Что делать, если влюбился в идиота, которого интересуют только бои и еда

      Отчего-то Нацу после ночной переписки с Греем теперь стеснялся смотреть тому в глаза. Он шёл в академию, словив параноидальные мысли о том, что по пути может столкнуться с Греем, и очень этого боялся. И он сам не знал почему. Наверное, потому что он так неловко флиртовал с ним, или потому, что чуть не выдал то, что ему нравятся парни.       Точнее один парень.       Грей, мать его, Фуллбастер.       И как так вообще получилось?       Нацу не очень хорошо разбирался в делах сердечных, но вот себя и свои ощущения он понимал отлично. Он понимал, когда перенасыщался какой-то едой, но всё равно продолжал есть уже сознательно, зная, что достиг предела и потом ему может быть плохо; он понимал, когда уставал на тренировках, но сознательно продолжал их, пока не доходил до изнеможения; он понимал, когда кто-то раздражал его, да так, что хотелось врезать. И он прекрасно понимал, когда ему что-то или кто-то нравился. И сейчас он осознавал, что в отношении Грея «нравится» — слишком слабое слово. Нацу уже говорил об этом с Джувией, но всё же он никак не мог перестать думать о своей любви к Грею. Это было новое и безумно приятное для него чувство, наполнявшее его до самых кончиков пальцев.       Но как жаль, что он не мог сознательно подойти и признаться в своих чувствах. Пока что, по крайней мере… Он бы, конечно, мог сделать всё по-своему, но всё же решил послушать Джувию и «прощупать почву». Правда пока у него это получалось не очень хорошо — по крайней мере, в переписке. «Ладно, благо, мы с ним в разных классах. Но после занятий я всё же хочу с ним встретиться и… позвать куда-нибудь. Да. Решено!»       Нацу был бы не Нацу, если бы так просто мог поддаться какому-то там смущению.

***

      Грей сидел на уроке основ магии, но думал совсем не о том, откуда черпается магическая сила и как восстановить её баланс, если ты истратил слишком много магии.       Он думал о том, куда бы позвать Нацу.       «Просто прогуляться в парке? Банально… Сводить его куда-нибудь поесть? Он же любит еду. Чёрт, тогда это точно будет похоже на свидание! Может, сходить на арену и забронировать площадку для двоих? Он же любит устраивать бои… Можем с ним устроить товарищеский поединок… — Грей прикусил кончик своей ручки и шумно выдохнул, прикрывая глаза. — Боги, «товарищеский поединок», ага… Откуда в моём лексиконе вообще появилось такое выражение? В любом случае, я хочу, чтобы ему понравилось, а если он интересуется едой и боями…»       Из мыслей Фуллбастера вывел строгий голос учительницы: — Грей, Вы так внимательно меня слушаете, — она сузила фиолетовые глаза; взгляд её был острый, как нож. — Полагаю, Вы сможете ответить на мой следующий вопрос.       Грей, которого заставили врасплох, всё же смог сохранить спокойное выражение лица, но сердце его всколыхнулось. — Я готов, — просто ответил он, в очередной раз поражая своих одноклассниц, которые не переставали мечтательно вздыхать по ледяному магу.       Преподавательница, молодая и чертовски привлекательная миссис Биска Коннел, улыбнулась такой улыбкой, которая означала, что женщина именно такой реакции и ожидала, убрала прядь зелёных волос за ухо и перелистнула страницу в книге, которую держала. — При каком проценте использования магической силы ваше состояние нарушается до такой степени, что это начинает отражаться и на ваших физических навыках?       Конечно же, Грей не слушал лекцию, но вопрос показался ему лёгким: можно было ответить, включив логику. — Если маг использовал свыше 70% своей силы, — ответил Грей, бесстрашно заглядывая в глаза Биске. Та, вновь улыбнувшись, покачала головой, но её взгляд смягчился, и Фуллбастер уж было подумал, что его пронесло, однако волшебница вдруг произнесла: — В целом Вы конечно правы, Грей, но ответ слегка… Неточен. Использовав уже 50% своего магического запаса, Вы начнёте сдавать позиции и физически: например, магия уже хуже будет подпитывать Вашу выносливость. Поэтому так важно с умом выбирать заклинания, которые Вы используете, чтобы они были Вам во благо, а не во вред, ибо физические способности не менее важны, а ещё иметь с собой различные артефакты, которые помогают сохранить баланс магии… или хотя бы слушать мои лекции! — А вот последнее явно было камнем в огород Грея. Огород, в котором не цвело ничего, кроме тревожных мыслей и умерших надежд. — Я Вас понял, прошу прощения… — уже чуть тише сказал Фуллбастер и опустил голову, скрывая своё смущение. — Ладно. Продолжим… — И Биска вернулась к уроку.       Но вот только Грей к нему не вернулся, потому что мысли снова заполонил Нацу.       Нацу, мать его, Драгнил.       Как же сильно был влюблён в него Грей. И как так вообще получилось?       Люси, время от времени поглядывавшая на Грея, сразу поняла, чем так взволнован её друг. И ей хотелось улыбаться: она поняла, что он серьёзно отнёсся к её утренним словам и действительно думает о том, чтобы пригласить Нацу куда-нибудь.       Люси так хотелось, чтобы её друг наконец был счастлив. Множество безответных симпатий и влюблённости, множество разбившихся надежд превратили Грея в колючку, зарывшуюся глубоко под землю, чтобы больше ни с кем не сближаться. Но он подпустил к себе Люси, а сейчас, кажется, наконец принял свои чувства к Нацу и вновь хочет попытаться… Главное, чтобы в какой-то момент Грей не струсил. Хотя… Пожалуй, это вряд ли возможно: Люси была уверена, что всё окажется взаимно.       В любом случае, Люси была рада, что Грей наконец высунулся из-под земли и взглянул на свет.

