maybe it was the hope that broke me (maybe it was the love)/Быть может, это была надежда, которая сломила меня (быть может, это была любовь)

Лена медленно покачивает скотч на дне стакана, наблюдая, как тёмная жидкость светлеет там, где её становится меньше, и темнеет там, где образуется большее её количество. Девушка слышит стук ботинок по балкону, запястье перестаёт ритмично вращаться, когда брюнетка вздыхает. Она оборачивается, видит Кару в костюме и раздражённо хмурится. — Чего ты хочешь, Супергёрл? Я думала, что говорила, что больше никогда не хочу видеть тебя. Лютор сразу же начинает сожалеть о своём решении, когда замечает жёсткую осанку Кары и то, как её губы изгибаются в усмешке, но алкоголь мешает логическому мышлению, и брюнетка снова нетерпеливо продолжает давить. — Супергёрл. Земля вызывает Супергёрл. Лена во всей своей пьяной красе выходит вперёд и машет руками перед лицом Дэнверс. Кара, кажется, наконец реагирует: ухмылка стихает, и её сменяет зловещая ухмылка. — Мисс Лютор, мне тоже приятно видеть вас. Приношу свои извинения. Я не осознавала, что вы королевская особа. С другой стороны, то, как вы себя ведёте — я бы не очень удивилась этому, важная и могущественная, сидите на своём стеклянном троне. Она насмешливо кланяется, прежде чем снова выпрямиться. Её поза жёсткая и неприветливая. Лена грустно вздыхает, но в то же время в замешательстве — эта Кара совсем непохожа на ту, что она знает. — Чего тебе нужно, Супергёрл? Улыбка блондинки становится шире, и её глаза вспыхивают... красным? — Что? Не могу навестить своего любимого злодея? Кара поддразнивающе улыбается, её лицо мрачное, чужое, опасное. Лена вздрагивает и отступает, закрывая глаза на мгновение, чтобы успокоиться, прежде чем открыть их снова, сохраняя безразличное выражение на лице. Дэнверс либо не замечает, либо ей нет до этого дела, и продолжает говорить: — Это неважно. Я здесь, потому что хочу, чтобы ты присоединилась ко мне. Теперь её улыбка менее дразнящая, и девушка выглядит серьёзнее. — Присоединиться к тебе? Для чего? Снова убить моего брата? Жемчужно-белая улыбка возвращается и сияет даже в темноте офиса. Лена сожалеет, что не включила свет, но теперь ей некуда идти — не тогда, когда эта Кара такая... нестабильная. — Нет, конечно, нет. Хотя это есть в моём списке дел… — размышляет блондинка, глядя в пространство. — Нет, я говорю не об этом. Я говорю об объединении. Давай возьмём под контроль всё, завоюем мир. Нет никого и вполовину такого могущественного, как мы. Мы будем неудержимы вместе. Кара раскрывает руки, наслаждаясь воображаемым успехом мирового господства. — Мы можем править вместе. Подумай, что мы могли бы сделать. Мы могли бы сделать мир лучше. Вместе. Это то, что ты хотела сделать с Мириадой. Я была слишком слепа, чтобы увидеть, что ты была права. Сейчас мы можем это сделать! Ты можешь сделать мир хорошим, и они склонятся к нашим ногам. Мы будем богами, Лена. Кара похожа на взволнованного ребенка, говорящего о новом друге. Напряжённый тон резко отличается от планов, о которых она говорит. Кара хочет захватить мир. Кара хочет, чтобы Лена вместе с ней захватила мир. Кара хочет покорить мир. Лютор не может удержать выражение своего лица, которое превращается в ужас. Блондинка оглядывается на Лену. Уголки её рта растянуты в искренней улыбке, глаза прищуриваются от смеха, когда она просит брюнетку присоединиться к ней, чтобы захватить мир. — Что скажешь? Мы будем править вместе. Ничто не встанет у нас на пути. Только ты и я. Супер и Лютор... Кара и Лена. Это будем только мы. Глаза Кары становятся мягче, теплее, и она протягивает руку Лене; её глаза блестят от смеха. Лютор отступает на шаг, бьётся бедром о край стола и начинает шептать, находясь в ужасе от происходящего. — Что с тобой случилось, Кара? Дэнверс улыбается ещё шире, её глаза прищуриваются. — Я могущественна. Меня не остановить. Я бог. Супергёрл следует за Леной, делая шаг вперед, наклоняясь