дуэт промокших вансов с носками с хэллоу китти.

я хотел быть любимым, а ты не умел. парень аккуратно вытирает тыльной стороной ладони слезы. у тебя действительно дурная натура, накамото. нужно ли это марку? нет, марку не нужно. нужно только его непонятному чувству при близком общении с ютой. марк слишком хрупкий. как дорогая фарфоровая ваза. только дотронешься и он треснет, а юта дотрагивается слишком часто. – бесполезно реветь, марк. накамото юта – сучьи манеры, плохая компания и сарказм. противная смесь, а минхену нравится. марк опускает взгляд на ноги парня напротив. черные рваные джинсы и дуэт промокших вансов с носками с хэллоу китти. это смешит ли. – когда я дарил тебе эти носки.. ты смеялся. юта закатывает глаза и выдыхает дым. курить плохо, но накамото похуй. ему на всё похуй, кроме американского мальчика с дикой любовью к хэллоу китти. – они мне не нравятся. марк усмехается, он привык, он слишком привык к юте, к его непонятному поведению. а юта врёт. ему безумно нравятся эти дурацкие носки с котятами. японец вальяжно присаживается рядом с ли на скамью. в нос резко ударяет тот самый запах. запах дома и уюта? он всегда исходил только от марка. а от марка пахнет хорошо. тёплым молоком и сладким медом. накамото до безумия нравится. – знаешь, если бы вся эта тема с соулами была правдивая – юта переворачивает лицо к марку, а ли нервничает до дрожи костей – мы бы были соулмейтами. и ты бы пах молоком.