***

— Кажется, последний урок у него был с Конбольтом… — сказал Грей, когда они с Люси вышли из кабинета и направились прямо по коридору. — Ого, уже выучил его расписание? — хитро улыбнулась Люси, легонько толкая Грея в плечо. — Просто посмотрел его сегодняшние занятия… — буркнул Грей, покраснев. — Тогда идём в кабинет к учителю Конбольту! — поднимая сжатый кулак вверх, радостно и весьма громко произнесла Люси, заставляя Грея смущаться ещё больше. — Мы туда и идём… — Не переживай, я ретируюсь, и сможешь пригласить своего будущего парня без моих чудесных, но, увы, в данной ситуации посторонних глаз. — Будущего парня? — Грей посмотрел на Люси то ли с удивлением, то ли со смущением, девушка так и не смогла разобрать этот взгляд. — Посторонние глаза? Да что ты… — Эй, красотка, привет! — вдруг раздался чей-то незнакомый голос, и адресовано это было явно Люси.       Мимо них проходила та самая красноволосая девушка, на которую Хартфилия постоянно глазела при каждом удобном случае. — А? — смутилась Люси, машинально останавливаясь. — Ты это… мне? — Кажется, даже кончики ушей девушки покраснели. — Тебе, кому же ещё? Только ты тут такая красотка, — красноволосая волшебница улыбнулась и подмигнула. Чувствовала она себя уверенно. В отличие от Люси. — А… ооо… П-привет, — заикаясь, ответила Хартфилия, явно не ожидая такого внезапного внимания со стороны, казалось бы, недосягаемой для неё девушки.       Грей, понимая, что он тут становится лишним, тихонько пошёл дальше, мысленно пожелав подруге удачи и чтобы она не проглотила свой язык. Он понимал, что такое предательство Люси ему припомнит, но что ж он, будет мешать ей наконец познакомиться с этой таинственной девой? «Сейчас или никогда, Люси…» — усмехнулся Грей, заворачивая в сторону нужного ему кабинета.       И на повороте едва ли не сталкиваясь лбом с Драгнилом. — Эй! Смотри куда… Грей? — тот похоже не ожидал увидеть ледяного волшебника, а Грей не ожидал увидеть покрасневшие щёки Нацу так близко и так скоро. — Нацу? Привет. — Внешне он казался вполне себе спокойным, но внутри уже несколько раз взорвались бомбы. — Я… Как раз шёл к тебе… О, здравствуй, Джувия, — Грей посмотрел на девушку и улыбнулся ей. — Здравствуй. Джувия вас оставит, у неё срочные дела, надо спешить. — Локсар приобняла Нацу в знак прощания, а Грею кивнула, и спешно покинула их. «Но у неё не было никаких дел, иначе я бы знал об этом, — удивлённо хлопая ресницами, подумал Нацу. — А…», — кажется, до него дошло.       Проходившие мимо одноклассники Нацу не упустили возможность поздороваться с Греем, а девушки наградили парня самыми очаровательными улыбками (что не осталось не замеченным огненным волшебником, из-за чего тот почувствовал неприятный укол ревности). — Да уж, девчонки тебя любят! — сказал Драгнил. «И нахрена я это ляпнул?!» — в ту же секунду подумал он. — Эм… — немного замешкался Грей. Хотел бы он ответить что-то в духе «увы, я их могу любить только дружески», но не мог себе этого позволить. — Да, наверное…       Чувствуя неловкость ситуации, Нацу мысленно ущипнул себя за этот глупый приступ ревности. — Так ты… шёл ко мне? — Он решил вернуться к их начальной теме.       