземпляром. Альфа бесится, потому что на почте висит ещё несколько заказов, за которые ему обещают неплохие деньги. Но этот заказ он взял в работу первым по двум причинам: первая - целью был омега, и он действительно думал, что разберётся очень быстро, вторая - баснословные бабки. Слежка не приносит ничего, кроме скуки и очередных попыток убийства ебаного Мин Юнги. Чон пытается грохнуть злоебучего брюнета уже раз десятый, но, в конце концов, альфе приходится пойти на риск и прокрасться в особняк Кимов прямиком в комнату омеги, и выстрелить практически в упор. И что? Да ничего, блять, не произошло. Пуля рикошетит в стену, заставив брюнета заворочаться на кровати, мило причмокивая. Хосок зависает на секунду, потому что в голове только отборный мат и ситуация невыносимо ебет его самолюбие и киллерскую честь «ты не можешь убить маленького омежку, лу-у-узер». И альфа, тихо рыча, выхватывает припрятанный в штанине нож и во мгновении ока оказывается рядом с кроватью Юнги, склоняется над хрупким телом с занесенным обнаженным лезвием и....тормозит. Нет, его не сбивает с ног крышесносным запахом омеги. Его удивляет, что воздух вокруг омеги как будто разряжен и едва покалывает его кожу на руке с занесенным ножом. Природный запах Мина едва различим. Но Хосоку сейчас на это посрать, так как его догадка о странном энергетическом поле подтверждается. Однако, предположение, что когда Юнги засыпает, контроль размывается сном и он становится уязвим, опровергается. Значит надо действовать иначе. Альфа оставляет затею с кровопусканием на шикарной кровати и удаляется из спальни через примыкающий к помещению балкон, не замечая, что Юнги открывает глаза и провожает его фигуру, облаченную во все чёрное, заинтересованным взглядом.

***

Хосок по идее интроверт, но ради того, чтобы поймать за жопу увлекательную цель, пересиливает себя и идёт на приём, который судя по тому, что сказал ему информатор, запланирован в честь победы главы Кима на выборах в политической гонке. Альфе всегда дико неудобно в костюме, он привык таскаться в спортивном, но опять же, ради получения информации, приходится пересилить себя и вырядится в официальное. Чон не спускает глаз с Юнги, который сдержанно улыбается на приеме гостям в их особняке с Намджуном. Такой идеальненький. На людях, юный на вид омежка не отлипает от своего мужа, максимум отходит на метров пять, постоянно находясь в поле зрения главы клана. Чон же в это время перекатывает зажигалку в руках, выжидая и наблюдая за планомерным набухиванием гостей, когда подмечает, как Юнги отходит поболтать со своим лучшим другом Чимином. Сдержать ухмылку у альфы не получается, при виде миленькой беседы двух омег, один из которых заказал убийство другого. И да, Хосок привык выяснять кто его заказчик. Гости вокруг смешиваются в сплошную кучу вечно перемещающихся в пространстве тел и, Чон решает пробраться сквозь все это к бару, теряя из поля зрения шустрого брюнета. Альфа уже устал и откровенно бесится сам на себя, что устроил театральную вылазку а-ля Джеймс Бонд на выезде. Он, как бы, киллер, а не шпион. Узнал место нахождения, пришел, убил. А не вот это вот все. Махнув бармену, заказывает виски со льдом на два пальца. Курить хочется неебически, ровно как и перед убийством Мина все таки узнать, что он такое. В их прогнившем городе среди мафии идет учет таких как Хо и Юн, они фактически на вес золота. И почему-то Чону очень важно узнать эту особенную силу Мина, что дальше делать с полученной информацией он пока не решил. Когда альфа отпивает из своего бокала — застывает от ощущения покалывания, как тогда ночью в спальне. Запах разряженного воздуха. Юнги легонько прижимается к нему со спины, как бы невзначай, как обычно делают люди в переполненных клубах при столпотворении у бара. А тут, как бы это сказать, вокруг бара практически никого. Хосок чуть не выплевывает виски обратно, когда слышит голос омеги, который заказывает себе тоже самое, еще больше наваливаясь на него. Маленькая ладонь Мина скользит по его боку, а потом все ощущения резко обрываются. Чон больше не чувствует тепла чужого тела, и ему кажется, что это всего лишь иллюзия. Однако, когда Хосок засовывает руку в карман, он обнаруживает вместо любимой зажигалки свернутый вчетверо листок. Стараясь никак не показать своего ахуя появившимся за барной стойкой людям, альфа аккуратно, как будто это не всего лишь листик, а крошечная самодельная бомба, достает бумагу и разворачивает. «Верну зажигалку сегодня ночью. Где моя спальня ты уже знаешь.» — изящным подчерком. Окей, Гугл. Как вернуть челюсть на место.

