Зеленые огоньки

      Девочка проследила за уходящим Фенрисом. Паренёк шёл в сторону конюшен, чтобы помочь освободить место для коней приезших. Скоро должны приехать гости, а это значит, что свободного времени у неё осталось не так много. — Тааак… — Селена быстро написала записку няне: «Аста, не волнуйся, пожалуйста, я в саду, около скалы». Оставив послание на столе, принцесса схватила скрипку и выбежала из комнаты.

***

      Спустя минуту, стоящая уже у самой лестницы, Селена смотрела на большую дубовую дверь в раздумьях. Отец сейчас на боевой тренировке, а всем посторонним входить в его комнату без ведома самого Локи воспрещён. Ну… Почти всем. «На скалу я ещё успею».       С этой мыслью девочка толкнула тяжёлые двери и зашла внутрь.

***

      В этой комнате больше всего её манила только одна вещь. Два портрета. Точнее, один портрет, а второй… Она не понимала, как создали ту картину, но её Селене никак не удавалось как следует разглядеть.       Первый портрет изображал принцессу Альгельма — Алису. Её мать. Белые волосы, как у всех льгелей, в которых будто бы переливается энергия космоса. Серые глаза, смотрящие будто бы в пустоту. Но так было до того момента, пока зритель не встречался с ней взглядом. И тогда пара серых глаз смотрела так, как относилась к зрителю сама Алиса. Портрет был наделён магией. Почему? Потому что автором был Локи. Он вложил это чудесное свойство в картину. На Селену мама смотрела с любовью и нежностью, хотя видела один, раз в жизни… Перед своей смертью. В груди резко заныло, а на глазах навернулись слезы. Она не знала какого это, иметь маму. Которая всегда успокоит, обнимет, которая будет рядом с тобой.       Селена видела, как во дворце бегают и смеются дети самых приближенных детей Одина. Как они подбегают к матерям, что-то им трещат, пока те осматривают свое чадо на наличие ранок и одновременно отвечают на вопросы детей. Как матери, даже после недолгой разлуки, крепко обнимают детей и говорят, что скучали. Да что приближенные?! Она видела с каким трепетом и нежностью относились друг к другу отец и бабушка. А у неё этого не было.        Да, была Аста, которая в чем-то и заменяла принцессе мать, но она скоро, то есть лет через десять, выйдет замуж, и у неё родятся свои дети. И до Селены ей уже не будет дела…        Наверное, поэтому ей легче общаться с Фенрисом. Тот своих родителей почти не помнил. Мама, вовремя очередного «похода» дяди, отказалась убивать ещё ничего не понимающего демоненка и забрала мальчика во дворец Альгельма. Там он рос и обучался магии до тех пор, пока Алиса не вышла замуж за Локи. И, как рассказывал отец, Фенрис вцепился ей в юбку, не желая отпускать.

***

— С такими грустными и серьёзными глазами тогда сказал: «Я здесь долго не… Выдержу, заберите меня с собой, пожалуйста!» Конечно, сердце твоей мамы не выдержало. Правда, и Всеотец и твой дядя изначально были против, но твоя бабушка сумела из переубедить.       Отец немного смягчил повествование для дочери. Фенрис же потом рассказал ей правдивую версию. На самом деле, он сказал, что не выживет здесь, и это было правдой. Весь двор Альгельма тихо ненавидел мальчика за его происхождение, и Фенрис уже тогда понял, что без своей защитницы и поручительницы там долго не протянет. — Но дело было не только в этом. Я просто не хотел с ней расставаться. В твоей маме был необъяснимый свет, который всех притягивал. И не только добрых людей. Я видел, как там злые люди пытались воспользоваться её добротой и великодушием. И тогда понял, что не могу оставить её без защиты, поэтому и напросился. — Даже ты мою маму видел и знал… А я нет…       Фенрис посмотрел на подругу. Он не мог вынести её слез, не мог вынести, когда ей больно, а тем более из-за него. Тему надо было срочно переводить. — В тебе этот свет тоже есть. — Да? — Ага, поэтому я за тебя и боюсь. Такая маленькая и наивная…

***

Селена отвела взгляд от портрета. Она не хотела, чтобы мама видела её слезы. Нет. Она не должна видеть, как её дочь плачет, Селена будет сильнее. Ради неё. Ради мамы.

***

      Взгляд зацепился за широкую портеру, которая завешивала стену. Там висел другой портрет, на который ей так хотелось взглянуть.       Отодвинув ткань, девочка увидела странную картину. Плоскую, без мазков краски. Будто кто-то нарисовал её в тонкий слой, а потом выровнял прямо по бумаге, при этом не размазав рисунок. На нем тоже была мама.        Только волосы теперь были темно-русового цвета, кожа имела более румяный вид, а надето было не то серебряно-серое платье, что было на первом портрете, а надето… Что это вообще? Какое-то белое одеяние. Люди на заднем фоне тоже были в таком же только других цветов. Сверху был накинут белый плащ со стоячим воротником, а на груди висел непонятный кулон в виде глаза. Из него выглядывал белый свет.       Сама мама была где-то высоко в горах. Взгляд был удивлённым и теплым, будто она увидела близкого человека за каким-то дурачеством. Где она и что с ней?       В эту секунду послышались шаги в коридоре. Селена быстро занавесила портеру обратно и сделала вид, что рассматривала первый портрет.