Они остались в коридоре совсем одни. Лишь из-за закрытых дверей кабинетов, находящихся поблизости, могли ещё доноситься голоса.       Грей вдруг ощутил, как потеют ладони. Волнение неожиданно мёртвой хваткой вцепилось в его тело. Такой смелый днём, теперь Грей вдруг испугался звать Нацу куда-то, опасаясь, что тот сразу всё поймёт и отвернётся. «Боги, и откуда такие мысли? Нацу ни разу не давал поводов сомневаться в том, что он адекватный и даже если бы знал, не высмеял…» — думал Грей, молча смотря на Драгнила.       Каким же всё-таки красивым был Нацу. Эти розовые, вечно взъерошенные волосы, большие и добрые глаза, широкая улыбка. Грей хотел бы сделать так, чтобы рядом с ним Нацу всегда улыбался… И, боги, его губы… Кажется, совсем недавно Драгнил тренировался и неудачно куда-то впечатался? Ибо в уголке его губ Грей заметил небольшую ссадину, которая переходила на нижнюю в виде небольшой ранки. А ещё его губы были слегка влажными. Он использовал гигиеническую помаду или просто облизал их недавно? Внезапно Грею захотелось коснуться этих губ… Обнять Нацу, притянуть к себе. Тот бы наверняка немного задрал голову, ведь Грей был выше, и одарил бы непонимающим взглядом. А если бы Грей сократил расстояние между ними? Если бы только коснулся этих чертовски соблазнительных губ… — Грей? — голос Драгнила прозвучал весьма встревожено. — Ты не отвечаешь, всё в порядке? — А, да, прости, задумался, — нервно усмехнулся Грей, краснея от собственных мыслей, что вспыхнули так неожиданно. «Не время бояться!» — подумал маг и выпалил на одном дыхании: — Шёл к тебе, потому что хочу куда-нибудь позвать. Ты не будешь против провести время вместе?       Грей посмотрел на Нацу и на первый взгляд выглядел весьма сурово, но если заметить лёгкий румянец на щеках и расширенные зрачки, а ещё то, как он то и дело мнёт край своей белой рубашки, можно было понять, что он просто очень смущался. «Ну и по-тупому же я позвал его на свидание, — думал Грей, сгорая от стыда. — Стоп! Это не свидание!»       Нацу, казалось, не верил своим ушам. Его глаза расширились в изумлении, но уже через пару секунд он засмеялся, вызывая у Грея удивление. — Не поверишь, но я хотел предложить тебе то же самое! — сказал он и улыбнулся настолько очаровательно, что у Грея чуть не прихватило сердце. — Я тоже хотел тебя позвать сегодня куда-нибудь. Как ты смотришь на то, чтобы просто посидеть и вкусно поесть? Тут есть неподалёку одно клёвое место! Хочешь сходить?       После слов Нацу от стыда и смущения не осталось ни следа. Грей вдруг ощутил такой прилив радости и счастья, что сам поразился этому. — Да… — сказал он, мягко улыбнувшись. — Да, конечно, пойдём туда. С удовольствием. — Отлично! «Он… Тоже хотел провести время вместе? Это правда? Не верю… — думал Грей, пока они шли к выходу из академии. — Значит ли это, что у меня есть шанс? Пусть даже маленький… Но есть?»       Однажды Грей убил в себе даже проблески мыслей о том, чтобы заново влюбиться и попытаться добиться человека.       Однажды Грей едва не убил в себе способность любить.       Но потом в его жизнь ворвался Нацу Драгнил…       И с Нацу он расцветает.