***

Наверное стоит посчитать это величайшим проебом в карьере киллера, что твоя цель узнала о тебе самостоятельно, да еще и зазвала на ночной разговор. Этот Мин Юнги нравится Хосоку еще больше, когда он видит его полуголого на кровати с хитрой улыбкой на лице. Киллер взглядом зависает на тонких пальцах, которые крутят его Зиппо, прям там, в распахнутых для него дверях балкона. Хосок, как завороженный подходит к кровати, даже не силясь объяснить себе, что вообще происходит. Альфу тянет, как магнитом, манит молочная кожа и эти хитрющие глаза, которые смотрят в упор и без страха. Кровать прогибается под его весом и Чон нависает над не выпускающим зажигалку из рук Юнги: — Вообще я должен тебя убить, — хрипло, прямо в губы, проговаривает Хо. — А можно мы сначала хорошенько трахнемся? — Мин отбрасывает зажигалку куда-то на пол и обнимает альфу за шею. Кожу альфы все так же покалывает. Ощущения обостряются, как только он впивается в эти ухмыляющиеся блядские губы. Мин отвечает мгновенно, как будто давно мучился от жажды, жарко прижимается, изгибаясь. Хосока конкретно так ведет, как будто он объебался наркотиков. Он никогда не пробовал дурь, но уверен, что это происходит именно так. Вездесущие руки омеги натыкаются на пистолет: — Так, — Юнги разрывает поцелуй, — это нам не надо. Любимый Кольт с грохотом приземляется на пол. — Пока не надо, — выдыхает Хосок, забивая на то, что его любимую игрушку ебнули об пол. За это он яростно впивается в раскрасневшиеся губы и, резко, за бедра, вжимает омегу в свои, давая почувствовать насколько он возбужден, вырывая из брюнета сладкий стон. Мин сдирает с него толстовку, ненасытно одаривая прикосновениями. Когда короткие ноготки Юнги проходятся по спине Чона, щедро располосовывая кожу, тот ругается матом, вынужденно разрывая поцелуй, и шлепает омегу по бедру, получая смешок в ответ. Но останавливаться на этом никто из них не собирается. Альфа прикусывает нежную кожу на молочной шее, специально оставляя своеобразную метку, не замечая отсутствия брачной. Он сейчас вряд ли мог бы на чем-то сконцентрироваться, как и постанывающий под ним Юнги, который извивается, как уж в его руках, тихими стонами моля о продолжении. Хосоку срывает башню, когда он добирается поцелуями по впалому животу к резинке домашних штанов и стягивает их с омеги. Член дергается в штанах от вида такого раскрытого перед ним брюнета. Под этим элементом гардероба нет белья. — Ну, и чего ждём? — хмыкает омега, наблюдая, как расширяются глаза киллера. Чон ничего не отвечает. Просто стаскивает с себя нервирующую одежду и наваливается на омегу, который сразу обвивает его ногами и руками, как маленькая коала. Хосок действительно не понимает, что с ним происходит, почему руки дрожат, когда он ведет ими по телу Мина, почему он сам еле сдерживается от стона, когда проникает в истекающую смазкой дырочку сразу двумя пальцами. Юнги стонет альфе прямо в губы, самостоятельно насаживаясь на работающие на манер ножниц пальцы. — Я хочу больше. — выгибаясь в желанных руках, на одной ноте, мычит Мин. — Как пожелаешь. — усмехается Хо, мгновенно заменяя свои пальцы на свой же истекающий смазкой член. Сдвоенный стон раздается по темной спальне, и Хосоку даже приходится зажать рот ненасытному брюнету, который явно не оставил живого места на его спине, ладонью, чтобы заглушить его крики. Альфе никогда не было так хорошо с другими омегами, Мин как будто идеально ему подходит. Идеально отвечает, подмахивая бёдрами в такт иногда сбивающимся толчкам, идеально притягивает к себе пятками, желая более глубокого проникновения, идеально кусает за плечо, когда его накрывает оргазм. Мин, чертов, Юнги просто идеален. — В меня, — задыхаясь в посторгазменных судорогах, совершенно безумно и сорванным голосом шепчет Юнги, — кончи в меня. Что-то щёлкает в голове Чона и он срывается на бешеный темп. В последнем порыве Хосок до боли сжимает бёдра омеги, кончая внутрь, как того и хотел Мин. Быстро выходит из растраханной дырочки, предотвращая сцепку, под недовольное мычание брюнета. Альфа падает рядом, пытаясь отдышаться и хоть как-то привести организм в чувства. Такого у него никогда не было. — Я знаю кто меня заказал, — отдышавшись, произносит Юн. Он поворачивается к ещё пытавшемуся восстановить дыхание Хосоку, подкладывая руки под голову. — Что? — ошалело смотрит на брюнета, пытаясь понять, как он так резко умеет перескакивать с секса в самую гущу проблем. — Говорю, — вздыхает брюнет, — я знаю, что Чимин заказал меня. — И ты так спокойно об этом говоришь? — хмыкает Хо, уставившись в потолок. Он бы сейчас закурил и задумался о психическом состоянии омеги, в постели которого сейчас пребывал. Точнее не так, он переспал с собственной целью. Красавчик просто. — Угу, — подтверждает Мин, — он трахается с моим мужем с навязчивой периодичностью. Юнги приходится подавить улыбку при виде такого шокированного лица альфы. — Я могу повторить вопрос. — единственное, что может произнести Чон. — Сейчас соберись. — брюнет улыбается, — Чимин просто не знает, что у нас с Джуном фиктивный брак. Поэтому меня и заказал. Так как у моей психованной блондиночки очень много денег и не все в порядке с головой, он сто процентов бы обратился к лучшему специалисту. Но как ты уже понял, меня не так просто убить. Хосок в ахуе. Хосок просто кивает. — Мне очень нужен союзник на вашей стороне, меня заколебало положение вещей. А ты мне еще и понравился, — улыбка чеширского кота, в которой расплывается Юнги, на что член Чона дернулся. Хосок все еще в ахуе и да, он беспробудно западает на этого психа. — Чокнутый. — хмыкает Хосок, поворачиваясь к Мину, зеркаля его положение на кровати. — Не меньше чем ты.