и предлагая ей руку, чтобы быть ближе . — Я не хочу этого, — шепчет брюнетка, ошарашенно глядя на ладонь Кары. — Что ты сказала? — В голосе блондинки слышится намёк на предупреждение, но Лютор игнорирует это. — Я не хочу этого. Мне нужна Кара. Моя Кара. Брови Дэнверс слегка нахмурены, и её рука падает. Лена заставляет себя оставаться на своём месте, когда блондинка начинает дуться. Это не она. Это не она. Это не она. — Но это я. Это Кара. Это только я, Лена. Это ты и я. Вместе навсегда. Разве мы не это обещали? Только ты и я. Кара и Лена. Брюнетка закрывает глаза и прогоняет вспышки воспоминаний, когда они сидели на её диване в дождливые ночи и вместе кушали бургеры и пончики. — Мы собираемся убивать людей? Лена сдается. Она это знает. Кара это знает. Но девушка не может заставить себя открыть глаза и увидеть победу, нарисованную на лице блондинки. Когда Кара снова говорит, Лютор чуть не плачет от того, как тихо звучит её голос, от того, как заботливо Кара начинает шептать. — Тебе не нужно, если не хочешь. Я всё сделаю. Я просто хочу, чтобы ты оставалась со мной. Мне нужно, чтобы ты была на моей стороне. Пожалуйста! Супергёрл наклоняется, пока Лена не начинает чувствовать её дрожь и нервозность, и, таким образом, девушка почти сдается Дэнверс. Почти. Это отнимает у неё всё до последней капли энергии, но ей удаётся выговорить слово от начала и до конца, проговаривая четко: — Нет. Брови Кары сдвигаются, и её улыбка дрожит. — Что? — Я сказала «нет». Я не хочу этого. Я не хочу тебя. Я не... Это не ты. Я хочу Кару. Я хочу Кару, которую знаю, Кару, которую люблю. Блондинка пытается в последний раз, отчаянно протягивая руку: — Это я, Лена. Прошу. Лютор в последний раз отрицательно качает головой и скрещивает руки. — Нет. Это не ты, Кара. Вернись ко мне. Дэнверс убирает руку так быстро, что Лена даже не замечает этого. Когда она снова смотрит на блондинку, это совершенно другой уже человек: её плечи напрягаются, когда она восстанавливает атмосферу безразличия и опасности. — Хорошо, тогда будь по-твоему. Кара разворачивается, её плащ развевается на том месте, где она стояла минуту назад, прежде чем уйти. Она поворачивается на полпути, глядя Лене прямо в глаза, когда та наносит последний удар. — Знаешь, я действительно думала, что ты заботишься обо мне. Я думала, что из всех людей поймёшь только ты. Но это всё, что было. Просто мысли. Ложные надежды, которых никогда не будет. Это было неправдой. Голос Кары дрожит, когда она делает вдох, дрожащий и неуверенный. Она полностью оборачивается, снова делая шаг вперед. — Так же, как я надеялась, что ты полюбишь меня в ответ. Лену прижимают к столу, и она совершенно застывает на месте, не зная, что делать. Руки Дэнверс разбивают пластик стола, и Лютор инстинктивно вздрагивает. В какой-то момент в офисе становится тихо и у блондинки возникают слёзы. — Я думала, что знаю тебя. Я думала... Кара захлебывается в собственных рыданиях и качает головой. — Я должна была догадаться. Девушка уходит, отступая обратно в своё пространство, и снова отворачивается от Лены лицом к открытой балконной двери. — Я просто подумала, что ты поймёшь, а на самом деле это оказалось не так. Мне не следовало сюда приходить. Держись подальше. Я не хочу причинять тебе боль, но буду сражаться с тобой, если придётся... Кара слегка поворачивает голову, глаза всё ещё мокрые от слёз, но теперь её лицо выражает решимость, а глаза отблескивают в свете уличных фонарей. — Я не думаю, что ты можешь сказать то же самое, не так ли? Лена не успевает ответить, прежде чем Кара выходит на балкон и уносится в ночь, от чего ветер разносит все документы Лены на землю. Брюнетка соскальзывает на землю, как стопки бумаг, и пустым взглядом смотрит на балконную дверь. Затем медленно поднимается, подходит к стеклянной двери и закрывает её. Возвращается к своему столу, берёт телефон и набирает первое имя, которое приходит на ум. — Алекс? Ага, это я, Лена.